Утюг был несколько непривычной формы, но все же представлял собой устройство с ручкой. А человек, как известно, приспосабливается к чему угодно. Так что еще минут через сорок я стала счастливой обладательницей не только чистой, но еще и выглаженной одежды, и как раз успела в нее переодеться, когда в дверь уверенно постучали. Я уже думала, что это пришел последний из описанных архимагом мужчин, но ошиблась — за дверью были мои одногруппники. Причем Тарек с Мареком еще и письма для Элтара с почты забрали.

— Ты бы видела лицо господина Зиранда, — как всегда эмоционально рассказывал Марек, пока мы неторопливо шли по городу в направлении дома герцогов Устийцев, — когда мы ему сказали, что письма архимагу отнесем. У него глаза стали большие-большие и круглые-круглые, прям как золотые монеты.

— Я даже напугался, что ему плохо станет, — подтвердил Тарек, — пришлось рассказать, что архимага сейчас нет дома, и вместо себя он тебя оставил, в том числе чтобы почту забирать.

— А вы Элтара все еще боитесь?

— Не-а! — гордо заявил Марек. — Я буду тренироваться и стану таким же сильным, как он! И вообще, он хороший!

— Потому что на плите нас покатал? — догадалась я о причинах столь радикальной перемены отношения к архимагу.

— Ну, и это тоже, — смутился Марек и даже покраснел.

— Таль, ты шутишь⁈ — вскинулся Эрин.

— Нет.

— Ты только что сказала, что вас архимаг Элтар на какой-то плите катал, — с недоверием еще раз уточнил он.

— Не на какой-то, а на плите архимагов! — гордо заявил довольный Марек.

— С ума сойти, вот вам повезло! — позавидовал Рейс, высказав общее мнение по данному поводу.

— Ага! — радостно подтвердила я.

— Таль, а он не злой? — с опаской, как будто архимаг мог подслушать и прямо сейчас проявить коварный характер, спросила Рамина.

— Если не злить, то не злой. Он такой же человек, как мы или мастера в академии — у него тоже есть свои привычки, друзья и враги, он так же может грустить и радоваться, сердиться или помогать людям.

Так, за разговорами, мы постепенно дошли до нужного дома. Хотя просто домом такое назвать было затруднительно. Скорее, это был небольшой дворец с парком за высоким ажурным кованым забором. В заборе имелись ворота, а при них стояла охрана в виде двух подтянутых мужчин в форме и при оружии. Наша компания остановилась в нерешительности на противоположном конце небольшой площади, расположенной перед воротами. Теперь и я начинала понимать, почему ребята так впечатлились социальным статусом нашего одногруппника. И как-то уверенности в успешности нашего похода за Янисаром у меня резко поубавилось. Зато в результате предыдущего разговора эта самая уверенность зашкаливала у Марека.

— Пошли, — дернул он за руку брата и направился к воротам.

Тарек неуверенно оглянулся назад, но все же пошел следом. Остальные, включая меня, подтянулись ближе к воротам, чтобы слышать, а не только видеть происходящее там.

— Здравствуйте. Мы к Янисару, — обратился Марек к охранникам. Те окинули его презрительным взглядом и ничего не ответили.

— Извините, можно его как-то сюда позвать? Мы с ним учимся и хотим пригласить погулять, — попытался зайти с другой стороны Тарек.

— Пшли вон отсюда, — шикнул на близнецов один из стражей ворот и демонстративно положил руку на эфес меча.

Мальчишки втянули головы в плечи и попятились. Страх уличной детворы перед людьми в форме глубоко засел в их душах. Но тут уже разозлилась я и, отделившись от остальной группы, пошла им навстречу. Герцоги Устийцы, может, и не в меру важные персоны в этом мире, вот только охрана на воротах — это далеко не герцоги, и не им решать, с кем общаться Янисару, а с кем нет.

— Добрый день, господа. Будьте добры пригласить сюда юного герцога Янисара Устийца, — самым уверенным тоном, на который была способна, проговорила я, демонстративно поправив медальон адепта. — По личному вопросу.

И, сложив руки на груди, приняла скучающе-ожидающий вид. Охранники так же демонстративно меня проигнорировали. Выждав около минуты, я максимально достоверно попыталась скопировать манеру архимага Элтара поднимать одну бровь и продолжила свой монолог:

— У вас какие-то трудности? Если вам запрещено покидать пост, вызовите того, кто имеет право обратиться к юному герцогу.

