— О которой ты мог бы спросить у меня, а не мучать растерянных спутников. — усмехается Джи, материализуясь на левом плече. Вздрагиваю, от ее появления, но товарищи лишь кивают, здороваясь. Потрясающе, значит она им знакома? — Вам несказанно повезло, этот аварийный терминал отслеживает все на сто метров в радиусе. Ближайший его дублер находится прямо над вами, но вряд ли вы захотите возвращаться в немертвое море?

— Да уж, спасибо. — передернув плечами отвечает Куват. — Обойдусь.

— Я тоже так думаю. — ехидно улыбается демонесса. — Значит вам вниз. Тридцать этажей, и вы на месте. К сожалению, гарантировать целостность шахты не могу, но по дороге советую забраться на склад готовой продукции. Не сомневаюсь, продовольствия не осталось, но возможно найдется пара контейнеров с водой или полезные вещи.

— Оружие нам бы пригодилось. — Произношу мечтательно, но тут же понимаю, что вероятность такого события крайне мала. — Отдохнем, подкрепимся, и можно двинемся дальше.

Устроившись на плащ-палатке, засунул в рот кубик сушеного мяса, и продолжил рассматривать карту. В правом верхнем углу нашлась надпись — «Ковчег, сектор 192Ц» буква тут же расшифровалась как «центр» что лишь добавило вопросов. Я бы сказал, что мы наверху. Пятьсот с лишним этажей. Но судя по всему тут несколько иной принцип обозначения и основывается он на дальности от центра спутника.

Пусть о текущем состоянии помещений ничего не известно, но на аварийной схеме легко можно найти старые условные обозначения. Скоростной лифт, рядом с шахтой которого мы расположились, обслуживал первые сто этажей. Судя по всему, центральные должны были служить для жизни и отдыха. Сколько людей могло одновременно находится на внутренней поверхности — понятия не имею. Но несколько сотен тысяч — вполне.

Ниже, в текущем секторе, шли бараки для рабочих, путепроводы для быстрого перемещения по миру, и фермы. Еще чуть ниже — склады. Много складов. К сожалению, что в них хранится — неизвестно, так что придется спустится и обойти их ножками. На самой границе карты, в нижней ее части, начинались блоки «крупных производств» что бы это ни значило. А за границей — увы неизвестно, аварийный терминал отвечал только за свою область.

Незаметно для себя я уснул. Без сновидений. Будто провалился в темноту. И очнулся от того что меня трясет за плечо Аи. Хочу было возмутиться, но замечаю прижатый ко рту палец. Шум. Тихий, но настойчивый, скрежет, доносится из-за закрытых дверей, ведущих в коридор. Встаю, стараясь не проронить ни звука, и прикладываю ухо к металлу, только затем, чтобы отдернуть его, сморщившись от скрежета, ударившего по барабанной перепонке.

— Может откроем и посмотрим? — Спрашивает Имаджин, сжимающая в руках малый топор Кувата.

— Нет. Нужно убираться отсюда. Будь там что-то разумное — стучало бы, а не скребло. — Говорю, быстро собирая вещи. — Еще одна мерзость, или туннельник — без разницы. В любом случае это враг. В первую очередь нам нужен рабочий терминал, но и на склады зайдем. Если не будет опасности. Нужно только сделать отражатели для фонарей.

С этими словами подцепляю метательным кинжалом пластину прикрывающую линию электропередач под терминалом. Черт, слишком толстая, ножом не разрезать, на совесть строили. Не знаю, сколько этому сооружению, но даже время и эрозия не слишком повлияли на пластину. Она чуть оплыла, но не более того. Под ней обнаружилось два углубления и толстые полоски проводов, с осыпающейся изоляцией.

— Не выйдет. Нужен другой способ. — Морщась говорю я. — Девушки, если у вас остались косметички или зеркальца — самое время ими поделиться.

— Что вы хотите сделать, господин? — Удивляется Аи, с сомнениями протягивая сложенную брошку, в треть ладони. Открываю, и с облегчением вижу не стекло, а хорошо отполированную серебряную пластинку, как раз нужного размера. Пара минут, и к лампадке прикручен вполне сносный отражатель, собирающий свет в концентрированный луч.

— Куват, это тебе. Давай закрепим на шлем. Будешь шахтером, и во лбу звезда горит. Головой слишком не крути. Так ты можешь нас ослепить. — Отдавая рекомендации формирую правильный конус, для лучшей концентрации луча. — Теперь ты не только идешь первым, но и освещаешь дорогу. Остаточного света должно хватить, чтобы остальные привыкли к темноте.

