Размышляя, я машинально провожала взглядом каждую ложку, отправляемую в рот сидящим лицом ко мне гвардейцем. Есть хотелось просто зверски и даже деньги на этот раз у меня были, но приходилось терпеть, чтобы не разрушить образ голодного нищего подростка, готового работать за еду.

— Есть хочешь? — встретившись со мной взглядом, неожиданно спросил гвардеец.

— Это вы мне? — неуверенно уточнила я, в очередной раз сглотнув слишком активно выделявшуюся при виде еды слюну.

— Садись, — кивнул он на свободный стул справа от себя и пододвинул туда свою тарелку с остатками супа, добавив к угощению пару крупных ломтей хлеба.

Я не привыкла доедать за кем-то, да еще и чужой ложкой, но голодного сироту это бы точно не смутило, так что пришлось благодарить и подсаживаться. А уж сунув в рот первую ложку и откусив свежий, еще теплый хлеб я и вовсе забыла обо всем. У Шрама всегда хорошо готовили, я это отмечала даже в те времена, когда постоянно питалась изысками с дворцовой кухни, а уж после полутора лет у орков, да с голодухи еда и вовсе показалась божественной.

— И давно ты так здесь подкармливаешься? — поинтересовался второй из гвардейцев, до этого сидевший ко мне спиной.

— Что? Нет! Я… Вы не думайте! Я просто в мойщики посуды попроситься хотел. За еду. Пока отец жив был, я в артели по хозяйству помогал, а как его харн задрал, так и не нужен никому стал. Думал в столице подмастерьем к кому-нибудь устроиться, руки-то вроде из нужного места растут, а тут вон сколько всяких мастерских. Но оказалось, что в Новограде все так же, как у нас было, только народу больше. Если и здесь откажут, не знаю даже, что дальше делать. Может вы подскажете чего, дяденьки?

— Руки из нужного места говоришь? — прищурился тот гвардеец, что постарше. — А чего ж отцовскому ремеслу тогда не обучился?

— Хворым уродился, — печально вздохнула я. — Как экипировку надеваю, сразу пятнами весь покрываюсь и горячка начинается. А без нормальной экипировки охотнику никак.

— По хозяйству помогал, говоришь? А что именно делать умеешь? — вполне доброжелательно поинтересовался тот, что отдал мне часть своего ужина.

— Я все сумею, дяденьки. Я знаете какой ловкий и сообразительный! Мне только разок показать и все сделаю. Может есть у вас перед кем за меня словечко замолвить?

Гвардейцы многозначительно переглянулись, словно молчаливо спрашивая друг у друга согласия, и заговорил снова старший:

— Зовут-то тебя как, пострел?

— Рейс, — не став ничего особо придумывать, присвоила я имя друга.

— Прям как одного из Юных магов, — хмыкнул он. — А я Корд.

— Трий, — улыбнулся мне тот, что поделился супом, в то время как его старший товарищ подозвал подавальщика и велел принести еще одно пюре с подливой, по всей видимости для меня.

— Вот что, Рейс, — снова заговорил Корд. — Мы с другом снимаем жилье недалеко от дворца и нам не помешал бы помощник по хозяйству. Ничего особо сложного от тебя не потребуется: продукты купить, в комнате прибраться, форму почистить…

— Дежурство по кухне опять же, — вставил Трий.

— В общем просто помогать нам, да по мелким поручениям бегать, — резюмировал старший гвардеец. — За это будут тебе еда и кров. Но если отлынивать вздумаешь, выгоним взашей, а коли демон тебя надоумит стянуть чего, всю шкуру со спины ремнем спущу. Понял меня?

— Что вы дяденьки, я никогда! Спасибо вам огромное! Верой и правдой служить буду!

Я вскочила из-за стола и попыталась бухнуться перед благодетелями на колени, но Трий успел перехватить меня за локоть.

— Это лишнее, — укоризненно покачал он головой. — Перед нами унижаться не нужно, мы ж не из этих… защитников.

Последнее слово он буквально выплюнул, словно оно было чем-то мерзким и случайно попало в рот.

