— Гуо думал так же. А потом погиб от моей руки.

— Для меня это даже не угроза, какой бы смысл ты не вкладывал в эту фразу. Он был лишь мальчишкой, который ничего не понимал в собственной природе! А я изучала их столетиями, — усмехнулась Энмира, — магии Жизни, Крови. Все это совершеннейшая ерунда по сравнению с истинной силой — магией Души!

— Да ты безумна, — сказал я на всякий случай готовясь активировать глаз Они. Судя по поведению окружающих, они думали так же, как и я, вот только боялись произнести это вслух.

— Не больше тебя, щенок, — подалась вперед ведьма, и я едва сдержался, чтобы не атаковать первым. Одно случайное движение и мне придется искать другой способ избавиться от обвинений. К тому же я совершенно не был уверен, что смогу справиться с переродившейся демонессой, которая прекрасно знала и использовала свои силы.

— Возможно. Вот только не уверен, что нам тогда по пути. Если как ты говоришь — с Дланью тебя больше ничего не связывает, зачем мне этот договор?

— А ты умнеешь, — несколько раздосадовано сказала Энмира, откидываясь на спинку трона, — еще недавно не раздумывая бросился бы на меня, как дикий зверь и послушная зверушка Рейнхарда, — ведьма улыбнулась, показывая тыльную сторону ладони, на которой медленно затухали фиолетовые линии жил, — и тут же умер бы на месте.

— Месяц на грани смерти под постоянными пытками голодом, жаждой, темнотой и одиночеством, знаешь ли, очень неплохо прочищают мозги. Тем более, что убить я тебя всегда успею.

— Договор в силе, — скривившись, ответила ведьма, — и Длань я чту. Другой такой магической силы нет нигде. А теперь, когда я обнаружила здесь залежи черной эссенции в торфе, понятно зачем Славия нужна Империи. Создание такой армии как у меня — только первый шаг к полноценному мировому господству. Куклы не устают, не требуют пищи и не чувствуют боли.

— Зачем использовать тела убитых вместо того, чтобы сделать чистых существ из эссенции?

— Что значит зачем? — удивленно подняла бровь виконтесса, — страх. Да и лишние материалы тратить на создание костей не придется. Контролировать и чувствовать несколько сотен тел — непередаваемое ощущение. Если вернешь себе полноценный интерфейс, обязательно попробуй. Я будто везде и нигде одновременно. Советники и слуги — стали не более чем статусным приложением. Если понадобится, я могу сама полностью обеспечить жизнь замка.

— Предпочту оставаться собой, — решительно ответил я, — а не делить собственную душу.

— Если бы ты только ощутил то, что могу почувствовать я, уверена, ты бы изменил свое мнение, — усмехнулась Энмира, — как я понимаю твои поиски оказались безрезультатными. Новыш к нам не присоединится?

— Мы добились мира с Владимиром. Он не ударит нам в спину — этого уже более чем достаточно.

— Достаточно или нет — решать мне, — с нажимом сказала ведьма, — но даже если он осмелится выдвинуться на передовую и ударить в спину, его будет ждать смертельный сюрприз. А сейчас уходи, я больше не хочу тебя видеть.

Поспешив покинуть терем, я вернулся в облюбованный нами барак, совмещенный с просторным амбаром. В последнем на соломе разместились беспокойные лютоволки, нервничущие и часто поднимающие головы от присутствия марионеток. В дальнем углу барака стояла отгороженная о остальных занавесками кровать Эвы. Возле нее крутились Ксиулан и Мария. Девушки не отходили от сломленной драконидки ни на минуту. И та даже начала оживать. Но явно недостаточно.

— Пришло время выполнить уговор, — сказал я Гавру, протягивая кулон. Второй такой же уже висел на шее Эвы.

— Поверь мне, — хмуро покачал головой Гавр, наклоняясь над измученной девушкой. — Я и сам не хочу здесь задерживаться ни на секунду дольше, чем нужно. Атмосфера в округе, сам видишь — нездоровая. Превращать своих и чужих мертвецов в куклы, пропитывая тела черной эссенцией — это не только низко, но и очень опасно. Что будет с мозгами кукловода при таком объеме задач, даже я не представляю. Могут вполне себе спечься, как тот пудинг.

— Она уже не та, что была, — согласился я, — пожалуй, она и сама уже мертва. Но наших планов это не отменяет. Ты готов или нет?

— Считай, что меня для этого создавали, — усмехнулся мой бывший сокамерник, возле ног которого уже лежало несколько склянок, приобретённых в ближайшей алхимической лавке. — Что бы ни случилось — не дергай меня или ее. Не беспокой, в общем. В лучшем случае, это займет несколько минут. В худшем — несколько недель. Но как бы плохо это не выглядело со стороны — у меня все в полном порядке. Ты понял?

— Конечно. Поверь, мне будет чем заняться и вне бараков, — кивнув, я дождался, пока Гавр почистит ожерелье от крови князя Полоцка и приложит его к коже. По команде то же сделала Мария для Эвы. Прошло несколько секунд, а потом оба связанных амулетами будто упали в обморок.

Мы положили их рядом. На одну кровать. И отгородили шторой. Мне очень хотелось находиться рядом, когда Эва очнется, но дел и в самом деле было невпроворот. Чего только стоил ремонт летучего корабля, в котором мне предстояло помочь дварфам.

— Думаю, в связи с тем, что жар-птицы отправлены к Владимиру, нам не плохо было бы выпить, — заявил Хикару, поймав меня у самого выхода из бараков.

— Не уверен, что мне в горло хотя бы капля сейчас залезет. Так что предпочту заняться делом. Нам еще оставшихся девушек нужно разместить.

— Нет. Ты не понял. Нам нужно выпить, — с нажимом сказал Безгрешный.

— А. Ну раз нужно, значит пойдем, — мысленно обругав себя за недогадливость согласился я. Удовлетворенно кивнув, барон Крыса провел меня за границу крепости, где расположился его лагерь. Кого тут только не было. Огры, орки, эльфы, дварфы. Полукровки всех размеров, цветов кожи и волос. Но главное небольшое одноэтажное здание с надписью — Пивной барон.

— Приветствую, Шардон, — улыбнувшись, Хикару кинул на барную стойку несколько монет, — всем пива за мой счет! И чтоб во всю глотку славицу орали!

— На это хватит только если гоблинский каратун наливать, — сказал широкоплечий дварф с неестественно рыжей бородой, но деньги мгновенно исчезли под его ладонью, а вскоре в руках посетителей начали появляться деревянные и глиняные кружки. А когда мы уселись за один из центральных столиков нестройная толпа начала горланить какую-то песню. Из-за разноголосия, особенно громко орал полуогр, даже слова было тяжело разобрать. Но Хикару такому повороту был только рад.

— Нужно подумать об устранении Энмиры, — сказал он мне на ухо, — это не с Райни покончить, тут одного удачного случая будет мало. К тому же она совершенно сошла с ума. Даже в Империи этот прием считается запретным. Создание такого количества кукол возможно только при делении души. Она больше не человек.

— Она уже давно не человек, — так же ответил я ему, — но я не представляю, как сейчас можно с ней справиться. К тому же мне нужен этот договор. Пусть я не питаю к Молоху никакой враждебности, но если сработает, избавлюсь от обвинений.

— Это не поможет вернуть интерфейс, — уверенно заявил Безгрешный, — на это способен только старший демон. А они все заодно. А уж убивать принца Алинеля пусть и младшего — вовсе плохая идея. Так мы союзников не найдем. А в борьбе против империи они нам сильно пригодятся.

— Значит, найди способ с ними связаться. Есть один вариант, — я наклонился совсем уж близко так, чтобы никто за шумом толпы гарантированно не смог нас подслушать.

— Может сработать, — Хикару в задумчивости почесал подбородок, — почему нет. Тем более у меня есть одна догадка. Не уверен, что тебя отпустили прямо-таки под честное слово. Да и одного из наших друзей почти никто не видел.

— О чем ты? — не сразу сообразил я, — хочешь сказать, что среди моей команды есть шпион? Ну, кроме твоих.

— Как минимум два, — уверенно кивнул Безгрешный, — не знаю можно ли дварфов считать шпионами, они же все же не давали тебе клятву верности, а просто работают по найму. Да и с девушкой все не так просто. Мои информаторы в Уратакоте говорят, что она действительно дочь барона. На нее трижды покушались. Но как сам видишь, девушка вполне выжила. Кроме того, она и сама не самая невинная овечка. Мачеха ее уже не пережила.