– Он умеет готовить омлеты. И блинчики. И сосиски, – перечислил Лаки. – Но не так, как мама.

Шарлотта улыбнулась. Благодаря Лаки напряжение последних дней отступило: на всё вокруг он смотрел с детской непосредственностью. Из книжного магазина они сперва поднялись в квартиру, и Шарлотта разрешила ему осмотреться, попросив только не заходить в третью спальню. Она приготовила вторую спальню на случай, если Лаки придётся остаться на ночь, и лишь потом они пешком отправились к торговой площади.

– По дороге домой, наверное, придётся зайти в супермаркет, если ты не против.

В холодильнике не было ничего на завтрак: ни сока, ни молока, ни даже хлеба для тостов.

– Что ты любишь на завтрак?

– Хм. – Он потёр подбородок. – Больше всего я люблю яичницу-болтунью на тосте. Но и вафли ничего. О, а вот и наш заказ. Я голодный. А вы?

– Умираю с голоду.

Харприт с улыбкой направилась к ним, неся поднос.

– И снова здравствуйте. А ваш сегодняшний спутник что-то не похож на Рози?

Она поставила поднос на соседний пустой стол и перенесла к ним миску за миской с разными вкусностями.

– Это Лаки Вудленд. Сегодня он ужинает со мной. Лаки, это Харприт; ещё она владеет магазином «Рамки и фото Кингфишер-Фоллс».

Они поздоровались, пока Харприт расставляла тарелки и приборы.

– Может быть, Шарлотта, встретимся как-нибудь на неделе за чашкой кофе?

– С удовольствием. Мне всё равно нужно снова зайти в «Рамки и фото», чтобы заказать те отпечатки, так что тогда и договоримся?

– Да. Приятного аппетита.

Харприт скрылась внутри.

– Она хорошая, – сказал Лаки, переводя взгляд с миски на миску, словно не мог решить, с чего начать.

– Очень.

– Мама с папой не поверят, сколько нам всего принесли! Надо сфотографировать.

Шарлотта достала телефон.

– Давай я сделаю несколько снимков, а потом отправлю их папе?

Она сфотографировала стол, а затем не удержалась и украдкой сняла самого Лаки, который широко раскрытыми глазами разглядывал угощение. Заметив это, он хихикнул и прикрыл рот ладонью.

– Ах вы хитрюга, Шарлотта! Давайте сделаем селфи вдвоём?

– Давай.

Он вихрем обежал стол и встал позади Шарлотты, выглядывая из-за её плеча, пока она делала снимки.

– Так, хватит сниматься. Накладывай себе.

Второго приглашения Лаки не требовалось, и вскоре обе тарелки наполнились дымящимся рисом, ароматным овощным карри, чатни, райтой и лепёшками наан. За столом воцарилась тишина; изредка её нарушали только довольные «ах» и «м-м».

От уличного столика у «Италии» доносились голоса. Шарлотта взглянула через дорогу, услышав знакомый голос. Вероника. Женщина рассмеялась.

Нет, загоготала.

Напротив неё сидел Джонас. Вместо обычного дорогого костюма на нём были джинсы и рубашка с короткими рукавами и расстёгнутым воротником. Рядом с ним Терранс Мёрдок перекинул пиджак через спинку стула и ослабил, кажется, галстук-бабочку. Лысый Терранс был на несколько лет старше своего брата Кевина.

– Хотите последнюю лепёшку наан, Шарлотта?

Она заставила себя отвернуться от «Италии».

– Ешь ты. Вкусно?

– Пальчики оближешь! – Лаки положил лепёшку к недоеденной порции. – Я вот думаю: может, вдобавок к тому, что стану психиатром и хозяином книжного магазина, ещё и ресторан куплю. Как считаете?

– Думаю, ты добьёшься всего, что задумаешь. Следуй за мечтой. Много работай, ещё усерднее учись и не забывай веселиться. – Шарлотта зачерпнула ложку карри.

– А где Рози?

– Дома. Я написала ей и позвала с нами, но она устала и решила лечь пораньше.

Из нескольких сообщений, которыми они обменялись раньше, Шарлотта мало что узнала о визите детективов к Рози. Та сообщила лишь, что они ушли, осмотрев дом и ещё немного поговорив с ней. У Рози болела голова, ей не хотелось ни с кем видеться, но она просила сообщить, если сегодня появятся новости об Эбби.

