Автомобили Романовых с трудом нашли парковочные места. Томас с девушками вышли на улицу и направились к скоплению людей. Не смотря на дождь, сотни приезжих суетились между рядами палаток, приобретая сувениры, делая фотографии на память. С других торговых рядов лёгкий горный ветер приносил ароматы приготовленной пищи — варился рис, жарилась рыба на палочках, пеклись лепёшки с кари и мясом. Доносились музыка и смех. Было сложно поверить, что пустырь у храма превратился в ярмарочную площадь всего за одно утро.

— Ого-о! — с нескрываемым восторгом произнёс Томи. — Не ожидал увидеть столько людей…

— Хе-х! — улыбнулась Аделина, довольная его реакцией. — Каждый пришёл получить новогоднее предсказание и попросить удачи! — она говорила громко, ведь людей здесь сотни, естественно, было шумно.

— Предсказаний?

— Ага! Если хочешь, тоже можешь получить!

— Хочу! — усмехнулся он, натягивая чёрную медицинскую маску на лицо.

— Подожди, — Ханако шагнула к нему и поправила одну из лямок.

— Спасибо. — заглянул Томи ей в глаза. Забота зеленоволосой оказалась приятней чем он думал. — Идёмте!

Томас пошёл вперёд, а девушки пристроились позади. Браться за руки было бы неприлично, поэтому, они, практически как жёны, последовали позади своего мужа.

Томи лавировал между зеваками, разглядывавшими побрякушки. Впереди, перед входом на территорию храма, показались установленные красные колоны — мощные и высокие, между ними висел огромный фонарь с расписными узорами. Японцы проходили под этим фонарём и дотрагивались до выгравированного снизу дракона.

— Зачем они это делают? — остановился Томи перед толпой.

— Так люди просят удачу у повелителя древних существ. — ответила поучительно Ханако.

— Дотронься и ты, — предложила Аделина. — Когда будешь проходить на территорию храма. Только не забудь попросить удачи.

— Л-ладно. — решил Томи попробовать.

До него дошла очередь, и, проходя через установленные врата, он поднял руку и дотронулся до изображения мифического существа, прикрыв глаза:

«Великий Дракон. Удача не нужна мне. Лучше сбереги моих любимых.»

Он убрал руку и вошёл на территорию храма. Аделина и Ханако прошли следом. Атмосфера здесь разительно отличалась от ярмарочной. И людей меньше, и как-то солидней что ли — никаких тебе палаток и шумных продавцов. Перед высоким сооружением с изогнутой крышей, который и был храмом, стояли с десяток огромных чанов, из каждого поднимался густой дым, разлетаясь по ближайшей округе. Томи сразу ощутил знакомый запах:

— Благовония?

Он никогда не видел такого кумара. Стоящие на территории японцы махали руками на себя, желая пропахнуть ароматом как можно сильнее. Томи снова повернулся к девчонкам и только хотел уточнить: зачем они это делают, но Аделина ответила сама:

— Говорят: благовония в Новый год излечивают болезни.

— А ещё! Изгоняют злых духов! — добавила Ханако.

— Вон оно что. — почесал Томи подбородок. — Что-то похожее есть и в Российской Империи. Да, точно. Только в России для подобных ритуалов используют воду… — его глаза скользнули к навесу, под которым толпились прихожане. Там были установлены по меньшей мере сотня ячеек, на широкой столешнице стояли металлические цилиндры с отверстием, японцы поочерёдно подходили к цилиндрам и трясли их, вынимая палочки. Затем клали эти палочки обратно и подходили к ячейкам.

— Это и есть уголок с предсказаниями. — снова Аделина будто прочла мысли Томаса лишь по выражению лица.

— И что нужно делать?

Боже, он был похож на какого-то любопытного мальчишку.

— Подойди и достань из цилиндра палочку, — ответила Ханако. Она улыбалась, сегодня Томи был таким милым. — На ней будет номер. Запомни его и открой ящик с таким же номером, там и будет твоё предсказание на грядущий год.

— Угум. Так и сделаю.

Через пару минут Томи, дождавшись своей очереди, достал из цилиндра палочку с номером четыре.

Аделина и Ханако переглянулись. В цилиндре не должно было быть цифры четыре, ведь она обозначала смерть… В Японии старались избегать этой цифры в нумерациях…

Томас подошёл к ячейке с номером четыре, открыл её и, достав лист с предсказанием, прочитал:

«Солнце на Востоке рано заходит. Так и твоя смерть придёт.»