Пожалуй, пристроиться к гвардейцам, столь скептически настроенным по отношению к произошедшим в Остии переменам, было большой удачей. Поговорить с корчмарем я еще успею, а те, кто служит во дворце наверняка видят и слышат достаточно много интересного. Главное правильно сформулировать нужные вопросы, чтобы они выглядели простым любопытством к дворцовой жизни от паренька из провинции и не вызвали подозрений. И уж точно мимо этих ребят не может пройти информация об аресте женщины с дочерью, хотя я все же надеялась, что Дайма сообразила уйти из дома, опасаясь, что Маугли будут искать именно там, если мне удастся его забрать.

Пока шла с гвардейцами по улицам города, размышляла о том, как отреагирует Тэль на мою самодеятельность и не наденет ли страж магов, чтобы больше не лезла на рожон. Насчет стража магов я, конечно, не всерьез думала, но вот в том, что он не одобрит идею вернуться в Остию и разведать что тут и как, была практически уверена. И вывод из этого получался неутешительный — возвращаться домой сейчас не стоит. Ни к чему хорошему это не приведет. А ведь я даже записки не оставила.

То, что мы двигались в сторону дворца, меня не удивляло, ведь Корд обмолвился, что они живут где-то недалеко от места службы. Однако, чем дальше, тем очевиднее становилось, что идем мы к боковому входу в дворцовый парк. К моему огромному изумлению, гвардейцы без особых проблем договорились со своими коллегами на воротах и отвели меня в комнату отдыха, строго настрого запретив оттуда выходить и пообещав вернуться через четыре часа. Судя по всему, им пора было заступать на дежурство, потому Трий с Кордом и пришли в корчму пораньше, чтобы успеть поужинать и вовремя добраться до дворца. А вот отводить домой новоиспеченного слугу времени у них уже не оставалось. Но все равно привести на территорию дворца незнакомого мальчишку и оставить без присмотра было как-то слишком. Хотя насчет «без присмотра» я могла и ошибаться. В комнате постоянно кто-то находился, одни гвардейцы приходили, другие уходили и возможно мои наниматели попросили остальных за мной приглядывать. Но я и не собиралась никуда уходить, а, забившись в угол, обхватила колени руками и положила на них голову, делая вид, что задремала. На самом же деле при этом медитировала и внимательно прислушивалась к разговорам окружающих.

Историю с похищением вампира прямо из малого тронного зала обсуждали активно, причем она обросла такими невероятными подробностями, что вскоре грозила превратиться в эпическую битву с огнедышащим драконом в моем лице. В всяком случае огненные заклинания в текущей версии по тронному залу уже летали, а нападавших было пятеро: двое внутри дворца и трое снаружи. И даже мощнейший артефакт главы защитников, против которого бессильны архимаги, в этот раз не помог.

— Дяденьки гвардейцы, а что ж это за артефакт такой? — рискнула «проснуться» я.

Шансов получить относительно вменяемое описание, учитывая, насколько далек от реальности весь предыдущий рассказ, было немного, но я надеялась, что смогу найти хоть какую-то зацепку и если не распознать оружие, то хотя бы оценить опасность, которую оно представляет. Не зря же я на артефактора доучивалась!

— О! Это настолько мощное оружие из другого мира, что против него оказались бессильны даже самые могущественные маги. Сам призванный называет его колышем. Говорят это потому, что после атаки в теле поверженного остаются небольшие железные колышки. Ими оно и убивает. Наши маги этого Надира прям из боя призвали, вот он их всех из своего оружия и положил. Даже королевский архимаг ничего сделать не смог.

— И его за это не казнили? — с ужасом посмотрела я на довольных произведенным эффектом гвардейцев.

Получается Лисандр погиб? А остальные? Неужели и с ними беда или они просто ищут способ справиться с этим чудо-оружием?.. Хотя, о чем это я? Тут тихий переворот в процессе, не мог же все это организовать один единственный призванный, пусть и обладающий неким супероружием, но совершенно не разбирающийся в местных реалиях. Железными колышками местные скорее всего называют пули, одна из которых сейчас засела у меня в боку, вызывая некоторый дискомфорт. Но что это за «Колыш», почему его так называет сам призванный и кто он такой? Надир имя вроде бы восточное, но с учетом того, как перемешались национальности в моем родном мире, это уже ни о чем не говорило.