— Смотрите! — Уже не скрываясь восклицает Имаджин, держащаяся за косяк и показывающая на верх. — Это… оно тянется сюда!

— Не может быть. — Вскакиваю, беря в руки глефу, и в один прыжок оказываюсь у дверей лифта. В тусклом, мигающем свете аварийного освещения видно, как из пролома сверху спускается многометровое щупальце. Десять, нет, даже двадцать метров. И пусть на конце оно не толще человеческого пальца, его основание в ширину достигает почти пяти метров. — Черт. Куват, идешь первым. Не отвлекайся и считай этажи. Если устанешь цепляй страховку. Аи, Имаджин — вы следом. У меня самое длинное оружие — замыкаю.

Спорить со мной не стали, и на том спасибо. Оголив когти на ботинках и перчатках, орк-защитник повесил рюкзак на плечи и аккуратно нащупав выемку — ступеньку спускается вниз. Звон металла разносится по шахте. Тусклый луч импровизированного фонаря скользит по стенам, выхватывая надписи и потеки слизи. Но куда больше меня беспокоит немертвое море, тянущееся к нам своими отростками.

Дождавшись пока обе девушки спустятся на пролет, выбираюсь наружу. Достаю страховку, не забывая перевешивать ее на скобы. У нас впереди сотня метров, наверху противник, и если сорваться, то шлепка тела уже не услышать. Слишком велико расстояние. Мигающие аварийные лампы теряются во тьме шахты. Мы двигаемся цепочкой, держась рядом с заблокированными выходами на этажи и черными провалами открытых коридоров.

Сколько времени понадобится, чтобы осмотреть их все? Годы? Десятки лет? Размер этого сооружения вполне соответствует звезде смерти. Вот только в отличие от киношной станции, здесь все максимально функционально. Пространство не просто заполнено — оно забито под завязку инженерными и складскими помещениями. Реальность все же подчиняется совсем другим правилам, не имеющим ничего общего с зрелищностью присущей фантазиям режиссеров.

Кто бы не строил Ковчег, как называлось это циклопическое сооружение на карте, он экономил пространство и ресурсы, хотя главным приоритетом оставалась надежность. Уже очевидно, что создателями были люди, об этом говорили надписи, откликнувшийся компьютер, даже расположение комнат. И все равно, я не могу себе вообразить масштаб проделанной работы.

— Тварь! — Негромко шипит кошка, и присмотревшись я вижу, как Имаджин отталкивает от себя тонкое щупальце мерзости, высунувшееся из открытой двери. Черт. А я так рассчитывал, что ниже их не окажется. Видно зря.

— Убери руки! — Коротко приказывает Аи, и свесившись срубает отросток. Существо на секунду отдергивается, а затем выпускает еще несколько зловеще выглядящих щупалец, подсвечиваемых красными аварийными огнями. Медик, быстрыми, уверенными движениями срубает одну тянущуюся к кошке конечность за другой, но у противника полностью отсутствует инстинкт самосохранения. Мерзость вздрагивает, после каждого удара, но продолжает переть вперед, уже дотягиваясь своими когтями до лестницы.

— Оставь ее, и спускайтесь ниже. Я ею займусь. — Приказываю, проверив надежность страховки и перехватив глефу, висевшую за спиной. Имаджин коротко вскрикивает, одно из щупалец ее достало, оцарапав плечо, но с помощью Аи у девушки получается убраться из зоны досягаемости твари. И теперь мы остаемся один на один.

Помня, что существо теоретически бессмертно, и может собирать себя даже по каплям, повинуясь воле немертвого моря, решаю бить наверняка. Обрубая длинным лезвием тянущиеся ко мне склизкие, с волдырями на поверхности, щупальца, отшатываюсь из-за отвратительного гнойного запаха. Желудок сдавливает спазмом, но сдерживая его я отсекаю очередную конечность, и сбрасываю ее вниз, стараясь не попасть в товарищей.

Мерзость, в полном соответствии с данным ей названием, противно булькает, раскрывая безграничный аморфный рот тянется ко мне, и с каждым ударом уменьшается в объемах. Экономлю силы, бью только наверняка, однообразными рубящими ударами. Плоть существа легко поддается, и будь оно живым — погибло от кровотечения или болевого шока. Но этой твари наплевать на потерю пары конечностей. Порождение хаоса желает лишь одного — насыщения. Роста, за счет чужого, еще живого мяса. Но это расходится с моими планами.