Смотреть по сторонам и отвлекаться на второстепенные мелочи великий Шабен себе не позволил, разве только на одно минимально короткое время. Чтобы работающие во втором эфирном слое производители яда себя больше не изматывали, в их сторону Загребной отправил громким голосом оговоренный сигнал, а сам вернулся к наблюдениям. Как-то до сих пор не верилось, что с чудовищем покончено. Да и здравый рассудок не давал расслабляться. Если Асма такого монстра сумел для охраны «броненосца» задействовать, что ему стоило еще несколько смертельных сюрпризов в объемных трюмах припрятать?

Но прошло полчаса, стали приближаться сумерки, а ничего опасного не наблюдалось. Да и убегающие за борт потоки симбионтов иссякли окончательно. Тут и Виктор, слегка отошедший от перегрузок последней магической работы, подошел к сидящему на камнях отцу:

– Па, там Люссия сюда рвется. Спрашивает, можно ли ей пройти по участку с маустами?

Семен повернулся в сторону любимой и жестами ей показал: «Лети сюда на Айне!» А сыну пояснил:

– Заодно посмотрим, рискнет ли теперь сайшьюн сесть прямо на корабль.

Действительно, поведение умных шмелей-транспортников весьма интересовало. Если они не почувствуют опасности в трюмах, то сядут спокойно. Ну а если почувствуют…

Посадка прошла успешно. Причем Зэро полетел за своим собратом без всякой команды через браслет. Значит, между собой у шмелей определенно полуразумное общение существовало. Но демонесса так и продолжала сидеть на спине Айна, вопросительно поглядывая на иномирцев, которые находились от нее совсем рядом.

– Ладно, тогда и мы рискнем! – Так и не выпуская из рук емкость с ядом, Семен дождался поддержки со стороны сына и перебрался с камня на палубу. – Блестит-то как!

Он наклонился и стал вплотную присматриваться к блестящей, словно надраенной бархоткой металлической поверхности борта. А в следующую минуту оба иномирца развили спор на тему особого состава металла. По их обоюдному мнению, получалось, что тот однозначно имеет какие-то особые примеси. Несколько странная структура металла сразу бросалась в глаза.

– Может, меня к обсуждению пригласите? – устало напомнила о себе бывшая преподаватель Масторакса Знаний. – Всяко лучше вас в металлах разбираюсь.

– Извините, графиня! – Так как отец так и оставался занят обниманием надоевшей ему кастрюли, то молодой лорд-барон сам элегантно подал даме руку. – Рады приветствовать вас на борту семейного флагмана!

– А ведь так, наверное, и получится, – улыбнулся Семен, присматриваясь к демонессе, осторожно делающей первый шаг по палубе. – Не сомневайся, металл двусторонний. Хотя от вас смотрится слишком тонким и эфемерным.

– Вот и мне странно! Зачем твоему предшественнику такой сплав, если он со своей командой истреблял на своем пути всех демонов? – Теперь и она пригнулась, в меру своих возможностей просматривая слой железа.

– Загадка! – последовали рассуждения со стороны старшего иномирца. – Хотя, возможно, к данному времени полиция королевства Айлон отыскала новые, более подробные записи Пасибжуха и в них тот поведает больше секретов из прошлого века.

– Хотя один секрет мне уже ясен, – пробормотала графиня Фаурсе. – По поводу странного блеска.

– Разве это не от воздействия яда опарышей? – удивился Загребной.

– Блеск, может, и да, но вот не думаешь ли ты, что за восемьдесят лет на этом металле не появилось бы и пятнышка ржавчины?

– Но ведь не появилось же!

– Основная причина в другом. Этот сплав не только двусторонний, но имеет в себе кристаллы твердых структур из третьего эфирного слоя. Эта структура мне хорошо знакома по трудам моего наставника.

Про наставника уже рассказывалось не раз. Тот прожил сто десять лет и со своим шестьдесят девятым уровнем был бессменным ректором сорок три года. От него способной ученице и привилась любовь к Эфиру.

– Раз тебе все сразу понятно, то подскажи: зачем моему предшественнику понадобился «трехсторонний» корабль?

