— Ты либо дерись, либо пошел вон! — крикнул я, не сдержавшись, и эльф, будто очнувшись ото сна, отпрыгнул в сторону под победоносным взглядом Шунюана.

— У вас нет ни единого шанса! — рассмеялся демон. — Вы лишь дети, не понимающие сути вещей!

— Спускайся и дерись, как воин! — грозя кулаком, прокричал Ичиро.

— Я никогда не был воином, и никогда не буду, — еще громче рассмеялся Шунюан. — Ваши жалкие понятия о чести и достоинстве — лишь способ оправдать убийства. Снять с себя ответственность. Но я не такой. Я знаю, чего стою и что делаю. Все мои поступки лежат тяжким грузом на моих плечах и служат одной-единственной цели — выживанию моих детей.

— И поэтому ты проиграешь! — выкрикнул я, уходя от очередного огненного шара. — Твои дети больше не верят в тебя, они выросли и думают своими головами!

— Ничего страшного. Когда я с вами покончу, поднимусь наверх и приведу все в порядок.

Демон стоял посредине платформы, казалось, даже чуть расслабленно, но я видел, как дрожат от напряжения его руки. Почему? Что он делает? Иллюзии? Нет, я бы почувствовал. Готовится к одному мощному удару, который сметет все? Думать времени не оставалось, с одиночных заклятий противники перешли на массовые.

Горилла и маг Огня объединились, и камень загорелся, превращаясь в магму. Стены пламени отрезали нас друг от друга, заставляя сражаться поодиночке, расходиться в стороны. А ледяные иглы все чаще попадали в цель, стуча по деревянным пластинам доспеха, и смазанность силуэтов с дымовой завесой уже не спасали. Ледяной щит становился все шире, закрывая платформу не только спереди, но и с боков, и сверху.

— Цвет! — крикнул я, вскидывая рогатку, и одновременно со мной во врагов выстрелили все девушки, покрывая ледяной щит толстым слоем непрозрачной краски. Шунюан выругался, мгновенно потеряв нас из вида, и ледяной щит обрушился в пропасть, почти мгновенно сменяясь новым. Почти. Аи уловила момент, активировав технику замедления времени, и мы успели выстрелить еще раз. Жаль только, что стрелы это не ускорило и они долетели, когда новый щит уже полностью сформировался, закрыв платформу.

— Почти смогли, — рассмеялся демон. — Кажется, это веселее, чем я думал.

— Ничего, у твоих соратников силы кончатся раньше, чем наши стрелы, — выкрикнул я, пытаясь отвлечь внимание от Юн. — Они иссохнут до состояния скелетов, а мы все еще будем полны сил!

— Как самонадеянно. Решил, что, увидев в деле одного хаотика, теперь знаешь обо всех? — усмехнулся Шунюан. — Пока мы рядом с прорывом Хаоса — сила проводников безгранична и ограничена лишь тренированностью их разумов и тел. Можете даже не надеяться на скорую победу.

Мельком взглянув на бурлящую на дне котлована, переливающуюся всеми цветами радуги субстанцию я понял, что демон не врет. Просто не считает нужным. Так вот он какой, Хаос. Без определенной формы, цвета и содержания. Неизменно меняющийся и не на секунду не останавливающийся. То покрывающийся ледяной коркой, то зажигающий пламя или выпускающий разноцветные лучи в произвольных направлениях.

— Какой-то он маленький. Наверное, кто-то слишком туп и ленив и не смог создать больше, — усмехнулся я, в очередной раз заливая ледяную броню краской.

— Щенок. То, что ты видишь — второй прорыв Хаоса за всю историю мира! Я сам! В одиночку! Создал его, собрав по старым чертежам пробойник, и тысячелетиями накапливал энергию, чтобы его воплотить. Это не просто чудо — это спасение для всех, кто будет жить в его радиусе. Это мой великий уравнитель Забвения, единственный способ спасти все, что осталось от этого жалкого мирка. Тебе не понять величие моего замысла!

— Он управляет магами, как куклами! — крикнула Юн, все это время проверявшая мою теорию, переданную через интерфейс. — Они не живые — лишь куклы в его руках.

— Как я и думал. Вот она, цена твоего величия! Ты даже не в состоянии собрать вокруг себя преданных последователей. Кто поверит в тебя? Кто будет слушать? Ты лишь манипулятор, держащий собственных созданий за рабов. Больше того, сомневаюсь, что ты вообще в состоянии хоть что-то сделать сам. Как был безмозглым диким, так и остался!

