— Ну ничего себе! — восхитилась я. — Вы делали?

— Нет, но разработка моя. Пока их существует всего семнадцать. Возьми.

— Спасибо огромное. Мастер, но он ведь, наверное, очень дорогой?

— Будем считать это моим подарком на выпускной. Авансом, так сказать. Чтобы ты до него дожила.

Еще раз поблагодарив завуча, я ушла от него в полном шоке.

Вернувшись в Мириндиэль, первым делом зашла к Вейлеру узнать, нет ли новостей. Но единственное, чем он смог меня порадовать — камни в венце по-прежнему светятся, подтверждая, что Владыка жив. А еще отдал мне дневник Тэля, попросив не сообщать об этом повелителю и не выносить тот из дома.

Наспех поужинав на кухне и поблагодарив поваров, я отправилась к себе. В связи с окончанием полугодия домашних заданий на завтра практически не было. Но я все равно предпочла сначала разобраться с ними, не став до этого даже вынимать дневник из сумки. А когда все-таки пришло время заняться им, долго сидела, гладя пальцами кожаную обложку довольно старой на вид пухлой книжицы, прежде чем решилась открыть металлическую застежку.

Последняя сделанная Тэлем надпись гласила: «Как низко я пал. Лучше мне пока побыть одному.»

Некоторое время я в недоумении смотрела на единственную на странице строку, выведенную красивым эльфийским почерком Тэля. Низко пал? О чем это он? Потом перевернула страницу на предыдущую, но понятнее все равно не стало. Зато было очевидным, что Тэль воспринимал нашу временную разлуку очень болезненно. Я даже подумать не могла, что это ранит его настолько сильно. Точнее, даже не сама разлука, а выводы, которые он из нее сделал.

«Мне все чаще кажется, что чувства Таль ко мне являются лишь спроецированными на нее эмпатически моими собственными. Когда мы рядом, нам действительно хорошо вместе, мы как будто одно целое. Но, может, в этом как раз и проблема? Может, все это по-настоящему чувствую только я? Ведь она уже говорила, что не сможет раствориться во мне, а значит, тоже что-то такое подозревает. И как только она оказывается вдали, освобождаясь от моего влияния, то не испытывает ко мне ничего, кроме симпатии. А может и ее не испытывает? Нет, пожалуй, тут я перегибаю палку. Приходила же она в Мириндиэль все это время. Хотя, вначале это мог быть интерес, а теперь чувство ответственности. Она ведь уже спрашивала, не хочу ли я забрать венец. Может быть, она сама этого хочет, но не решается попросить? И стоит нам расстаться, как она тут же бежит к этому демонову вампиру. Что в нем есть такого, чего нет у меня? Или она из той категории женщин, кого тянет ко всяким отверженным и несчастным? Ведь меня она тоже встретила именно таким. А теперь, когда все наладилось, я ей больше не интересен? А когда у Райнкарда тоже все наладится, его ждет та же участь?»

На этом месте я закрыла дневник, поняв, что иначе у меня мозг просто взорвется. Вскипятила чайник, достала ароматный сбор, приоткрыла окно, впуская в комнату прохладный вечерний воздух, и решила, что стоит прогуляться, пока окончательно не стемнело. Авось мысли проветрятся, и я перестану себя чувствовать как пыльным мешком пришибленная. Вот как⁈ Как можно было такого напридумывать? Правда, с утверждением, что я обычно нахожусь там, где что-то не так, спорить трудно. Но я именно там, где нужна помощь. И они с Райном здесь ни при чем. То есть сейчас и пока Возрождение возрождали… Тьфу ты! В общем, в этих двух случаях при чем, но были же и другие: шахта, возведение барьера на старом континенте, Мертвый город с его ужасной эпидемией. Да, Райн и в этих случаях участвовал, но я там была вовсе не из-за него. А в Мертвом городе Тэль и сам многое сделал. Лично, а не только как Владыка.

Ох, Тэль… Ну почему же ты не поговорил обо всем этом со мной? Почему не пришел в Остию или в тот же замок вампиров, если находиться в Новограде политика как-то мешает? Других причин, почему жених практически никогда не навещал меня сам, дожидаясь, когда появлюсь у него, я не видела. Где же ты, Тэль?

