— Как скажите! Вы же профи!

— Тогда о цене. Предлагаю оценить сей артефакт в пять миллионов. В случае, если предмет будет разрушен, я выплачиваю вам два с половиной миллиона.

— А вам?

— А мне достанется печальный опыт и небольшая, но качественная Пластина созидания, которую я пущу в следующий эксперимент. Теперь поговорим об мастерской. Как я понял, те, что расположены рядом, не работают.

Сергей протянул ключи.

— Пойдемте, Аркадий Соломонович. Есть мастерская еще ближе.

Наследство от родителей Клеща мастеру понравилось. В помещении была масса инструментов и для работы по металлу, и для столярных работ. Все было разложено по своим местам. Тут же находился точильный и сверлильный станки, сварочный аппарат.

— Токарного, увы, нет.

— Это не критично, Сергей. С копьем мы таких кардинальных приготовлений делать не станем. Только поверхностные дополнения! Но не сегодня. Я морально не готов к этому шагу. Завтра! А пока что я осмотрюсь, и прикину, что можно добавить к предмету, прежде, чем начнется процесс крафта.

— Кстати, можете посмотреть дом. Есть возможность вам сюда перебраться. Здесь комфортней будет.

Едва Стиляга вошел в дом, сделал вывод, что предложение очень хорошее и понравится жене. Они списались и решили, что сразу перенесут вещи.

Клещ: Новость. Ты с понедельника в отпуске не только игровом.

Клирик: Что так внезапно?

Клещ: Согласно графика. Но уверен, что кто–то подсуетился. Мне из управления кадров сами позвонили. Напомнили, что график, это неформальность и его необходимо соблюдать. Вечером заскочи и у дежурного оставь рапорт.

Сергей задумался. За время службы попасть в отпуск в то время, когда ты хочешь, в прежней службе можно было и не мечтать. Да и отгулять все положенные дни никогда не получалось. А тут такая забота о личном составе.

Клирик: Я с завтрашнего дня в отпуске.

Кнопа: Класс! А у меня квартира преображается. Тебе понравится!

Во время переноски вещей случилось то, что где–то в подсознании его и тревожило.

Линда: Как гости? Устроились?

Клирик: Дом куплен. Ночевали. Но сегодня перемещаемся в соседний дом. Дом Клеща. Тут условия лучше.

Линда: Это хорошо. За гостями нужно присмотреть. Ты ведь как раз в отпуске. Совмещай приятный отдых с моим поручением.

Клирик: Охрана или конвой?

Линда: Охрана!!!

Клирик: Хотелось бы понимать, откуда ожидать проблем.

Линда: Вечером напишу.

«Все равно отпуск лучше, чем работа! Даже если отпуск по принуждению».

Клирик: Солнце! Пока добираюсь домой, подумай, что нам надо будет для переезда на дачу.

Кнопа: И что я еще не знаю?

Клирик: Как классно просыпаться не от звуков будильника и топота соседей над головой, а от петушиного крика и солнечного лучика через щель в занавеске.

Будущая офицерская жена отреагировала на переезд, как и положено — собранными сумками и чемоданами. Вещей была гора. Очень обрадовали слова Лены, что она планировала купить в квартиру цветы, но отложила это на завтра.

— Сколько мы там будем, как я понимаю, не известно. А цветы тут бы и погибли. Либо пришлось брать их с собой.

Для перевозки собранного пришлось обращаться к Таксо, у которого были знакомые с микроавтобусами.

Перед сном Сергей вспомнил, что Тоша никогда не был в сельской местности.

— Интересно, как он на эти перемены отреагирует?

— Как и я! Стрессом! Он — квартирный кот, который знаком с окружающим миром посредством общения с голубями через стекло. Я — девочка столичная! Коров даже в зоопарке не видела!

— Коров в зоопарке не держат.

— А вот и зря! У меня только двое одноклассников их живьем видели, когда к бабушкам в деревню видели. А один даже на живой лошади сидел! И видео показывал. Всем понравилось!

— Интересно было бы глянуть видео, если бы он на неживой лошади сидел.

— Вы готовы, Сергей?

— А вы меня возьмете? Тогда готов!

