Вампир укоризненно посмотрел на меня. Точно, тут же сразу два вопроса было, а он только кивать или мотать головой может.

— Само пройдет?

Парень отрицательно покачал головой.

— Как сменить обратно знаешь?

На этот раз последовал кивок.

— А чего не спускаешься?

Он предпринял неуклюжую попытку слезть со своего насеста, опасно покачнулся и снова вцепился в ствол. М-да, толку от этой боевой формы, когда она непривычна настолько, что даже координация нарушается.

— Ладно, — вздохнула я, — сейчас поднимусь за тобой на летунце. Поздравляю, кстати, с первой сменой ипостаси.

На то, чтобы принять свой обычный облик, вампиру понадобилась четверть часа. Запасная рубашка, к счастью, у него имелась, и даже не одна, прихваченная из дома в Мертвом городе в числе других вещей, принадлежавших раньше ему самому или его учителю. Убедившись, что мы оба пришли в себя, маги снова встали в круг и начали проверять местность еще более тщательно, чем до этого. Ведь сторожевые контуры реагировали только на цели, передвигающиеся по земле, поэтому аркшарр и смог пересечь их незамеченным по деревьям.

Обнаружить еще кого-нибудь достаточно опасного не удалось, и после небольшой передышки все двинулись в обратный путь, рассчитывая заночевать на той же поляне, что и прошлый раз. Маги были довольны быстро выполненным заданием, а мне продолжало казаться, что все пошло не так, неправильно, что должно было быть иначе. Этот аркшарр вел себя странно. Я ведь уже сталкивалась с одним из них, и тогда все было по-другому.

Взгляд желтых глаз, в которых затухала жизнь, почти сутки преследовал меня каждый раз, когда я смежала веки, а потом радость от скорого возвращения вытеснила все остальное. Маги травили байки у ночного костра, подтрунивали над Вельдом, расcпрашивали про мой мир. По сути, на эти два дня нас приняли в отряд и даже успели подучить меня некоторым особенностям этого континента. Совсем без происшествий, правда, все же не обошлось. И влипла в неприятности, конечно же, снова я.

Когда до города оставалась всего пара часов и все уже заметно расслабились, мы вышли к широкому перелеску, усеянному желтоватыми цветами, отдаленно напоминающими львиный зев. Я уже несколько минут принюхивалась к завораживающему аромату, а здесь он буквально обволакивал, маня упасть в траву и вдохнуть его как можно глубже. Маги же, как назло, ускорили шаг, и я, не выдержав, шагнула в сторону, вставая на колени и с наслаждением втягивая воздух через нос. Голова кружилась от невероятных ощущений, в ней приятно шумело, я снова втянула воздух и почувствовала, как кто-то дергает меня сзади за ворот.

Очнулась я уже в лесу от того, что мне на лицо лили холодную воду. Села, мотая головой, и чуть было не свалилась обратно, но меня успели поддержать и подставили под спину ногу для устойчивости. В голове все еще шумело, но ничего приятного в этом не было. Прямо как похмелье, честное слово.

— Ты с ума сошла? — хмуро поинтересовался Дрант. — Какого демона тебя в дурманоцвет понесло?

— Я не знала. О нем на экзамене по выживанию не рассказывали.

— Какой экзамен? О нем каждый ребенок знает, — хмыкнул один из магов.

— У вас, может, и знает, — вздохнула я, — а у нас он не растет. Но запах просто сногсшибательный.

— Вот именно. Сначала запах сшибает с ног, а потом черви пускают тебя на удобрения для цветочков.

Поначалу я восприняла последнюю фразу как гиперболу, но оказалось, что все действительно так, только в процессе участвуют еще и грибы, которые я просто не заметила среди зелени дурманоцвета. Это был уникальный случай тройного симбиоза, когда цветы, практически не имеющие собственных корней и использующие вместо них грибницу, приманивают ароматом добычу, вводя ее в подобие наркотического состояния, а черви поедают жертву, обильно удобряя результатами переработки почву, из которой грибница получает питательные вещества. Сами грибы при этом были невзрачными и по описанию мне больше напоминали лишайники. При этом, если не задерживаться на поляне и уж тем более не нюхать дурманоцвет специально, для людей он серьезной опасность не представлял и активно использовался в парфюмерном деле.

