— Эфир пуст, потому что ни одна рация такую толщу земли и камня не пробьёт, — резюмировал Ворон.

— Да насрать мне на техническую составляющую. К тому же антенну всегда можно вынести наружу и подключить к оборудованию проводом.

— Факт, — согласился приятель.

— Но они почему-то этого не сделали, — добавил я. — И зачем-то навели нас на это место.

— Хотели подставить, — хмыкнула Полина. — Если бы мы туда полезли, нас бы положили прямо у входа.

— По-моему это как-то тупо, — вместо меня высказал очевидное Ворон. — Ведь мы же узнали о присутствии охраны. Нужно быть полным идиотом, чтобы после такого лезть в пасть крокодилу.

— Вот именно, — кивнул я. — Поступок слишком тупой. Ловушки так не выстраивают.

— Или Габриела хотела прощупать наши возможности? — предположила Полина.

— Не уверен, — вздохнул я. — У меня такое чувство, что этот цирк организовал кто-то другой.

Утром погода разразилась грозой. Вокруг всё сверкало и грохотало. Ливень сыпал с небес как из ведра, сплошным потоком. Однако облегчения это не принесло. Ближе к обеду выглянуло солнце и превратило атмосферу в душное, влажное одеяло, от которого не было спасения. Жар от крыши исходил такой, что чердак стал подобен раскалённой духовке. Пришлось укоротить смены вдвое.

Пока один из нас пребывал в аду, двое других спасались от жары в доме. Хотя, учитывая духоту вокруг, получалось не очень. Мозги кипели и отказывались соображать, но мы терпеливо ждали хоть какой-то развязки. Честно говоря, я и сам уже с трудом понимал, за каким хреном мы здесь сидим и пялимся на заросший кустарником вход в катакомбы.

Наверное, по сотому разу я перебрал в уме все события последних месяцев, но логика постоянно натыкалась на барьер из-за отсутствия информации. Примерно столько же раз я успел пожалеть о том, что ввязался во всё это дерьмо. Насколько же раньше было проще! Отыскал логово выродков, ворвался к ним с дробовиком наперевес, поработал топором — и ты богат. А не вот эти все шпионские игры…

«Дух-дух», — раздалось сверху, а значит пришла моя очередь заступать в дозор.

Я устало поднялся с кресла и вскарабкался на чердак, окунаясь в адскую атмосферу. Ворон сидел весь мокрый от пота. Он натурально стёк вниз, освобождая мне место у слухового окна.

Подхватив бинокль, я окинул взглядом округу и уселся на балку, вытягивая ноги.

Ничего. Впрочем, для вылазок из-под земли пока рановато. С другой стороны, прошлой ночью никто из засевших в убежище носа наружу не высунул.

Голову посетила странная мысль: а вдруг там никого? Что, если те двое выдали мне заранее подготовленную дезинформацию? Отвлекли нас от места, где должны происходить основные события, и сейчас сидят там и тихонько хихикают над тремя идиотами, исходящими потом на душном чердаке.

— Ворон, — бросил в рацию я, чтобы не орать на всю округу.

— На связи, — уставшим, лишённым эмоций голосом ответил он.

— Как солнце сядет, выпусти обеих птичек на облёт всего города.

— Сделаю, — отозвался он, не задав ни единого вопроса.

А это было на него не похоже. Обычно он все мозги выест, прежде чем поймёт мою задумку и исполнит приказ. Но мы все на пределе, и с этим ничего не поделать. Однако я чувствовал, что финал этой истории близок. Нам оставался всего один шаг, чтобы завершить эту чёртову гонку за призраком по имени Габриела.

— А мы можем отсюда на связь с ближайшей крепостью выйти? — задал очередной вопрос я.

— Нет, не добьём, — ответил Ворон. — Не с нашими «мыльницами». Тут как минимум передающая станция нужна.

— Пробегитесь с Полиной по городу, здесь наверняка что-то осталось. Полиция, пожарные… может быть, порт.

— А смысл? — прилетел шипящий ответ. — После ядерного взрыва здесь вся электроника погорела, — парировал приятель. — Я даже сейчас стараюсь дроны подальше от центра держать.

— В смысле? — оживился я и даже сместился к чердачному люку, чтобы говорить не в рацию, а напрямую. — Хочешь сказать, центр города у нас — слепая зона⁈

— Да там всё равно сплошные руины, — ответил он, и его голос одновременно прозвучал из динамиков и вживую.

