— Ну ни хрена ж себе!

— Что там? — тут же полюбопытствовал я.

— Клондайк! — вернулся неопределённый ответ. — Морфин и другие рецептурные препараты, которые полагается держать в сейфе.

— Зачем это вам? — округлила глаза Полина. — Вы что, наркоманы⁈

— Вот ты иногда как ляпнешь, — поморщился я, — аж ввалить хочется. Ну вот с чего ты взяла?

— Это самая стабильная валюта, — объяснил Стэп, который в этот момент вышел из аптеки, закидывая рюкзак на плечи. — Меня уже начинает пугать этот город.

— Почему? — снова не поняла Полина.

— Слишком много ништяков в одном месте, — ответил приятель.

— Разве это плохо?

— Он имеет в виду вселенский баланс, — пояснил я. — Если где-то круто прибыло, значит, в другом месте сильно убудет.

— Вы серьёзно верите во всю эту чушь? — поморщилась девушка.

— Ага, то есть тот факт, что это тело верит в инопланетян, тебя не смутило? — усмехнулся я.

— А вот ты зря ёрничаешь, — пустился в очередную дискуссию Стэп. — Тебя тогда не было в Нижнем, и ты не видел.

— Не видел что? Летающую тарелку? — продолжил я глумиться над приятелем.

— Нет, то, как МКС падала, — совершенно серьёзно заявил он. — А у нас в крепости мужик один был, с телескопом. Так вот он всё видел. Сказал, в тот момент, когда станция начала с орбиты сходить, он увидел, как рядом с ней что-то необъяснимое проявилось. Как будто защитное поле вокруг чего-то огромного полыхнуло.

— Муха у него перед телескопом пролетела, вот ему и почудилось, — не унимался я.

— Ну а вдруг? — Стэпа вновь понесло. — Вот почему ты даже допустить этого не хочешь? Ведь гипотетически такое возможно. Инопланетные захватчики забросили к нам вирус, и теперь им остаётся просто ждать, когда Земля освободится. Ведь вполне укладывается в логику.

— В фантастику это укладывается и в голливудские фильмы.

— Ну, считать, что мы единственные разумные существа во вселенной, тоже довольно эгоистично, — вступилась за напарника Полина.

— Во, понял? — ухватился за поддержку приятель.

— Но я тоже кое-что слышала, — тут же свернула со скользкой тропы она. — Вроде как всё это является побочным эффектом от лекарства против рака.

— И эта теория мне больше по душе, — кивнул я.

— Чёрт, да где эта долбаная операционная? — выругался Стэп, заглянув в очередную обшарпанную палату.

— Валить отсюда пора, — буркнул я. — Забрели куда-то на отшиб.

— Да, пойдёмте уже, — согласилась Полина. — Ненавижу больницы, особенно этот запах. Офигеть, три года прошло, а здесь до сих пор лекарствами воняет.

— А как же пакеты для крови? — покосился на меня Стэп.

— Придумаем что-нибудь, не последняя больница так-то.

— Ну как хотите. А я бы на местный склад ещё заглянул. Если мы в аптеке такие ништяки нашли, боюсь представить, что на больничных полках можно обнаружить.

— Нам жратва нужна, а не лекарства, — сухо отрезал я.

— Как скажешь, — пожал плечами приятель. — Ты же босс.

И мы развернулись на выход. Может, Стэп и был прав, и на складских стеллажах больницы оставалось ещё много чего полезного. Но мы и без того были забиты уже под завязку. А ведь куда-то нужно ещё продукты сложить, если, конечно, таковые удастся обнаружить. Плюс вода. Как ни крути, а это самый ценный ресурс, и места он занимает тоже больше всего остального.

Мы выбрались из здания, вернулись обратно на дорогу и углубились в частный сектор. На этот раз двинулись вниз, на юг, если смотреть на карту. Здесь тоже раскинулись одно- и двухэтажные дома. Павловск вообще поразил огромной площадью с подобной застройкой. Да и в целом город мне очень понравился. Раньше здесь наверняка было очень уютно. Куча зелени, речка рядом, даже какое-то озеро довольно немаленьких размеров. Летом натуральный рай: рыбалка, грибы и всё такое.

