Дождавшись, когда процесс построения завершится, ректор представился и выдал не особо длинную речь о том, какие мы особенные и какая это честь и ответственность — быть магом, как нас все будут уважать и какое обеспеченное будущее нас ждет в случае прилежания к учебе. В конце он представил своего заместителя по учебной части — мастера Кайдена.

Тот тоже произнес коротенькую речь, суть которой сводилась к тому, что мы, конечно, можем — чисто теоретически — стать могучими и уважаемыми магами, но для этого нужно учиться, не щадя сил своих. А пока есть мы никто и звать нас никак. Но даже таким неучам как мы полагаются медальоны адептов. И если мы посмеем уронить честь и достоинство магов, то он сам лично…

В общем, медальоны нам все-таки выдали, в чем мы, после всего им сказанного, уже серьезно сомневались. Первокурсники стояли притихшие и старались дышать через раз. Далее нас строем отвели в учебную комнату на первом этаже и осчастливили тем, что все уроки, кроме физической подготовки, медитаций и магической практики, будут проходить здесь. На эти три урока нас будут организованно отводить преподаватели данных предметов.

— Сегодня у вас до обеда чистописание и история, а после обеда физическая подготовка и медитации. Если кто-то не взял прописи и учебник по истории, сейчас быстро идите за ними и возвращайтесь сюда. Уборная через одну дверь направо по коридору. По академии не шляться, сидеть здесь и ждать мастера Лианилу — вашу преподавательницу по чистописанию. Всем все ясно?

— Да, — нестройным хором подтвердили мы.

Когда мастер Кайден удалился, адепты начали переглядываться. Судя по тому, что никто не покинул класс, все тщательно собрались на уроки, и завучу никого не удалось запугать до такой степени, чтобы срочно понадобилась уборная. В группе оказалось тринадцать человек. Я передернула плечами и понадеялась, что суеверия моего мира в этом силы не имеют.

В классе было шесть столов со скамейками, довольно длинных — судя по всему, рассчитанных на три человека. Стояли они двумя рядами по три стола. Я пристроилась за дальним у окна, дабы не загораживать обзор остальным ребятам и не лезть в глаза преподавателям. Ко мне тут же подсели близнецы. Похоже, этим мальчишкам также нравилось общаться со мной, как и мне с ними.

За первым столом расположился хорошо одетый паренек, с которым мне так и не удалось поговорить перед вступительными экзаменами. Присоединиться к нему никто не пожелал. А вот того «городского» с заплаткой на колене среди нас не было. Остальных ребят, если они и были в очереди на вступительный экзамен в мой первый день пребывания в этом мире, я не запомнила.

Через некоторое время мы услышали двойной удар колокола, и в класс вошла мастер Лианила. Я подумала, что количество ударов обозначает номер урока, но ошиблась. Это был конец первого занятия, а преподавательница просто решила начать пораньше, зная, что первого урока у нас нет.

— Доброе утро, адепты. Сейчас я буду называть ваши имена, а вы будете вставать, чтобы мы могли познакомиться, — начала она урок.

Так я выяснила, что мальчика за первой партой зовут Янисар, а маленькую девочку — Рамина. Первым делом нам показали упражнения для пальцев на развитие мелкой моторики. Я с удивлением обнаружила, что почти у половины группы возникли трудности при их выполнении. Также наглядно и доходчиво объяснили, как следует держать стилус в пальцах. После этого продемонстрировали, какой лист прописи нужно взять, проверили, чтоб никто не перепутал, и велели повторить изображенное в левой части по десять раз в строке справа.

Это были даже не буквы, а какие-то волнистые загогулины, перечеркнутые овалы, вполне привычная мне с детства звезда и под конец нечто, состоящее из множества мелких черточек и больше всего напоминающее несимметричную снежинку.

Пока мы выполняли задание, мастер ходила между рядами и наблюдала за процессом, иногда давая советы или делая замечания. Возле Янисара она остановилась.

— Вы умеете писать?

— Да, — коротко ответил он.

