Итого мы получили аж целых три неполных. Следом я вынес боковое окно и заглянул в салон. Там было пусто, хотя я надеялся отыскать там разгрузки или хотя бы запасные полные магазины к оружию. Видимо, этими трофеями прибывший отряд побрезговал, а может, оставил амуницию себе. Впрочем, я уже был счастлив.

— Лезь под тачку, — попросил Стэпа я.

— Зачем? — задал он идиотский вопрос.

Я покосился на него и даже хотел ответить что-то грубое, но сдержался. Стэпа трясло, как помойного кота под ледяным дождём, рожа бледная — краше в гроб кладут. Хотя не исключено, что это всего лишь эффект от лунного света. Я наверняка под ним выглядел не лучше. В итоге я всё-таки снизошёл до объяснений.

— Спрячешься там, а когда они подойдут, выстрелишь по ногам. Дальше не твоя забота.

— Я не буду, — замотал головой он.

— Ты этим умеешь пользоваться? — спросил я, демонстрируя «вал».

— Разберусь, — с надеждой заявил он.

— Пф-ф-ф, — с шумом выдохнул я. — Короче, либо так, либо мы с тобой расстаёмся.

— А ты сам-то чё?

— То, что я уже из такого стрелял и знаю, как это делается. А ты — нет. По этому лезь под тачку и делай, что говорят. Я прикрою, не ссы. У тебя два выстрела, так что используй с умом, не вздумай лупить дуплетом. Два патрона — два выродка. Понял?

— Я н-не хочу, — трясущимися губами произнёс он.

— Тогда вали отсюда на хрен, ссыкло вонючее, — сквозь зубы прошипел я.

— Да чё ты… — начал было он, но слишком громко, за что и схлопотал звонкую пощёчину.

Честно говоря, у меня было огромное желание зарядить ему в нос с локтя. Но кровь нам здесь была не нужна. Однако и этого хватило, чтобы Стэп более-менее оклемался. В его глазах промелькнула ясность, и он даже опустился на четвереньки, чтобы забраться под тачку.

— Стой, — придержал его я. — Отойди немного.

Приятель послушался, а я направил оружие на колёса, перевёл предохранитель в положение огня одиночными и надавил спуск. «Вал» отработал тише, чем хлопнула покрышка. Воздух с шипением вырвался наружу, подняв снежное облако.

На всякий случай я прострелил ещё одно колесо, по диагонали. Так они точно не смогут уехать и обратят внимание на повреждения. Но этого мне показалось мало, и я приложил топором по лобовому стеклу. Вот теперь они точно не смогут пройти мимо.

Стэп забрался под машину, а я помчался к торговому центру, на ходу считая шаги. Вышло чуть больше пятидесяти, что означало примерно тридцать — тридцать пять метров. Для огня из «вала» просто идеально, но для верности нужно сделать пару пристрелочных.

В качестве цели я выбрал фонарный столб, что расположился буквально в метре от машины. Навёл перекрестие в центр и плавно потянул спуск. Автомат глухо щёлкнул, и ушей коснулся звонкий удар попадания пули. Стэп даже голову из-под машины высунул, чтобы покрутить у виска. А я едва удержался, чтобы не закатать ему пулю в тупую башку.

Потянулись долгие минуты ожидания. Чтобы наверняка понимать, сколько у меня патронов, я распотрошил два оставшихся магазина, не забывая внимательно смотреть за округой. Неожиданности не нужны ни мне, ни тем более Стэпу. Он рискует гораздо сильнее меня. С другой стороны, чтобы вытянуть его из-под тачки, придётся согнуться в три погибели, а он вооружён. И если по нему не начнут тупо палить, в чём лично я сильно сомневаюсь, то у него будет достаточно времени, чтобы перезарядить обрез и добить оставшихся двоих. Впрочем, в случае огня он будет неплохо прикрыт двойной жестяной и мягким салоном. Плюс там располагается коробка с хорошей сталью внутри. Да, от ранения это, может, и не спасёт, но энергии у пули останется чуть да маленько. Если всё сделать быстро и правильно, я успею дать ему чёрное сердце, кусочек которого лежит у меня в кармане.