Маги проводили нас до центральной площади, где мы и распрощались с ними у городского телепорта, отправившись сначала в эльфийскую столицу на этом континенте, а потом и в Мириндиэль. Некоторые сложности при этом возникли, но мне все же удалось провести Вельда во дворец, не выдав его расовой принадлежности и не вызвав паники.

Выйдя из портала во дворце нового континента, я попросила перенастроить телепорт на замок вампиров.

— Вас все ищут, — осторожно начал один из магов. — Владыка даже награду назначил за любые сведения…

— Он здесь, во дворце? — перебила я эльфа.

— Я точно не знаю, но этим телепортом он сегодня не пользовался.

— Отлично. Значит, сейчас отправим юношу в замок, и я смогу наконец увидеть жениха.

— А… Да… Конечно… — засуетились сразу оба телепортиста, мешая друг другу.

Когда я, приоткрыв дверь, проскользнула в апартаменты, Тэль сидел в кресле у камина, а на журнальном столике перед ним лежала очень знакомая мне вещица.

— Ты забрал мой венец из сокровищницы? — тихо поинтересовалась я вместо заготовленного по дороге приветствия.

— Таль⁈ — вскочил он, оборачиваясь ко мне. — Хвала свету творения! Где ты была?

— В Мертвом городе.

— Где⁈ — эльф так изумился, что сбился с шага, и даже почти активированное заклинание медицинского анализатора сорвалось, не пробежав по коже знакомой щекоткой.

— В Мертвом городе, — повторила я.

— Как ты там оказалась?

Заклинание он все же запустил и с облегчением выдохнул, убедившись, что со мной все в порядке.

— Телепортировалась. Мне нужно было побыть одной и подумать. Так ты забрал мой венец? Он тоже показывает жива я или нет, как и твой?

— Это не твой. Пока не твой. И да, он показывает, что ты жива.

— Не мой, но показывает что-то про меня? — совсем запуталась я.

— Венец же разделенный. Это моя половина. Когда ты станешь моей женой, обе половинки объединятся и составят венец Владычицы. Или ты спрашиваешь потому, что решила вернуть его мне? — голос жениха чуть дрогнул, но он моментально взял себя в руки, как всегда в моменты наиболее сильных переживаний надев маску каменного спокойствия, граничащего с безразличием.

— Нет, Тэль. Я выбрала и выбрала тебя. Раз и навсегда.

Он порывисто шагнул ко мне, заключая в объятия и целуя в губы. А я вдруг почувствовала, что, наконец, дома. И не важно, где именно я при этом нахожусь, главное, что Тэль рядом со мной, а значит, все точно будет хорошо. С ним было тепло и спокойно, а в кольце крепких, но таких бережных рук можно расслабиться и почувствовать себя хрупкой женщиной, а не всегда готовым к сражению боевым магом.

— Я люблю тебя, — тихо прошептала я, как только он прервал поцелуй. — И не важно рядом ты при этом или нет. Я все рано люблю тебя и буду любить всегда.

— Когда ты скажешь Райну? — переплетя наши пальцы, тихо спросил он.

— Думаю, он уже знает. Ты ведь не хотел, чтобы мы с ним виделись, вот я и попросила Вельда сообщить…

— Вы с ума сошли⁈ — отстранился от меня Тэль.

— Что? Ты же сам говорил…

— Таль! Для вампира умереть от горя — это не просто оборот речи. Это их ахиллесова пята, потому они обычно и стараются ни с кем не сближаться слишком сильно. Бежим!

Схватив меня за руку, он потянул к порталу, из которого мы вышли в центральном дворцовом, откуда я уходила к Тэлю всего десять-пятнадцать минут назад.

— Замок вампиров! Быстро! — рявкнул Владыка, заставив телепортистов дернуться то ли от неожиданности, то ли все же от страха.

Однако на этот раз они друг другу не помешали, и еще через полминуты мы уже неслись по коридорам замка, окликая его хозяина и заглядывая во все двери подряд.

Райн обнаружился в гостиной. Он стоял, опершись предплечьями о каминную полку, спиной к нам, и с ним явно было что-то неправильно, даже если не брать в расчет, что он так и не отозвался. Вампир сгорбился и как будто усох за то время, что я его не видела, одежда висела, будто была велика минимум на пару размеров, а сама поза выдавала невероятную усталость.