– Понимаю. Слушай, здесь рядом в кофейне делают хороший лимонный чай. Туда ещё добавляют немного имбиря. Очень полезная штука. Когда мы закончим, обязательно зайди и купи его.

Я лишь молча кивнул.

– Хорошо. – Детектив открыл свой блокнот. – Очевидно, нам надо поговорить о том, что произошло на выходных. Ты ведь в курсе?

– Да. Человек пропал. Весь университет гудит.

«Человек пропал». Я прикусил язык. Я ведь знал его имя. Все в Детфордском университете сейчас его знали.

– Да, верно. Пропал парень по имени Инграм, – пояснил детектив Купер, просматривая отчёты. – Скажи, Марло, ты бывал раньше на полицейских опросах или допросах?

Чёрт.

У меня свело живот.

– Марло?

В висках, как отбойный молоток, начал пульсировать пульс.

– А?

Мне стоило сосредоточиться.

– Взаимодействовал ли ты раньше с полицией? – внезапно подал голос детектив Тёрнер.

– Да, – еле слышно ответил я.

Разве? Смутные воспоминания из полицейских участков промелькнули в голове. Кажется, я действительно раньше часто общался с представителями закона.

– Вот как, – продолжил детектив Купер. – Можешь рассказать, когда это было?

Я силился вспомнить.

– Примерно… год назад. Когда мне было восемнадцать.

– Что произошло?

– У меня пропали дядя и двоюродный брат в Детройт-Лейксе. Это в Миннесоте. – Я старался, чтобы мой голос звучал грустно.

– Мне жаль. Как их звали?

– Ричард и Эдмунд.

– Их нашли? Или до сих пор нет?

– Не нашли. В последний раз, когда мы общались с детективом, который отвечал за это дело, он сказал, что собирается искать Эдмунда в Лас-Вегасе.

– Вот как. Понятно. Больше никаких вестей? Ты не связывался с детективом?

– Нет.

Боже.

Какой я идиот. Следовало изредка звонить тому детективу и поддерживать связь. Почему я не додумался до этого раньше? Я слишком расслабился после их убийства.

– Надеюсь, что рано или поздно они выйдут с тобой на связь. – Детектив Купер вновь посмотрел на свои записи. – Значит, тебе уже зачитывали твои права. Сразу уточню, ты не арестован и тебя ни в чём не обвиняют. Это важно понимать.

– Я понимаю.

– Мы не держим тебя силой, мы просто хотим выяснить, где сейчас Инграм. Повторюсь, ты не арестован. Дверь закрыта для приватности. Ты пришёл сюда добровольно. Если захочешь уйти, можешь уйти. Никто тебя не держит. Хорошо? – На протяжении всего монолога он внимательно смотрел мне прямо в глаза, не позволяя отвести взгляд. – Можешь уйти в любой момент. Дверь не заперта. Договорились?

– Да, сэр.

– Если ты заметил, здесь есть камера и диктофон. Мы записываем, потому что всё запомнить нереально. И это для твоей и нашей защиты. Запись нужна, чтобы показать: никакого давления не было, и мы не сможем сказать в суде то, чего ты не говорил.

– В суде? – резко уточнил я.

Неужели всё уже настолько серьёзно?

– Это я так, в общем сказал, – попытался успокоить меня детектив Купер. – Разумеется, никто тебя в суд сейчас не поведёт.

«Сейчас».

Я нерешительно кивнул.

– Продиктуй, пожалуйста, по буквам своё имя.

– М-А-Р-Л-О.

– Спасибо. – Он усердно что-то записывал в бланк. – Марло, значит. Я почему-то подумал, что полное имя Марлон. Знаешь ведь актёра Марлона Брандо? Хотя, может, ваше поколение его уже не знает.

– Я смотрел пару фильмов с ним.

– О, так, может, родители тебя назвали в честь него?

– Нет, в честь Кристофера Марло.

– Понятно. Сколько тебе лет?

– Девятнадцать.

– Где и когда ты родился?

– Я родился двадцать шестого февраля в Лондоне, но, когда мне был год, мы с родителями переехали в Америку.

– Куда именно? – спросил детектив Купер.

– В Пенсильванию. В город под названием Ланкастер.

– О, я жил в Пенсильвании. Хороший штат.

– Я плохо его помню.

– Ясно. Я зачитаю твои права, если ты не против. – Он прочистил горло, прежде чем начать монотонно перечислять: – У тебя есть право хранить молчание. Всё сказанное тобой может и будет использовано против тебя в суде. У тебя есть право на присутствие адвоката. Если ты не можешь себе его позволить, он будет предоставлен бесплатно. Ты можешь воспользоваться правами в любой момент, не отвечать на вопросы и не делать заявлений. Тебе понятны твои права?

– Да, сэр.

– Подпиши, пожалуйста, здесь и здесь.

Он передал мне бланки, и я послушно подписал. Моя рука чуть дрожала, и детектив Тёрнер точно это заметил.

– Хорошо. – Детектив Купер кивнул. – Марло, расскажи, пожалуйста, о себе. Где ты учишься? На каком факультете?

– Учусь в Детфордском университете, в Колледже свободных искусств святого Кристофера; я на факультете американской литературы.

– Ого. Я мало читаю; к сожалению, не хватает времени, но очень люблю Лэнгстона Хьюза.

– Я люблю его стихи.

– Какие, например?

– Наверное, моё самое любимое – это «Гость за столом».

– Мне уже нравится этот парень! – воскликнул детектив Купер, обращаясь ко второму детективу. – Ты знаешь Лэнгстона Хьюза?

– Я плох в поэзии, – честно признался детектив Тёрнер.

– Это замечательный поэт. Я потом дам тебе почитать его стихи.

Детектив Тёрнер едва заметно улыбнулся. На фоне дружелюбного и активного напарника он казался словно высеченным из камня. Они прекрасно друг друга дополняли.

– Я слышал, что это дорогой университет, – продолжил детектив Купер, обращаясь ко мне.

– Да, верно.

– Ты где-нибудь работаешь?

– Нет.

– Тогда кто оплачивает твоё обучение? Прости за неудобные вопросы, но в этом заключается моя работа.

– Да, я знаю. Сначала оплачивал дядя. Сейчас это делает тётя Хелен.

Она была готова заплатить любые деньги, лишь бы больше никогда меня не видеть.

– Здорово, когда есть такие родственники. Не надо влезать в кредиты.

Я промолчал.

– Твоя семья попала в автокатастрофу, верно?

– Да. Они погибли в автокатастрофе, когда мне было семь лет. Я… – В горле будто встал ком, каждое слово давалось с трудом. – Я бы не хотел это здесь обсуждать.

– Мне очень жаль, – сочувственно произнёс детектив Купер. Я расслышал искренность в его словах, и где-то глубоко внутри меня это задело. – Значит, в семь лет ты переехал к дяде Ричарду в Миннесоту в город Детройт-Лейкс.

– В Детройт-Лейкс. Верно.

– Как у вас складывались отношения?

Перед глазами пронеслись все моменты, когда меня закрывали в подвале, обзывали девчонкой, сопляком, маленьким ублюдком, а ещё грозились убить.

– Мой дядя был строгим человеком. Мы никогда не были близки, но я благодарен ему за всё, что он для меня сделал, – практически отчеканил я.

– А с Эдмундом?

Я остро ощутил на языке вкус газировки, которой он часто меня угощал и после которой я всегда засыпал.

– Мы были как братья. Он заботился обо мне.

– Хорошо. – Детектив Купер перелистнул страницу в своём блокноте. – Как ты уже известно, пропал человек из вашего университета. Как ты узнал об этом?

– Это обсуждали в университетских группах в соцсетях.

– Значит, ты узнал из социальных сетей?

– Да.

– Ты лично знаком с Инграмом?

– Мы виделись пару раз.

– Марло, сними, пожалуйста, маску, – вдруг попросил детектив Тёрнер. Тон у него был жёстким, непреклонным.

Мне пришлось подчиниться.

– Друзья Инграма сказали, – продолжил детектив Купер, – что у тебя был конфликт с ним около двух недель назад, кажется, в воскресенье.

– Да, это было после сдачи эссе. Он решил, что я флиртую с его двоюродной сестрой.

– Как её зовут?

– Линор.

Он сделал новую запись.

– Мы с ней уже говорили. Ты с Линор тогда флиртовал?

– Нет. Мы просто обсуждали моё эссе, но Инграм нас увидел и сделал свои выводы.

– У вас с ней не было интимных отношений? – И детектив Купер тут же добавил: – Мы все тут взрослые люди и всё понимаем.

– Ничего подобного не было.

– Понятно. Значит, вы с Инграмом подрались?