— Заткнись! — волна ярости обрушилась на меня вместе с огненным ураганом и ледяными лезвиями. Все внимание демона оказалось приковано к моей персоне, и лишь десяток призраков, вызванных в последний момент, спас меня от неминуемой смерти. Теперь они стали куда вещественнее. Закрыв меня своими телами, они приняли на себя большую часть урона, позволив отпрыгнуть в сторону. Плечо обожгло потоком магмы, и мне пришлось отбросить вспыхнувший наплечник. Но это того стоило.

Один-единственный, тщательно собранный заряд взорвался на платформе, подняв ядовитое облако с запасами жгучего перца и всем, что мы еще могли собрать. Шунюан взревел, вертя головой и пытаясь понять, что произошло. Он и его марионетки ослепли из-за слез и соплей. Они метались по вздрагивающей платформе, терли руками лица, еще сильнее вдавливая толченый перец в слизистую. А виновник торжества — Хироши, — весело помахав рукой, уже накладывал следующую глиняную бомбочку на тетиву.

Не скованные больше задачей привлекать внимание, мы с Ичиро и Аи выстрелили «кошками» в неровный потолок и взмыли в воздух, приземлившись на платформе в тот момент, когда маг Воздуха избавилась от следов ядовитого тумана. Это последнее, что она успела сделать, ведь в следующую секунду парные клинки Ичиро разрубили ее на медленно падающие в пропасть части.

— Предатель! — взревел Шунюан, сообразивший, что происходит, в последний момент. Но сделать он уже ничего не мог. Скрестивший когти-лезвия волк спас демона от разрывающего удара топора нашей орчихи. Горилла набросилась на Ичиро. А я, создав десяток призраков, обрушился на декана. Маг Льда еще пыталась сопротивляться, но атакующие с разных сторон Хироши и Юн не оставили ей и шанса.

Воздух почернел от взмахов хлыста демона. Тысячи лезвий с ревом разрывали пространство, норовя ударить с разных сторон, и призраки один за другим гибли, лишь заставляя Шунюана отступить. Сражаться против мастера экзотического оружия оказалось почти нереально, разница в уровне была больше, чем пропасть под нами, но объединение способностей Хаоса, обретенных при спуске в подземелье, вместе с наработанными техниками позволяли мне раз за разом наносить удары по врагу. К тому же я был не один.

Платформа вздрогнула, когда на нее с лязгом приземлился Куват. Хлыст щелкнул, обвиваясь вокруг незащищенной шеи. Но вместо того чтобы отпилить ее одним движением, застрял в железной ладони защитника. Воспользовавшись секундной заминкой, я ударил демона в лицо противовесом, не особенно надеясь на результат. Я прекрасно помнил стальной скелет киберов, защищающий их от любых повреждений, но вместо звона стали услышал глухой треск ломаемой кости.

Шунюан закричал от боли, выпуская из рук хлыст и хватаясь за лицо. А в следующую секунду его одежда вспыхнула от удачного попадания Хироши. Горилла, ведомая волей хозяина, дернулась его защитить, ослабив оборону, и тут же лишилась головы. Волк пал, располовиненный почти до пояса богатырским ударом Аи и пронзенный несколькими стрелами.

— Ты обещал! — крикнул Ичиро, и я нехотя опустил глефу, которой уже собирался проткнуть раненого. Мечник хищно оскалился, прыгнул вперед, собираясь отсечь голову врага, но в последнюю секунду Шунюан отмахнулся от него, будто от мухи, и нас всех, включая Кувата, смело с платформы, будто оригами ураганом.

Мы с Аи едва успели подхватить защитника под руки и, уцепившись «кошками» за скалу, больно приложились о внутреннюю поверхность котлована. Орк, вбивая пальцы в камень, сумел выбраться на порядком потрепанный бортик, а следом поднялись и мы. Чуть в стороне, ругаясь и грозя всему свету, выбрался Ичиро.

— Какого черта? — озлобленно крикнул мечник, упустивший добычу.

— Твари, — прохрипел демон, поднимаясь. — Вы даже не неразумные дети, вы паразиты, которых нужно вывести, чтобы организм начал работать! Гея! Пробуждение! Активировать протокол «Создатель»!