Я насчитал двадцать шесть патронов. А это как минимум один полный магазин, который я и принялся набивать до отказа. Когда закончил, тут же сменился и добил остатки патронов в тот, что был примкнут к оружию до этого. Пустой сунул в карман — пригодится. Если что можно и продать. Даже пара граммов серебра, списанных с долга, уже хорошо. Чем быстрее я рассчитаюсь с Макаром, тем быстрее начну обрастать собственным добром.

Наконец все приготовления были завершены и я смог полностью сосредоточиться на задании. Устроившись поудобнее, я уложил оружие на оконную раму и убедился, что мне ничто не мешает. Припал к прицелу и попробовал поводить стволом, выбирая достаточную амплитуду для комфортного огня. Пули у меня обыкновенные, но учитывая тот факт, что это девять миллиметров, с такого расстояния они должны основательно разворотить черепушку. До машины я добегу за пару секунд, и вряд ли за это время выродки успеют восстановиться. А там уже дело техники…

Время шло, а цели не спешили появляться. Я уже начал подумывать сворачивать операцию, когда вдалеке раздались их голоса.

Я припал к прицелу, ещё раз проверил место на столбе, куда угодила пуля, и убедился, что она находится ровно там, куда я и метил. Затем перевёл ствол в сторону улицы, с которой мы сюда пришли, и принялся наблюдать за клиентами.

Они шли не таясь. Даже не в ряд, как двигались в сторону кремля, а вальяжно, выстроившись в линию, словно мишени в тире. Мне потребовалось приложить немало усилий, чтобы не начать отстреливать их прямо на подходе.

Но, во-первых, расстояние было слишком большим, а во-вторых, до профессионального снайпера мне как до Китая раком. В том смысле, что при всём желании не смогу уложить всех четверых, как бы ни старался. И достаточно одному скрыться с линии огня, чтобы весь план полетел псу под хвост. Он попросту не даст мне высунуться, а когда его приятели восстановятся, а они обязательно это сделают, нас со Стэпом разделают под орех. А потому вся надежда только на отвлекающий манёвр и серебряную картечь, которая наверняка выведет двоих из строя, притом окончательно.

— Фигасе! — раздался гневный возглас, когда выродки увидели свою тачку. — Эт чё за прикол⁈

И всё, события приняли ровно то развитие, на которое я и рассчитывал. Изменённые ускорили шаг и, естественно, заметили Стэпа, который прятался под машиной.

— Эй, да он здесь! — прозвучал тот же голос, и один из ублюдков присел, что и стало причиной его смерти.

Грохнул выстрел, и я отчётливо увидел, как его грудь превратилась в кровавое месиво. Не теряя времени, я поймал в перекрестие прицела голову следующего и потянул спуск. «Вал» толкнул меня в плечо, а из затылка противника вылетел фонтан мозгов. Оставшиеся двое отскочили, но больше ничего не успели сделать, даже толком оружие не подняли. Грохнул второй заряд картечи, и третий выродок сложился на тротуаре, придерживая руками порванное брюхо. И… последний вдруг побежал.

Этого я допускать не желал. Как только второй выродок рухнул с простреленной головой, я уже понял, что наша операция завершилась успехом, и в уме полностью расплатился с долгом. И что же, мне теперь попрощаться со вторым сердцем? Да хрен там плавал!

Я перевёл оружие в режим очереди, поймал в прицел спину беглеца и быстро несколько раз надавил на крючок. Хватило бы и одного, но я не хотел рисковать.

Выродок споткнулся и полетел на землю, но он всё ещё был жив. А потому я, не теряя драгоценного времени, подорвался с пола и рванул к подранку в надежде его добить.

Однако я недооценил их возможности. Если выстрел в голову выключал уродов на какое-то время, то с ранениями в корпус они справлялись куда как быстрее. До врага оставалось каких-то метров пять, когда он оказался на ногах и припустил, петляя, словно заяц.

— Да чтоб тебя! — выругался я и снова схватился за оружие.

Но на этот раз я не спешил. Расстояние было плёвым, и от меня всего-то и требовалось — угадать амплитуду. Как бы ни старался человек вести себя непредсказуемо, в панике это практически невозможно. И после того, как беглец пару раз вильнул влево, где заканчивался тротуар, следующий его рывок инстинктивно был направлен в противоположную сторону.