– Вы серьёзно? Это вы нам принесли? – Визг Вероники привлёк внимание всех гостей за уличными столиками обоих ресторанов, включая Лаки. – Мы заказывали красное. Не белое.

Шарлотта узнала официантку. Бронни была милейшей женщиной, у которой для каждого находились улыбка и доброе слово. Но сейчас она отступила от стола с бутылкой вина в руке и растерянным видом.

– Прошу прощения. Я была уверена, что вы заказали белое, но это моя ошибка. Сейчас принесу красное.

– Вот и принесите.

Эта женщина вообще когда-нибудь перестаёт хамить?

Лаки, не отрываясь, смотрел через дорогу.

– Эй, дружище, доедай. А потом, если хочешь, купим в супермаркете упаковку мороженого. – Шарлотта одним глазом следила за ним, пока он не кивнул и не отправил в рот ещё еды, а другим – за троицей напротив.

А за столиком смеялись. Все трое.

Терранс наклонился к Веронике и шутливо погрозил ей пальцем.

– Ай-ай-ай. А я-то слышал, как ты заказывала белое.

Вероника жеманно улыбнулась и посмотрела на Джонаса. Тот ответил ей взглядом; уголки губ у него едва приподнялись.

Что же они затеяли, все трое?

– Они злые.

Шарлотта перевела взгляд на Лаки, отодвинула тарелку, протянула через стол руку и взяла его за ладонь. Он по-прежнему смотрел на троицу напротив. На лице мальчика читался страх.

– Лаки, милый, думаю, нам пора. Хорошо?

– Хорошо.

– Не тревожься из-за этих троих. Когда станешь психиатром, будешь знать, как справляться с такими людьми.

Он посмотрел на неё.

– Правда?

– Ага. А если у тебя будет свой книжный магазин, там будет полно книг по психологии.

Страх сменился сомнением. Лаки очень хотелось ей поверить.

– А знаешь, что ещё? – Шарлотта встала и задвинула стул. – Пойдём расплачиваться.

Она подождала, пока Лаки положит приборы на тарелку и поднимется. Потом наклонилась и прошептала:

– Когда станешь владельцем ресторана, сможешь выставить их за дверь. Всех троих!

Глаза Лаки округлились, и он рассмеялся. Шарлотта с облегчением рассмеялась вместе с ним. Она отвечала за этого маленького мальчика и ни за что не даст этим злыдням его расстроить. Вместе они пошли внутрь расплачиваться, и Шарлотта положила руку ему на плечо.

Вместе с ребёнком даже за продуктами ходить было весело. Шарлотта вручила Лаки корзинку и предложила выбрать несколько продуктов для холодильника.

– Не-а. Я не умею это готовить. И это тоже.

– Мама вам поможет.

– Маме сейчас не до этого.

Ну да, сейчас позвоню Эбби прямо во время родов. Привет, Эбс. Расскажи-ка, как приготовить вафли с нуля. Алло?

В итоге они остановились на яйцах и хлебе, грибах, сливочном масле и зелени. Лаки уверял, что из всего этого можно быстро приготовить на сковороде что-нибудь вкусное. Плюс взяли обещанную упаковку шоколадного мороженого.

Прежде чем подняться наверх, Лаки настоял, что надо заглянуть к ёлке. При свете фонарика на телефоне Шарлотты он осмотрел ветки, грунт и оценил её высоту.

– Вы замечательно справились, Шарлотта Дин.

Он уже направился к лестнице, когда Шарлотта шепнула ёлке:

– По-моему, это он хотел похвалить тебя.

– Я вас слышал. Деревья не общаются с людьми.

Шарлотта пошла следом.

– Уверен?

– Конечно. Они разговаривают с другими деревьями. Зачем им говорить с человеком?

Логично. Если бы она слушала только сердце, то вообще больше ни с кем не разговаривала бы. Зарылась бы в книги, гуляла бы и училась готовить.

Лгунья.

Ладно. Нашёлся бы, пожалуй, один человек, с которым она всё-таки стала бы разговаривать. Может, Рози. А ещё Лаки. Его родители. Даг и Эстер. Ах да, Харприт. Кристи и Мартин. И остальные в Риверс-Энде. И Тревор.

Нет уж. Когда он узнает, что я по просьбе его матери промолчала о взломе, больше со мной не заговорит.

– Давайте я понесу вашу сумку. – Лаки успел подхватить её раньше, чем Шарлотта его остановила. Даже с сумкой в каждой руке он добрался до квартиры раньше неё. К такому помощнику и привыкнуть недолго.