— Что там написано? — подошла Аделина.

— Глупость какая-то! — улыбнулся Томи и положил бумажку в карман.

— Покажи! — не сдавалась Штрехен.

— Не-а! Это же предсказание, а значит — секрет! — он чиркнул пальцем по её носу. Подмигнул Ханако. Положил руки в карманы и направился ко входу в храм. Аделина и Ханако переглянулись:

— Он сегодня такой… — подбирала слова Штрехен. — Беззаботный?

— В точку. — закивала Такахаси. — Прям напомнил мне себя пять лет назад…

— А мне нравится! — тепло улыбнулась Аделина. — Редко его таким увидишь.

— Да уж. Не могу не согласиться…

— Пойдём. А то он натворит ещё чего! — усмехнулась Штрехен. — Подерётся с монахом, вот будет неловко!

Ханако даже не стала спорить — когда Томи учился в академии, то мог подраться с кем угодно. Теперь же он повзрослел и стал мудрее, но зеленоволосая всё равно поспешила за Аделиной…

Перед входом в сам храм стояли две массивные статуи пузатых монахов, с огромными бусами на толстых шеях. Многие посетители подходили к статуям, тёрли им то руки, то лысые головы, видимо, снова на удачу.

Томи прошёл мимо фотографировавшихся азиатов и попал внутрь — высокий потолок, деревянный пол и разрисованные стены зала встретили яркими красками. Благо было пасмурно, иначе солнечный свет создал бы слишком яркую палитру красных цветов. В зале шёл молебен. В центре, подогнув сухие ноги, восседал старик с длинной, но редковатой бородой, из его сомкнутых губ доносился звук гудения, странный, но при этом завораживающий. Позади него, в синих одеяниях, сидели бритые налысо монахи. Каждый из них повторял утробный звук, но исполнял его тише, подстраиваясь под звучание старика. Посетители, стараясь не шуметь, тихо располагались у входа в зал. Томи тоже присел на свободное место, намереваясь посмотреть чем всё закончится и будет ли что-нибудь интересное, помимо странного гудения буддистов. Аделина и Ханако прошли в зал и присели с ним рядом.

— Это мастер Таро Фую. — прошептала Ханако, указав на старого монаха.

Томи кивнул, сделав вид, что запомнил.

Старик тряхнул чёрными бусами, его гудение изменилось, поменяв звуковую частоту. Младшие повторили за ним.

— Хос! — резко и мощно выкрикнул старик Фую, в его посыле не было желания испугать — это лишь ритуал, и никто из посетителей не удивился, многие видели такое каждый год, привыкли. Седой монах раскрыл глаза, на его лице проявилась добрая улыбка. Расставив в стороны худощавые руки, он обратился к прихожанам:

— Как трава возрождается каждую весну! Как прилетают птицы и оживает вода! Так и приходит Новый год для всех нас! Друзья, — осмотрел он всех присутствующих. Японцы тем временем слушали внимательно, ловя каждое его слово. — Сегодня день когда нужно оставить обиды в уходящем году. Ваши неудачи. Ваши слёзы. Откройте свой внутренний мир для добра и счастья. Настройтесь на него. Позовите. И оно услышит. — он поклонился, насколько это было возможно в его позе, и поднялся с пола. Младшие поднялись следом, кроме тройки помощников. Старик ушёл в дальние залы, а оставшиеся принялись зачитывать мантру.

— И это всё? — наклонившись к девчонкам, тихо спросил Томи.

— Не-а… — шёпотом ответила пепельноволосая. — Дедуля пошёл за чаном и ветошью.

— Не рассказывай ему всё. — улыбнулась Ханако, она перевела взгляд на Томаса. — Потерпи, Томи. Чего такой неугомонный?

— Хм. Ладно. — он потёр живот. — На улице так вкусно пахло…

— Пф. — фыркнула Ханако. — После я куплю тебе что-нибудь.

— Л-ладно.

Ханако ухмыльнулась, Аделина прикрыла рот, чтобы не засмеяться. Почему он такой капризный?!

Томас сидел на полу, наблюдая за монахами и борясь со скукой, как внезапно из дальних залов выбежали пятеро мужчин в синих кимоно и страшных масках кабанов. Романов, среагировав на инстинктах, тут же вскочил на ноги и встал в боевую стойку, прикрыв собой девушек. И лишь выкрик Аделины, не дал ему открыть второй узел: