Будто прочтя мои мысли, Мефис отпрянул от неё и нахально мне улыбнулся, вытер розовую помаду с губ и прошёл дальше, даже не обернувшись. Я пошёл за ним, слыша, как девушки хихикают Мефису вслед.

– Что ты… – хотел спросить я, но вопрос потонул в бьющей по ушам музыке. Мефис успел открыть дверь, и мы вошли в следующую комнату, на этот раз с колонками.

Дорогу нам перегородила смазливая и уже довольно пьяная блондинка. Она еле стояла на ногах и зачарованно смотрела на Мефиса снизу вверх. Ростом она была ниже меня. Мефис притянул девушку за ремешок на её тонкой талии и, вцепившись пальцами в волосы, тоже поцеловал. Девушка дёрнулась в его руках, но затем расслабилась и ответила на поцелуй. Все вокруг одобрительно закричали. Я стоял в полном недоумении.

Да что нашло на Мефиса? Он будто спятил, переступив порог поместья.

Под громкие возгласы он отпустил блондинку и с наглой ухмылкой выдернул из её рук банку пива, которую та ещё не успела вскрыть. Девушка растерянно смотрела то на Мефиса, то на свои руки, явно не соображая, что сейчас произошло. Как я её понимал в этот момент. Мефис прошёл через всю комнату, легко, почти играючи, расталкивая людей, и устремился к следующим дверям. Выйдя и завернув за угол, он пропал из виду. Покидая комнату, я с большим наслаждением захлопнул деревянную дверь, чуть не выбив её из петель. Музыка снова стала приглушённой.

С каждой минутой отвращение ко всему происходящему здесь накатывало с новой силой. Я не знал, что меня злит больше: шум, духота или поведение Мефиса. Завернув за угол, я увидел, как он открыл пиво и сделал большой глоток.

– Кто это? – нагнав его, спросил я.

– Ты о ком?

– Те девушки.

– Понятия не имею.

– Но ты целовался с ними, – возмутился я.

– Марло, тут все со всеми целуются, – снисходительно заверил Мефис, предлагая мне банку, но я мотнул головой.

Мы вошли ещё в одну комнату, больше прежней, и встали у стены, подальше от светильников. Здесь было шумно, но уже не из-за музыки, а из-за бесконечной болтовни. Кажется, весь дом делился на «секции»: в первой комнате пили, во второй танцевали, а здесь разговаривали, перекрикивая друг друга.

– Смотри. – Привалившись спиной к стене с каким-то старым грязным гобеленом, Мефис проговорил: – Видишь вон того? Его зовут Инграм. Он на четвёртом курсе Высшей школы бизнеса.

Крупный спортивный парень, единственный, кто держал в руках чёрную кожаную куртку, стоял в окружении друзей. Оно и понятно: если эта куртка досталась ему за приличные деньги, я бы тоже не спешил с ней расставаться. У Инграма были тёмно-рыжие короткие волосы, прямой нос и крепкая челюсть. Больше ничего примечательного, типичный богатенький старшекурсник, скорее всего приехавший из Лос-Анджелеса или Майами, таких в Детфордском университете пруд пруди.

– Почему ты решил, что он Волк?

– Я их чувствую. И, – Мефис перевёл взгляд на меня, – я вижу кровь на его руках.

Я ещё раз посмотрел на Инграма. Крови, конечно, не заметил. Парень громко смеялся над шутками друзей и хлопал одного из них по спине.

– Ты с ним знаком? – скептически спросил я.

– Нет. – Мефис усмехнулся и сделал ещё один глоток. – Мне это и не нужно.

– И какой у тебя план?

– Убить, а тело спрятать в заповеднике, – буднично выдал он, словно предложил прогулять пару.

Сквозь шум я с трудом слышал его тихий, но твёрдый голос и не мог поверить, что мы обсуждаем это всерьёз, да ещё и на какой-то чёртовой вечеринке.

– Как ты предлагаешь его убить?

– Вариантов уйма.

Я вновь посмотрел на Инграма. Да что с ним не так? Почему именно он?

– Кстати, сейчас в кино крутят «Четыре пера» Александра Корды, – вдруг сказал Мефис.

– Я смотрел его, – растерянно ответил я, сбитый с толку резкой сменой темы.

– Я тоже, но хочу пересмотреть на большом экране. Как насчёт после убийства посмотреть вместе?

Я взглянул на Мефиса, сомневаясь, серьёзен ли он сейчас.

– Согласен?

– Не думаю, что смогу сконцентрироваться на фильме после такого, – честно признался я.

Мефис пожал плечами.

– Знаешь, – весело начал он, – Люсьен Карр после убийства отправился с Джеком Керуаком в кинотеатр именно на этот фильм. Чем мы хуже?

– Напоминаю, что после этого Карр сдался полиции.

– Но ты ведь не настолько глуп? – спросил Мефис.

Я не нашёлся что ему ответить.

Мефис сделал ещё глоток и проговорил мне на ухо:

– Давай найдём Ирвина.

– Он точно здесь?

– Он всегда здесь.

Мы вновь плутали по длинным коридорам, пока не вышли к столовой. Удивительно, но окна там не заколотили. Ирвин сидел за большим овальным столом в окружении шести парней – не все они походили на студентов, многие казались старше нас. Ирвин вскрыл свои карты, и все вокруг недовольно заорали, кто-то, грязно ругаясь, схватился за голову. Ирвин выглядел крайне довольным собой.

– О, вот ты где, – произнёс Мефис, когда парни, переругиваясь, начали собираться.

– Ты ещё не помер? – взглянув на Мефиса, спросил Ирвин.

Меня он удостоил лёгким кивком прежде, чем вернуться к деловитому пересчитыванию денег.

– Как видишь, живее всех живых. Но ты знаешь, всё лучшее мы оставляем на десерт. Пусть моя смерть будет как вишенка, так сказать, на торте.

– Ты уже набрался? – Ирвин укоризненно посмотрел на Мефиса.

– Я выпил буквально полбутылки.

– Как игра? – подойдя, спросил я.

– Уделал всех в покер и прилично так заработал. – Он показал наличку.

– Будь осторожнее, дружище, – весело проговорил Мефис. – В этом штате оружия больше, чем людей. Ты ведь не хочешь быть подстреленным?

– Пусть только попробуют. – Ирвин лениво вытащил из-под стола новенький «глок» и положил его перед собой.

Оружия в Вермонте действительно было немыслимо много. Его здесь покупали, словно кленовый сироп на завтрак. А вот я избегал пистолетов, понимая, что в моих руках ничем хорошим такая покупка не закончится.

– Да ты, я смотрю, хорошо подготовился, – широко улыбнулся Мефис и потянулся к «глоку».

– Как говорил мой дед, когда есть куш, под рукой должна быть и пушка, – процитировал в ответ Ирвин. – Единственный минус – это маленький магазин. Я считаю, что тот, кто придумал закон о максимальной ёмкости магазина в пятнадцать патронов, должен запихнуть «глок» себе в задницу и несколько раз прокрутить его.

– Разве ты не из богатой семьи? – спросил я, сев рядом за стол. Мефис, кривляясь, по-детски изображал выстрелы. – Зачем тебе играть в покер?

– Дело не в деньгах, а в азарте. Ну и в желании надрать всем задницы. – Ирвин протянул мне деньги: – Нужны?

Я помотал головой.

– А я не откажусь. – Мефис вернул пистолет и выхватил наличку. – Ну что, местные ещё не выгнали тебя за то, что ты обчистил их?

– Нет, пока только ругаются, что их надурил ирландский флэтлендер. Как будто в Ирландии нет гор. Они просто наши утёсы Мохер никогда не видели.

Мефис хмыкнул.

– Все мы застряли в этом университетском городишке, – протянул он и сел рядом со мной. – В этом районе живут одни флэтлендеры, только скрывают это.

– Флэтлендеры? Кто это? – спросил я.

– Местные называют так жителей равнин, – объяснил Ирвин. – Если ты не житель Детфорда в четвёртом поколении, то ты для них никчёмный флэтлендер.

– Приезжий отброс, – уточнил Мефис. – Это если говорить другими словами.

Они перекинулись ещё парой-тройкой ничего не значащих фраз, и Мефис, поднявшись, попрощался с Ирвином. Кивком он указал мне на дверь. Мы молча вышли из столовой.

– Так чего ты хотел от него? – спросил я.

– Добычу от покера. Ирвин всегда выигрывает, а потом раздаёт другим. Пусть лучше деньги пойдут на более важные вещи.

– Например?

– Например, на хорошую выпивку для нас!

Обратный путь по мрачным коридорам и прокуренным комнатам окончательно выбесил меня. А я ведь знал, что это место мне не понравится! День выдался паршивым с самого утра, но вечер в «Адском треугольнике» меня доконал. Ко всему прочему, неожиданным стало столкновение с Инграмом перед самым уходом.