— А по шее? — презрительно скривившись, процедил сквозь зубы все тот же охранник.

Я покосилась на удачно лежащую неподалеку полуметровую чуть изогнутую палку и демонстративно поманила ее пальцем, одновременно применив заклинание левитации. Палка послушно поплыла в нашу сторону.

— Вам по одному разу или по несколько? — зло спросила я у повернувших головы в сторону моего орудия охранников.

— Что здесь происходит? — раздался властный голос из-за ворот, и, резко обернувшись к говорившему, палку я позорно уронила, но решила все же до последнего сохранять хорошую мину при плохой игре.

— Охрана отказывается пригласить сюда юного герцога Янисара Устийца. Вы не могли бы помочь мне в данном вопросе? — обратилась я к кряжистому и даже с виду очень сильному мужчине, на обнаженном торсе которого блестели капли пота, а в руке было что-то вроде меча, но закругленноеи скорее всего, тренировочное.

— По какому вопросу вы хотите видеть юного герцога? — отрывисто уточнил он, и я утвердилась в предположении, что это начальник местной охраны.

— По личному.

— Конкретнее.

Я немного замялась, размышляя, как бы позаковыристее выразиться вместо банального «зовем гулять».

— Одногруппники из магической академии приглашают юного герцога провести с ними несколько часов в городе, а также потренироваться в применении левитации.

— Думаете, юному герцогу больше нечем заняться? — ехидно вопросил мужчина.

— Тьфу, — устала я стучаться в твердые лбы аборигенов. — Просто передайте ему, что если он хочет нас видеть, то мы, как и вчера, у многоструйного фонтана.

Я уже успела развернуться, чтобы уйти от этого негостеприимного места, и сделала один шаг, когда сзади раздалось:

— Подожди, — и уже явно не мне: — Позовите Янисара.

Развернулась и стала ждать результата. Вскоре из парадных дверей дома появился Ян и, быстро подойдя к моему собеседнику, не обратив никакого внимания на остальных присутствующих, спросил:

— Вы звали меня, отец?

— Упс! — коротко и емко шепотом прокомментировала ситуацию я, но единственными, кто обратил на это внимание, были покосившиеся на меня охранники.

— Тебе знакома эта женщина? — строго спросил герцог у Яна, кивнув в мою сторону.

Тот перевел на меня взгляд и, совершенно не по-герцогски выпучив глаза, шепотом спросил: «Ты что здесь делаешь?». Потом взял себя в руки, отвернулся и ответил на заданный вопрос:

— Да, отец. Это Наталья, она учится со мной в одной группе.

— Ты выполнил все мои поручения?

— Да, отец, — все так же лаконично ответил юный герцог — а сейчас Янисар действительно воспринимался именно так, а не как наш однокурсник. Он был не по-детски серьезен и сдержан.

— Если хочешь, можешь идти в город с адептами, — разрешилгерцог и стремительно ушел куда-то внутрь парка, оставив в изумлении всех, включая охрану.

— Чего стоишь, пошли. Наши вон испереживались все, — поторопила я Янисара, полуобернувшись и посмотрев на переминающихся посреди площади ребят.

Мальчишка тут же выскользнул ко мне за ворота, а я не удержалась и показала охранникам язык. Судя по тому, как синхронно оба скривились, этот жест тут знали.

Обалдевшего от такого Яна обнимали и хлопали по плечам, как будто не из дома погулять забрали, а, как минимум, из темницы вызволили.

До полюбившегося нам фонтана добрались без приключений и снова устроили воздушный хоккей, как мы его сами назвали. На этот раз ворота выпало держать мне, а наши азартные крики привлекли болельщиков из гуляющих, которым я, как наименее занятая в процессе игры, объясняла максимально упрощенные нами правила.

Зрители, уловив суть происходящего на расчерченной земляной площадке, разделились на болеющих за разные команды и активно подбадривали ребят. Закончился матч боевой ничьей и разочарованным вздохом болельщиков, поскольку в связи с пустыми резервами игроков продолжения понравившегося им развлечения в ближайшее время не предвиделось.