– Извини, что раньше не рассказывала, но вроде как ни времени, ни повода не было. Но вся суть такого тройного сплава заключается в частичной невозможности воздействия на него магией. Вот попробуй расплавь хоть маленький кусочек этого выступа. Если конечно, сил накопил.

Семен заинтересованно хмыкнул и применил свои умения. Да только, кроме резкого перерасхода внутренних сил, ничего не добился.

– Да с меня втройне высасывает! – возмутился он и потрогал выступ. – А этот кусочек даже не нагрелся!

– Вот видишь, я права: одной загадкой меньше.

Виктор ударил сапогом по борту, и тот глухо загудел.

– И сразу несколькими загадками больше. Но с другой стороны, товар в хорошей кондиции! Начинаем осматривать трюм и нижние палубы?

Тут со стороны скал раздался крик дозорного:

– Прибыл обоз из рыбацкого поселка. С ним около полусотни работников. Говорят, их наняли для работы! Что делать?

– Обоз принять и разместить в лагере! – отозвался Загребной. – А людей сюда, с лопатами и топорами! – Затем выискал среди скал барона Варнградского. – Господин посол! Принимайте прибывших людей под свою опеку и начинайте очистку палубы и склонов от этих щупальцев. А не то мы завтра от вони разложения здесь сами вымрем.

– Сделаем! – отозвался Готтэ.

– Только постарайтесь кидать куски не возле днища и вдоль бортов, а в соседние расщелины. Хоть и дольше, зато самим потом мешать не будет. – Потом повернулся, перехватил удобнее емкость с ядом и распорядился: – Вначале глянем сверху в бункеры трюма, затем мы пройдемся по нижним палубам, а ты, Люссия, нас подстрахуешь отсюда. Особенно за морем следи, если и придет какая напасть на нашу голову, то только оттуда.

Демонесса глянула на него с укором, в котором ясно читалось: «Кому нужно это прикрытие?! Внутри я бы помогла больше!» Но спорить вслух при сыне не стала, только сдержанно кивнула.

Раскрыли люки нескольких угольных бункеров, но все они оказались на удивление пустыми. Видимо, и в самом деле корабль добирался к берегу на последних граммах топлива. Потом отправились к надстройке и обследовали ее. Там тоже немало подивились: почти все внутренности оказались перекручены и погнуты неведомой силой. То ли при отходе от материка Асмадея так кораблю досталось от морских чудовищ, то ли зелех здесь своими щупальцами развлекался и силенку пробовал.

Перед трапами, ведущими вниз, трио остановилось.

Немного подумав, Загребной потребовал принести из доставленных припасов с десяток глиняных баклаг и, наполнив их ядом, раздал своим близким со словами:

– В случае явной опасности кидайте в ее сторону и потом дробите корпус малым лучом силы.

Да еще и полный котел с ядом принес прямо на расчищенный в первую очередь участок перед надстройкой. Дабы графине Фаурсе спокойнее было. И только после этого стал спускаться с сыном на нижние палубы «броненосца». Вот там неприятно пахнущих остатков и непонятного мусора оказалось предостаточно. Поразило также и невероятное количество мебели из триединого металла – масса полок, закрывающихся шкафов, кухонного оборудования и немалое количество несколько примитивных станков. Все это хоть и стояло среди груд мусора, но весело поблескивало возвышающимися над грязью боками.

– Да, солидная плавбаза! – не удержался Виктор от комментария. – Только морозильных камер не хватает!

– Хм! Не забывай о магии этого мира, – размышлял Загребной, отставив надоевший ему до смерти чан с ядом в сторону. – Меня больше гнетет мысль, что вся постройка ни в коей мере не соответствует земным аналогам. Суть одна, но вот масса мелких деталей указывает на несомненные отличия. Например, хоть на эти комингсы взгляни! Подобной конфигурации мне видеть не доводилось никогда. Где мой предшественник такие прокатать сумел?

Кочегарка оказалась завалена непонятными отходами больше всего. Но предельные повреждения от времени имел непосредственный зал с котлами и паровыми двигателями. С первого взгляда бросалось в глаза, что сплавы здесь во многом использовались другие, самые обычные. И они подверглись жуткой коррозии. Некоторые приспособления оказались полностью изъедены ржавчиной, а некоторые вообще не поддавались идентификации.