— Ладно, смотри сам, — насупился Стэп.

— Почём тушняк? — спросил я торговца и, взяв банку, принялся её рассматривать.

— За десять отдам, — ответил он. — Если сразу пять штук возьмёшь, то по девять.

— А это из кого? — уточнил я, потому как ценник был чуть не вдвое ниже обычного.

— Это курятина, вон тот ряд — из кабанчика. Лосятина есть, если интересует. Но они подороже будут.

— Ладно, походим ещё, если что — вернёмся, — буркнул я и поставил банку на место.

Цена очень заманчивая, но меня смущало то, что тушёнка в стекле. С нашим образом жизни подобная тара — не самая подходящая. Ну да, где же сейчас в жестянке её найти? За прошедшие годы мы вычистили все склады и заначки. Если в мире и осталось хоть что-нибудь из старых запасов, то нам о них не известно. Иначе их бы вынесли в течение дня.

Голод, который накрыл страну в первую весну, сложно передать словами. Ведь никто не возделывал землю, никто не разводил скот. Да, человечество резко сократилось в численности, но жрать-то мы не перестали. Сейчас, спустя три года от начала конца, мы более-менее приспособились. Помог мелкий домашний скот. В первую очередь — курицы и кролики, целые фермы которых содержались при каждой крепости.

С овощами было сложнее, но и здесь выход нашёлся. Некоторые крепости целенаправленно занимались их выращиванием, пустив на теплицы опустевшие многоэтажки. Одну из таких мы проезжали…

— Крупа почём? — спросил я следующего торговца, который стоял с вёдрами у кузова «Газели».

— Смотря какая? — вопросом на вопрос ответил он. — Комбикорм — полтинник за мешок.

— Мы что, похожи на тех, кому комбикорм нужен? — встрял в разговор Стэп. — Перловка сколько стоит?

— Сотня за мешок.

— Нам мешок не нужен, — внёс коррективы я. — Килограмм пять возьмём.

— Пятнашка, — тут же прибавил ценник торгаш.

— Это с хрена ли⁈ — возмутился приятель. — Мешок за сотку, а пять кэгэ — за пятнарь? Что-то не сходится!

— Так бери мешок, и всё сойдётся, — пожал плечами он.

— Ладно, погуляем ещё, — бросил дежурную фразу я и отправился дальше вдоль торговых рядов.

По большей части здесь торговали всяким барахлом, которого и без того было в избытке. Посуда явно смародёрена из окрестных квартир, потому как вся из разных наборов. Какие-то шмотки со следами ношения. Потёртая обувь, по большей части пригодная лишь для прогулок внутри защищённого периметра. А вот вязаные свитера и носки, похоже, новые, рукодельные. Но и сезон холодов уже закончился, а таскать с собой лишнее барахло — такое себе удовольствие.

— Опа! — раздался довольный возглас за спиной. — Картошечка! Почём будет?

— Двадцать грамм за кило, — ответила женщина.

— Фигасе! — возмутился Стэп. — А чё так дорого⁈

— Так ты сам её вырастить попробуй, — огрызнулась торгашка. — А потом посмотрим, почём ты её торговать станешь. Не нравится — не бери, нечего тут околачиваться. Ходят всякие, а потом товар пропадает.

Стэп почесал макушку и поспешил отстраниться от агрессивной торговки. А я завис у оружейного лотка, где продавались всякие виды холодного оружия, явно покрытого серебром. Больше всего заинтересовал стальной кастет с серебряными вставками в виде шипов. Очень занятная вещица. Я даже примерил его на руку и задумчиво осмотрел. Похоже, что шипы были сменные. И это очень удобно, учитывая, что кровь выродков растворяет благородный металл, словно кислота «чужого». Странно, что я сам до этого не додумался. А ведь в реализации это не сильно сложно.

— Брать будем или мы только посмотреть?

— Сколько? — уточнил я.

— За две сотни отдам, — ответил торговец. — Шипы сменные, можно отдельно комплект взять. Все на стальных сердечниках, на резьбе, так что не потеряются. Здесь даже фиксирующие винты есть на всякий случай.

— Вижу, спасибо, — кивнул я. — Но дороговато будет.

— Не дороже жизни, — усмехнулся торговец. — А несмотря на простоту, выродков мочит — будь здоров.

— Плавали, знаем, — хмыкнул я и продемонстрировал свой кастет, выполненный полностью из серебра. Правда, уже значительно оплавленный от частого использования.