Вернувшись домой, я все-таки заварила приготовленный сбор и еще немного почитала дневник, отматывая события назад, но ничего полезного так и не нашла. Снотворное пить сегодня не стала, вымотавшись морально за эти дни и отключившись практически сразу. А ночью мне снился Тэль в темном балахоне, он сидел на камне возле водопада на острове Владыки и что-то писал.

Проснувшись рано утром, я выскочила из дома и, поднявшись высоко над домами, помчалась к озеру. Но Тэля на острове не оказалось. Это был всего лишь сон, а не предчувствие, на что я надеялась все время, пока летела сюда.

Уже дойдя до дворцового телепорта, чтобы отправиться в академию, немного постояла под удивленными взглядами магов, не получивших указаний о пункте назначения, и отправилась в кабинет Вейлера. Вдруг за ночь все-таки что-то стало известно, а он не захотел меня беспокоить.

Несмотря на раннее утро, глава телохранителей был у себя, вот только новостей у него не было.

— А венец? С ним все в порядке? — на всякий случай уточнила я.

— Да. Если хотите, можете сами в этом убедиться. Он находится в апартаментах под постоянным наблюдением. Повелитель приходит туда только после официального завтрака, — добавил эльф, видя мое замешательство.

Поблагодарив его, я коротко глянула на часы и вышла за дверь. Времени самой посмотреть на венец уже не оставалось, да и повода не доверять Вейлеру у меня не было. Скорее, это было возможностью меньше беспокоить его в дальнейшем, на что телохранитель, видимо, и рассчитывал.

Занятия в академии в этот день прошли для меня как-то смазано. Да, в общем-то, ничего значимого в последний учебный день на них быть и не могло. Но я все равно с трудом смогла дождаться конца уроков. А когда пришла в кабинет ректора, чтобы воспользоваться его телепортом, там меня ждал сюрприз.

— Элтар? — изумилась я, чуть не столкнувшись с другом, выходящим из портала.

— А вот и ты, — обрадовался он. — Таврим, я могу забрать ее на завтра? Хочу показать, как проходят экзамены у боевиков старого континента. Седьмой курс сдает на декаду раньше, а завтра как раз тема интересная. И еще завтра последняя боевая практика у восьмикурсников. Что-то вроде традиционного минитурнира. Я договорился о твоем участии.

— Прости, но сейчас не лучший момент…

— Да ладно тебе, — перебил он меня. — Отвлечешься перед экзаменами.

И я решилась. В конце концов, мне действительно стоит хоть немного отвлечься, к тому же я сама просила Элтара сводить на экскурсию в их академию. Неудобно теперь отказываться, да еще и ничего не объясняя. В результате договорились встретиться у дворцового телепорта Мириндиэля через полтора часа. Архимаг хотел пообщаться с коллегами, а я как раз успевала собраться, отнести дневник Вейлеру, чтобы ненароком его не подставить, в очередной раз безуспешно поинтересоваться новостями о Тэле и предупредить телохранителя о своем уходе на старый континент.

Ночевала я в доме Милиэны, который по размерам вполне мог сравниться с городским особняком герцогов Устийцев, а по помпезности так и вовсе его превосходил. Гостевая комната, в которой предстояло провести ночь, была подчеркнуто женской. Везде рюшечки, оборочки, семь ваз с цветами. Семь! И просто шикарное трюмо, против которого я ничего не имела, но лучше бы письменный стол или бюро поставили. Мне бы и обычного ростового зеркала хватило. Однако привередничать смысла я не видела, ведь мне предстояло провести здесь всего одну ночь, а не жизнь или хотя бы год.

Ужин прошел в тесном семейном кругу, и я сразу почувствовала то, о чем говорил Элтар. Нет, при мне они с Милиэной не ссорились, но постоянно чувствовалась натянутость в отношениях. Поэтому, когда он пригласил меня в библиотеку, чтобы за чашкой отвара рассказать о своих последних разработках, я испытала облегчение.

Бои восьмикурсников должны были проходить после обеда, так что с самого утра мы отправились на устный экзамен, причем по какому предмету он будет, архимаг так и не признался. Но раз он считает, что мне этот сюрприз понравится, уверена, так оно и есть.