— А с чем это связано? Почему дроны в центр не летят? Их полёт ведь не от связи зависит, так?

— Фонит там. Видеоматрица засвечивается. Могу показать, что на окраине разрушений происходит. Там сплошное белое зерно на записи. Чем ближе к эпицентру взрыва, тем хуже. Смысла нет, мы всё равно ничего не увидим. Плюс есть риск потери техники. Я и так выбрал маршрут, максимально близкий к центру взрыва.

— Душнила, — буркнул я так, чтобы он не расслышал.

— Что? — переспросил он.

— Я говорю: понял. Будем думать. А ты не знаешь, как близко мы сможем подойти к эпицентру?

— Мы можем хоть в самый центр войти, — ответил он, — вопрос во времени. Чем дольше мы там просидим, тем сильнее ущерб. Но наше тело быстро восстанавливается, особенно при наличии крови. Радиация для нас опасна, но не смертельна.

— А несколько суток мы там проторчать сможем?

— Брак, даже если сможем, я туда не полезу, — тут же отбрил меня Ворон, не до конца понимая, что я имею в виду.

— Я не о нас, — поспешил объясниться я. — Если это единственная слепая зона в городе, то Габриелу стоит искать именно там.

— И как нам это сделать? Нас всего трое. Мы не сможем охватить такое пространство, при всём нашем желании.

— Следы присутствия всё равно не скроешь, — отрезал я. — Берите тачку и дуйте к эпицентру. Осмотрите там всё.

— И что именно нам искать?

— Поль, стукни его, ты там поближе, — попросил девушку я. — Давайте, ноги в руки — и вперёд на амбразуры. Найдите мне хоть что-нибудь.

— Сделаем, — отозвалась Полина.

Я удовлетворённо кивнул, будто они могли меня в этот момент видеть, и вернулся обратно, к точке наблюдения. Снова окинул окрестности в бинокль и расслабленно откинулся на подстропильную опору. Надеюсь, мои друзья что-нибудь найдут. Вряд ли Габриела будет прятаться в воронке от взрыва, но организовать гнездо в руинах вполне способна. Наверняка там уцелели подвалы, да и бункеров с бомбоубежищами в городе должно хватать. Она точно где-то там, я чувствую.

Перебравшись на другую сторону чердака, я проводил взглядом своих разведчиков. В идеале мне бы самому осмотреться, ведь мои слух и обоняние работают куда острее, чем их. Впрочем, ладно, Полина — девочка умная, да и следы читать умеет не хуже меня. Справятся. Ворон тоже не пальцем делан, хоть и строит из себя интеллигента.

Осталось закрыть вопрос с катакомбами.

Время шло. Полина с Вороном молчали, хоть я и знал, что они живы и в полном порядке. Слух часто улавливал звук двигателя. В опустевшем городе его можно было уловить, даже не имея сверхслуха. А уж перестрелку было бы слышно даже на трассе. Видимо, пока не о чем докладывать, потому и молчат. А может, связь не пробивается через радиационный фон. Надеюсь, они там не облезут.

Солнце неспешно клонилось к горизонту, но жара не спешила отступать. Как назло, после утренней грозы небо очистилось, а ветер стих. Даже листья на деревьях не шевелились. За день кровля раскалилась так, что на ней можно было смело жарить яйца. И сейчас, ближе к закату, вовсю отдавала накопленное тепло на чердак. Будь я человеком, давно бы словил тепловой удар. Но мой претерпевший изменения организм продолжал исправно работать. Разве что усталость сказывалась и было тошно от безделья.

Когда на город окончательно опустилась тьма, в районе входа в катакомбы наметилось движение. Едва уловимое в зарослях, но моё чутьё тут же взбунтовалось. Я припал к окулярам бинокля и едва сдержался, чтобы сразу не рвануть на улицу, увидев чёткий человеческий силуэт. Некоторое время я выжидал, думая, что следом из пещер выберется кто-то ещё. Но этого не произошло.

Подхватив оружие и рюкзак, я быстро спустился вниз. Без поклажи было бы удобнее, но хрен его знает, что может понадобиться. Пошарив по ящикам, отыскал карандаш и клочок бумаги, после чего оставил записку своим, и выскочил из дома. Сейчас время работало против меня. Ведь для того, чтобы встать на след неприятеля, мне ещё нужно пересечь реку. Хорошо, что я догадался притащить сюда лодку. Единственный минус — звук моторов, который сейчас разлетится по всей округе. А учитывая тонкий слух выродков, засекут меня быстро.