Незаметно для себя я тяжело вздохнул. Я скучал по прежней жизни, по брату. Ностальгия нахлынула на меня ещё там, в ремонтных боксах, и с тех пор память то и дело подбрасывала кадры из прошлого. То, как я наслаждался пивом по вечерам после тяжёлого, но очень продуктивного дня, сидя в кресле перед гаражом. Или как мы с Коляном смотрели очередную новинку кино, которую он умудрялся скачать раньше, чем был заявлен релиз в кинотеатре. Порой их качество оставляло желать лучшего, но нас это нисколько не смущало. Хорошая жизнь была, даже несмотря на все бытовые сложности.

Интересно, где он сейчас? Жив или Старый с Утилизатором уже давно закопали его труп где-то в лесу? Зачем он был им так нужен? Что может быть ценного в программисте, когда и самих компьютеров-то почти не осталось? Нет ни Интернета, ни сотовой связи. Редкие крепости могут позволить себе содержать серверную, да и та не имеет никакого отношения к глобальной сети. Так, удовлетворяет собственные нужды по ведению документации — и только.

Старик что-то говорил о том, что Коляну удалось обрушить военные спутники или типа того. В тот момент я не сильно вникал в его слова, ведь остался в живых благодаря какому-то чуду. Но в последнее время я всё чаще задумывался над его словами, пытаясь ухватиться за зерно истины и понять, для чего им так необходим мой брат. Я хотел верить в его ценность для нового мира, только в этом случае он мог быть всё ещё жив. Во всех остальных — нет. Даже как источник ценной информации. Его бы попросту сломали, уж кто-кто, а Утиль точно бы справился. А получив своё, убили бы и даже бровью не повели. Для этой парочки убрать человека — раз плюнуть. Чего уж говорить об изменённом.

Я сжал кулаки, и это не ускользнуло от внимания Полны. Внимательной её можно назвать с большой натяжкой, однако от меня она взгляда не отводит. Можно сказать, в рот заглядывает, хоть и пытается сделать вид, что это не так. Не хватало ещё, чтобы она втрескалась в меня по самые помидоры…

— О чём ты думаешь? — тут же прицепилась с расспросами она.

— Ой, не обращай на него внимания, — отмахнулся Стэп. — У него всего две стадии бытия: либо жрать всё, что не прибито, либо вот так молчать как этот.

— Зато тебя никогда не заткнёшь, — вернул я приятелю шпильку.

— Наверное, глупо спрашивать, кто где был, когда всё это началось? — сменила тему Полина. — Вся страна ведь гуляла.

— Судя по всему, не только наша, — хмыкнул Стэп.

— А вы никогда не думали, что это был странный выбор для начала атаки? Лето, ночи короткие, да и праздник этот — такое себе. Он ведь в основном только в нашей стране отмечается. Почему не Новый год?

— Да тебе не один хрен? — фыркнул приятель. — У них ведь всё получилось.

— Когда-то мне уже ответили на этот вопрос, — всё же решил сказать я. — Война — это сложный процесс, и к нему нужно приспособиться. И в тот момент, когда мы поняли, как нужно их убивать, как раз утратили всё преимущество в виде долгого дня. Поэтому они и начали летом, чтобы сдерживать наше сопротивление как можно дольше.

— Получается, ими руководит кто-то опытный, — внезапно выдала девушка истину, о которой никто из нас никогда не задумывался.

— А кем ты была в прошлой жизни? — наконец задал я интересовавший меня долгое время вопрос.

— Да никем, — пожала плечами она. — Крутыми были мои родители, а я лишь пользовалась всем тем, что они мне дали. Поэтому мы спаслись в числе первых. А потом…

— Ясно, можешь не продолжать, — произнёс я.

— Да нет, всё нормально, — грустно улыбнулась она. — Я уже свыклась с мыслью, что их больше нет, и никто мне больше не поможет. Тогда деньги быстро утратили ценность. А спустя неделю мой отец из властного человека превратился в изгоя. От нас отвернулись все, даже те, кто казался близким и верным другом. Они просто воспользовались его положением и бросили, как только представился удобный случай. Их убили, а меня… Меня продали, как вещь, будто я какая-то зверушка.

— Люди — сволочи, — странным образом выказал свою поддержку Стэп. — Поэтому мы нигде особо и не задерживаемся.

— А кем был ты? — спросила у приятеля Полина.

— Да тоже особо никем, — хмыкнул он. — Так, менеджер среднего звена. Обычный раздолбай, который рано женился и завёл детей.