— Неплохо, но слишком затратно, — пожал плечами торговец. — Сколько в нём веса?

— Почти полкило, — ответил я.

— Могу дать тебе за него этот плюс два комплекта шипов на смену. Ну и на сдачу патронов с картечью отсыпать.

— А давай, — не особо задумываясь, согласился я.

Нет, я бы и сам мог такой сделать, только на это нужно время и инструменты. А этот уже готовый, да ещё со сменными шипами. Да мне его на пару лет хватит, а то и больше, если не потеряю, конечно. От него и ранения сразу проникающие… Нет, определённо не худшая сделка.

— А у тебя только картечь? — уточнил я по патронам.

— А что ещё нужно?

— Пятёрка экспансивная есть? Серебряная.

— Смотря сколько нужно?

— Пачек пять взял бы.

— Ого, серьёзно! — выпучил глаза торговец. Похоже, я ему сегодня день сделал. — Это на полтора килограмма выходит⁈

— Скидку сделаешь? — уточнил я.

— По восемь за штуку отдам, — расплылся в улыбке мужик.

— Охренеть, ты слышал⁈ — возмущённо выдохнул Стэп, потрясая пакетом с картошкой. — По двадцатке за кило! Да когда эти корнеплоды столько стоили⁈

— Так зачем тогда покупал? — совершенно спокойно спросил я.

— Соскучился. Ща назад вернёмся, тушняка банку возьмём, «блевантина» в котле намутим.

— А вам что, тушёнка нужна? — тут же оживился мужик за прилавком.

— А у тебя есть? — спросил я.

— По десятке за банку, — кивнул он и выставил на прилавок жестянку без опознавательных знаков. — Прямиком с военных складов.

— Ого, такое ещё осталось? — хмыкнул Стэп и взвесил продолговатый цилиндр в руке.

— Каши готовые есть, если интересует, — растянул рожу в улыбке торгаш.

— Вообще-то, там за десятку банки на пол-литра продают.

— Не смеши мои коленки, — поморщился торговец. — Там стекло, а это жесть. Да и мяса в них ненамного больше, чем в этих, один бульон. Я Пикатина давно знаю, больше трёхсот грамм мяса он в них не положит. Тем более там курица, а здесь сто процентов свинина или говядина. И мясом весь объём заполнен. И не думаю, что вам нужно объяснять преимущество жести, перед стеклом.

— Ладно, уговорил, — усмехнулся я.

Понравилась мне хватка этого мужика. Да и в отличие от остальных, общался он более-менее вежливо. В итоге мы оставили у него почти три килограмма серебром, зато закупились всем необходимым, в том числе и крупой. Тем более что у него были очень удобные фасовки по полкило, сразу на порцию. Да и цена более чем устроила, всего грамм за упаковку. По сути, если брать мешок, оно как раз так и выходило. Только здесь мы затарились не одной перловкой, а взяли горох, гречку и пшено. Даже самодельной лапши пачку урвали, но она вышла чуть дороже.

— Охренеть! — возмутился Стэп, когда мы покинули территорию рынка. — Полтора килограмма как с куста. Эдак мои карманы быстро похудеют!

— Не ной.

— Да кто ноет⁈

— У тебя рот шевелится, а из него доносится скулёж. Это и называется «нытьё».

— Это называется «жаба». А она у меня знаешь какая злючая⁈

— У нас серебра — жопой жрать можно. А вот продуктов с патронами — кот наплакал. Нам так-то ещё скоблить и скоблить.

— А что мы там вообще забыли?

— Ничего, — пожал плечами я. — Просто хочу море увидеть.

— Чё на него смотреть? — фыркнул приятель. — Просто большая лужа.

— В башке у тебя большая лужа, — огрызнулся я. — Тебя силком никто не тащит. Можешь забрать свою долю и подождать меня здесь.

— Ага, щас, — саркастическим тоном произнёс Стэп. — И пропустить самое веселье? Нет уж, хрен ты так просто от меня избавишься… А это ещё что за зверь?

У нашей машины кто-то ошивался. Притом не просто так, а с явным намерением. Ну не станет проходивший мимо человек заглядывать в салон, сложив руки лодочкой.

— Э, пацан, ну-ка отвалил от тачки! — рявкнул я и на всякий случай положил руку на кобуру с пистолетом.