Ивор заверил, что его устроит любой вариант, и распрощался до завтра, а я пошла писать изложение по литературе.

С середины лекарственных сборов у мастера Линары я отпросилась без проблем. В коридоре разминулась с идущим в обратном направлении ректором, но он лишь вскользь мазнул по мне взглядом и ничего не спросил. Либо мастер Ивор поставил его в известность о моем планируемом присутствии на подведении итогов, либо ректор считал, что при моих особенностях расписания нет ничего странного, что я куда‑то иду посреди урока.

— Можно? — поинтересовалась я, предварительно постучав в дверь названного мне мастером Ивором класса.

— Да, конечно, — сам открыл он передо мной дверь. — Мы тебя ждем.

— Всем привет, — поздоровалась я с адептами, которых оказалось всего одиннадцать. — И вам добрый день, мастер.

Трое парней, семеро взрослых уже мужчин и одна девушка встали, приветствуя меня как преподавателя.

— Ну что вы, — подняла я руки в защитном жесте. — Не стоит. Я такой же адепт, как и вы, всего на два курса старше.

— Так это и есть обещанный сюрприз? — решилась высказать догадку девушка. — Вы ведь из юных магов?

Мастер Ивор кивнул, подтверждая догадку о сюрпризе.

— Да. Меня зовут Наталья Иномирянка, но можно просто Таль.

— Ты из призванных? Или прозвище не поэтому? — поинтересовался мужчина с окладистой бородой.

— Из призванных, — подтвердила я. — Мне было двадцать четыре, когда я попала в этот мир и мне разрешили поступить в академию. И сейчас вы можете задать мне любые вопросы.

— Любые? — хохотнули с задней парты.

— Вайнар! — одернул весельчака мастер.

— Либо отвечу честно, либо не отвечу совсем, — использовала я озвученную мне когда‑то Кайденом формулировку.

— А как ты с архимагом Элтаром познакомилась? — решилась после почти минутной паузы девушка.

— Сария! Вопросы должны быть по учебе, — нахмурился Ивор.

— Ну почему же… — не согласилась я. — И в каком‑то смысле он даже по учебе. Я несколько раз приносила архимагу письма и посылки, подрабатывая на почте, и однажды при этом поймала левитацией упавшую колбу. А потом он дал академии разрешение снять копию с ценных записей по алхимии, если это буду делать я.

— К тебе преподаватели тоже относились не так как к другим адептам?

— Кто как. Естественно, что я выделялась среди детей и привлекала к себе внимание. Но как к тебе будут относится зависит от того, как ты относишься к обучению. Мастер Кайден меня еще со вступительного испытания невзлюбил, с преподавателем географии мы всем кругом по собственной глупости поссорились. У меня сложились неплохие отношения с мастером Линарой, а мастер Ивор вообще сильно помог нам в самом начале. Во многом юные маги сформировались в круг именно благодаря ему.

Адепты удивленно переглядывались, глядя на своего куратора по‑новому, а сам он выглядел несколько обескураженным.

— Естественно, что к вам предъявляют требования выше, чем к десятилетним детям, — продолжила я, выдержав небольшую паузу. — Ведь вы знаете зачем сюда пришли и должны быть готовы идти к своей цели. Возможно, кто‑то из преподавателей считает, что у вас не получится закончить академию. Я считаю иначе. Но для этого вам нужно поддерживать друг друга. Вас одиннадцать, теоретически это два круга: большой и малый. Сможете ли вы объединиться в круг, как это сделали мы и бывшая группа мастера Ивора, зависит от вас. Становиться единым целым нужно с самого начала, а для этого нужно узнать друг друга. Давайте сейчас каждый скажет для чего он поступил в академию, что его больше всего сейчас беспокоит и, если захочет, еще что‑то о себе.

Основным ответом на первый вопрос оказался «чтобы стать магом». После нескольких наводящих вопросов это расширялось до «жить в уважении и достатке» и я действительно начала сомневаться, что хоть из кого‑то из этой группы выйдет толк, когда меня удивил бородач.

— Я всегда артефактором хотел быть, сколько себя помню, — пробасил он. — В детстве отец запрещал, а потом думал поздно. Но вот увидел тебя на турнире… я ведь всегда на него хожу… Пью потом с горя, что не могу так, а все равно хожу. Была бы семья, не решился бы, наверное, да только жинка у меня родами померла, даже маг не спас… В общем не смог я не пойти. Думал не возьмут, высмеют дурня старого, но все равно на вступительные пошел. А вишь не один я такой оказался, да и взяли. Только вот лет мне уже двадцать семь, двадцать восьмой идет, пока выучусь…

На этом мужчина замолчал, а я подумала, что такой он в этой группе один. И, наверное, сейчас я смотрю на него, как смотрел на меня Кайден год назад, принеся в лазарет непутевую адептку, сгоревшую на площадке для левитации.