— Пускай наши девочки цветочки нюхают, а мы займемся настоящим делом! Мастерскую я осмотрел. Все, что может понадобиться, там есть. Но основное я привез с собой. Увы, но обращаться на аукцион мне пока, мягко говоря, не хочется.

— А мне что надо будет делать?

— Я ночью подумал и решил последовать примеру супруги. При работе все-таки важны эмоции. Спешка нам не нужна. Поэтому, вы начинайте рассказ о том мире и о том, как к вам попал этот предмет. А я, не торопясь, начну подготовку предмета к крафту.

Стиляга раскладывал на верстаке какие–то свертки, флаконы и мешочки, а Сергей начал рассказ о своем пребывании в мире Блеанда. Описал природу и светило. Потом рассказал, как первый раз встретился с кентавром и добыл копье.

— А какие они, кентавры? Красивые?

— Если вы об обликах из мультфильмов и кино, то забудьте! Рослые и мускулистые, это да. Но не красавцы в нашем понимании этого значения. Голова большая и круглая как сковорода. И такая же плоская. Кожа темная. Кофе с молоком. Рот и глаза огромные, а ушки крохотные. Вместо носа — горизонтальная щелочка. И воняют! Стойкий запах смеси лошадиного пота и навоза.

— Вот! Вот, что мне надо! Я займусь древком копья. У меня есть небольшой запас тонкой серебряной проволоки. Пока я буду тут колдовать, а вы поищите, что–то такое, что связано с лошадьми. Может у соседей что–то завалялось. Не сочтите за труд, Сергей! И не торопитесь! Суета нам не нужна.

С ближайшими соседями его знакомил Клещ. К ним Сергей и направился, чтобы узнать, есть ли вообще в селе конское поголовье.

Конь в селе был. Один, и на другом конце села. Когда Сергей туда дошел, как раз владелец подъехал ко двору на телеге с сеном, в которую был запряжен конь гнедой масти. Поздоровавшись, Сергей представился и попросил помощи.

— Выручайте! Друзья, как узнали, что я в деревне сейчас, требуют сувенир какой-нибудь. Хотят что-то связанное с лошадьми. Если есть что-то ненужное, я бы купил.

— Подержи, — передав Сергею поводья, хозяин ушел во двор.

Конь, косясь на чужака, фыркал, словно кентавр. В лошадях Сергей разбирался, как и в коровах, то есть, никак. Похлопав его по шее, он почувствовал, что шерсть у животного влажная от пота. Пока хозяина не было видно, он достал носовой платок и провел по самым влажным местам, за одно отгоняя надоедливых насекомых.

— Вот, — мужчина протянул Сергею несколько ремней, соединенных кольцами. — Узда осталась. Старая и сильно изношенная. Все никак выбросить не получалось. Только и думаю об этом, когда головой за нее цепляюсь. А больше ничего. Все старье скупили хозяева придорожного кафе. Для антуража, говорят. И колеса деревянные от старой телеги. И саму телегу. Хомуты. Только узда да куча навоза осталась. Тебе, случайно, навоз конский не надо, — хозяин коня подмигнул и усмехнулся. — Если что, я отсыплю.

Сергей достал кошелек, но мужик отмахнулся.

— Дарю! Говорил же, что выкидывать собирался.

Когда Сергей вернулся в мастерскую, Аркадий Соломонович, что–то напевая себе под нос, оплетал древко проволокой.

— Мало у меня ее. За то она посеребрённая. А тут нашел только моток медной из трансформатора, но решил ее не использовать. Где трансформаторы, и где кентавры?

— Серебра я у них тоже не видел. Вот, — он протянул ремни артефактору, — только это нашлось. А еще, пригодится или нет, сами решайте, платок с потом коня.

— Молодой человек, а вы точно раньше с ремесленниками в Игре не сталкивались? При крафте все может иметь значение! Кто–то к ингредиентам добавляет капельку крови, проколов свой палец. Кто–то приматывает к заготовке пчелу, рассчитывая, что ее жало как–то отразится на свойствах создаваемого предмета. Пот коня, это хорошо. Креативно!

— Так креативность у меня на «четверке».