Мастер постояла возле него в задумчивости еще немного и, ничего не сказав, пошла дальше. Когда она добралась до нашей парты, у меня было готово чуть больше половины задания. Тарек заканчивал третью строчку из пятнадцати имевшихся, Марек ее только начинал и явно торопился не отстать от брата, потому как аккуратностью его работа не отличалась. За что и получил замечание от преподавательницы.

— Тоже умеете писать? — спросила она, глядя на меня.

— Не совсем, — замялась я, но поняла, что шила в мешке не утаишь, а мне с этими ребятами ещё учиться и учиться. — В своем мире умела писать, а здесь буквы перерисовать, конечно, могу, но диктант написать не сумею.

— Ну, все в начале делают ошибки, — постаралась подбодрить меня мастер Лианила, пытаясь справиться с удивлением.

Группа активно перешептывалась, обсуждая новость.

— Проблема в том, что я не слышу буквенное звучание слова на вашем языке, а сразу получаю значение на моем. То есть переписать текст со страницы я способна, а вот то, что нужно воспринять на слух, мне проще записать на родном языке, а потом зачитать, поскольку эффект перевода срабатывает в обе стороны. Чтение книг способствует запоминанию слов на вашем языке, но я здесь совсем недавно, и мои успехи еще незначительны.

— Что ж, пока мы занимаемся прописями, Наталья и Янисар по окончании выполнения задания могут показать его мне, предварительно подняв руку, а после этого идти заниматься в библиотеку. Либо оставаться на уроке, но вести себя тихо и не мешать остальным адептам.

— Я бы с удовольствием почитала в библиотеке, но мастер Кайден сказал, чтобы мы нигде не шлялись. А лично я его уже боюсь, — грустно пожаловалась я.

— Его многие боятся, — заверила нас преподавательница. — Но поход в библиотеку в академии не считается предосудительным, и при необходимости я подтвержу, что отпустила вас туда. Если не хотите, как я уже говорила, можете сидеть здесь.

Мастер Лианила продолжила ходить по рядам, а я решила все-таки рискнуть сходить в библиотеку. Справившись примерно к середине урока, подняла руку и, показав свою работу мастеру, тихонько вышла, прихватив только алфавит. Почти сразу за мной в коридор вышел и Янисар.

— Я могу тебе чем-то помочь? — поинтересовался он.

— Да, если не трудно. Меня нужно поправлять, когда я неправильно читаю слово, иначе я не понимаю его смысл. Только слово целиком называть нельзя, а надо сказать номер слога, на который делать ударение.

Придя в библиотеку, мы крайне удивили своим появлением ее хранителя.

— Вы что здесь делаете во время уроков? — строго вопросил он.

— Нас сюда отпустили с чистописания, поскольку мы уже выполнили задание до конца урока. Можно мне еще какую-нибудь книгу для чтения? — сразу перешла к делу я.

Библиотекарь какое-то время пристально на нас смотрел, но не увидев признаков нервозности, либо поверил, либо решил, что это не его дело, и удалился к полкам.

На этот раз мне принесли две книги на выбор: местный детектив «Великая жертва» и «Забавные истории из практики магов». Я на радостях вцепилась сразу в обе, вызвав у библиотекаря довольную улыбку.

Поскольку мне было интересно и то, и другое, предложила выбирать Янисару, и мы начали с забавных историй. Читать с ним было здорово, поскольку он не только четко и лаконично поправлял меня при неправильном ударении, но и смог довольно внятно объяснить суть встретившихся в рассказе магических действий, не имеющих аналогов в моем мире. Время пролетело незаметно, но на урок мы пришли вовремя, сразу сев за стол в библиотеке так, чтобы видеть часы.

Историю вел мастер Гарун, и по большей части он пересказал нам то же, что было написано в учебнике, сделав лишь небольшие поясняющие отступления. Сказав, что в дальнейшем первую половину урока будет занимать опрос по прошедшему материалу, а вторую половину будет даваться новый материал, преподаватель предложил задавать вопросы.

Поскольку в ходе этого урока выяснилось, что даты здесь отсчитывают от катастрофы, как мы от Рождества Христова, а речь шла только о первых годах, вопрос у меня появился. Но, дабы не выглядеть полной дурой, я решила сначала негромко задать его Тареку.