Я обернулась к доске. У двоих был пятый уровень, у пятерых четвертый и только у четверых третий.

— Когда у большинства будет пятый уровень, — обратилась я к адептам, — мастер Ивор попросит мастера Кайдена помочь вам с заклинанием бессмертия. Я использовала его в прошлом году, хотя сути не знаю до сих пор. Мне помог архимаг Элтар, вам помогут в академии.

С неверием и надеждой сразу несколько человек переводили взгляд с меня мастера Ивора.

— Попрошу, — подтвердил мастер, хотя мне в его голосе послышалась нотка неуверенности.

Но самым странным оказался красивый и ухоженный паренек лет восемнадцати, сидящий за задней партой.

— Хочу найти себя, — тихо произнес он. — Вспомнить что случилось, когда мне было четыре года. Почему я оказался…

Тут он умолк, но за него продолжили.

— Да продали тебя. Продали в бордель, как и всех остальных шлюх.

— Закрыли эту тему, — строго оборвал говорливого подопечного Ивор. — Теперь вы все адепты магической академии и значение имеют только ваши успехи в обучении.

Я была полностью согласна с мастером, но все же хотела поподробнее расспросить парня, который представился как Грег, о его истории. Однако, я тоже была адепткой и указания мастера распространялись и на меня, поэтому, попрощавшись с первокурсниками и выйдя из их класса, я дождалась Ивора возле учительской.

— Спасибо. Все прошло отлично! — улыбнулся мне мужчина. — И за то, что мой авторитет подняла, отдельное спасибо.

— Просто рассказала им некоторые факты, — пожала я плечами. — Вы себя сильно недооцениваете. Но я жду вас по другой причине. Тот парень, Грег, можно мне с ним отдельно побеседовать?

— Не стоит ворошить прошлое, Таль. Я стараюсь пресекать насмешки над ним, но ведь если он в четыре года оказался в борделе, значит его туда продали.

— То есть вы против, — подвела итог я.

— Вряд ли ты сможешь чем‑то ему помочь, — произнес Алан, но не ушел.

Какое‑то время мы молча стояли в коридоре академии.

— Знаете, он ведь изгой. Один на задней парте… они его не приняли. Может стоит его просто выслушать, если уж больше помочь нечем. И не важно действительно случилось нечто необычное, когда ему было четыре года, или он себе что‑то придумал, это может стать мощным стимулом в обучении. Помните, как он ответил зачем пришел в академию? Хочу найти себя… Это сложная ситуация. Он либо так ничего и не добьется и, скорее всего, тогда просто уйдет, либо станет одним из тех, для кого не существует слово «невозможно». Иногда именно из изгоев получаются настоящие лидеры, рассчитывающие только на себя и ведущие вперед остальных.

— Что ж, я буду рад, если ты сможешь ему помочь. Меня восхищает твоя вера в людей. Жаль, что они не всегда оказываются достойны такого отношения. Но это я не про Грега. Мне ему что‑то передать?

— Не нужно. Он ведь живет в общежитии?

— Да, — подтвердил мастер и попрощавшись ушел в учительскую, а я пошла домой пешком, не став пользоваться ни телепортом ни летунцом.

После слов о том, что люди не всегда бывают достойны доверия, мое настроение резко ухудшилось. Не только люди, но и эльфы. Я вспомнила о Черном докторе. И все же я готова помочь незнакомому, по сути, мальчишке, но отвернулась от того, кто поддерживал меня несколько декад и кому, до того, как узнала о части его прошлого, я безоговорочно доверяла. Может Тэль прав, и Майран к этому моменту изменился? Нет, он ведь так и не понял, что натворил, оклеветав женщину. И все же, от того, что я перестану с ним видеться, он не станет лучше. Тэль, как всегда, прав и мне нужно не отворачиваться от Черного доктора, а помочь ему понять… Понять что? Что то, как вели себя с ним окружающие, недопустимо? Что он не должен поступать так же с другими? Он не ребенок, он все это знает, но поступает так, как считает нужным. А разве кто‑то делает иначе? Ведь и я за год успела нарушить немало запретов и не всегда могла просчитывать последствия своих поступков.