Я же стояла в дверном проеме и смотрела, как он уходит — уверенный, сильный, решительный. Вот только на душе была беспросветная тоска. Кажется, у меня тоже нехорошее предчувствие, хотя возможно, мне просто передалось его беспокойство.

Однако маг скрылся за поворотом улицы, а новую учебную декаду никто не отменял, так что пришлось брать себя в руки и отправляться на утреннюю разминку. Там без Элтара тоже было грустно, даже побегать не за кем. И вообще, я, оказывается, очень быстро привыкла к его язвительным подначкам, которые стимулировали не хуже приснопамятной молнии. Он еще только уехал, а я по нему уже скучала.

Порадовав себя утренним душем, монотонно сжевала завтрак на пустой кухне. Тоскливо, прямо хоть с домовым знакомься, только ведь не выйдет. Поставила ему на подоконник за занавеску кусочек сдобной булки на блюдце и молоко в специальном маленьком стаканчике, как велел архимаг. Минут двадцать ждала, не придет ли домовой, но он так и не показался. Зато я в процессе залила два ученических кристалла и снова восстановила магический резерв.

Погода на улице постепенно портилась, впервые за время моего пребывания в этом мире. Облака наливались свинцовой тяжестью, не пропуская к земле дарящие радость солнечные лучи. И на душе у меня было так же пасмурно.

Но долго грустить с нашей развеселой компанией было просто невозможно. На левитации после очередного этапа соревнований устроили массовые старты бумажных самолетиков. Закончилось все визгами и воплями, поскольку большинство потеряло контроль над своими устройствами в послестартовой толчее.

Мастер Эрх, чтобы успокоить расстроенных адептов, пообещал научить нас упражнениям на контроль объекта без зрительного контакта.

— Это когда ты левитируешь то, чего не видишь, — пояснил он свою фразу, увидев, как озадачилась добрая половина группы.

В результате на следующий урок он, как и мы, опоздал, потому что отпустили его, только когда в класс пришел удивленный нашим отсутствием мастер Сорин и увел группу на медитацию.

Там каждому зачитали новую установленную норму и выдали соответствующее количество кристаллов.

— А максимальная норма для нас существует? — поинтересовались сзади меня.

— Нет, каждому устанавливается посильная норма, — ответил мастер, но чуть задумавшись, поправился: — Хотя не думаю, что адептам установят норму выше ректора. Так что максимум — два кристалла архимага в день.

Дальнейшие вопросы отпали сами собой, и мы занялись делом. Моей нормой теперь было четыре ученических кристалла, Так что до архимага мне еще очень-очень далеко во всех смыслах.

Последним уроком сегодня была магическая практика, которую ребята ждали с нетерпением, а я с некоторой опаской. Дождь так и не пошел, но небо тяжело нависало над головой предгрозовыми тучами и оптимизма не добавляло.

На последнем занятии теоретической магии мы подробно проходили два заклинания: «энергетический сгусток» и «антимагический щит», и надеялись сегодня попробовать их в деле. Мастер Кайден вполне оправдал наши ожидания, заявив, что сейчас каждый попробует создать сгусток и направить его в стену, как делали это с «огненным броском». С этим проблем не возникло даже у Вадера, который, похоже, взялся за ум и стал учиться значительно усерднее.

Дальше все попробовали по описанию мастера соединить элементы заклинания щита, который по задумке должен был покрывать ауру энергетической пленкой и не пропускать магическую энергию внутрь. Попробовать-то мы попробовали, вот только результат был неизвестен, поскольку видимой составляющей у такого щита не было.

— И как же мы будем проверять качество его постановки? — спросил завуч, в упор глядя на меня.

Ответила, почти не задумываясь:

— Бросим энергетический сгусток. Если щит стоит, то, наверное, ничего не будет, а если не стоит, то будет малый болевой шок при поражении каналов, — выдала я версию на базе информации, полученной из учебника по теории магии.

— И в кого будем бросать? — поинтересовался преподаватель.

— В меня, наверное. Я же помощник, — все более неуверенно в правильности своего ответа, предположила я.

— Друг в друга, — поправил меня мастер. — Сейчас я всех разобью на пары. Таль, как помощник, со мной.

Первыми вывели на арену Рамину и Янисара. Но прежде чем начать тренировку, Кайден объяснил, как дозировать количество энергии, вкладываемое в сгусток, и как это сказывается на его величине. Кидать друг в друга разрешалось только сгустками, диаметр которых не больше длины указательного пальца.

Сгусток нужного размера получился у Яна только с третьей попытки и был рассеян щитом малышки. При этом сам щит слегка мигнул. Вторая часть тренировки их пары тоже прошла успешно. А вот Вадер щит не удержал и с криком боли рухнул на колени. Однако уже через несколько секунд поднялся и повторил попытку, на этот раз успешно.

Я постепенно успокоилась, практически уверенная в том, что щит поставить мне удастся, а если и нет, то несколько секунд боли можно пережить. Вот только все же недооценила желание Кайдена избавить академию от моего присутствия.

— А сейчас вы увидите, что бывает, когда в мага попадает боевой заряд «энергетического сгустка», — пообещал завуч, когда все остальные пары по разу отработали заклинания. — Адептка Наталья, на позицию.

Уже предчувствуя неприятности, я встала на противоположном от него краю арены, недалеко от стены, в которую мы швырялись заклинаниями. Ощущения были, как у приговоренного перед расстрелом.

— Щит, — отрывисто скомандовал Кайден.

Я выполнила все, что требовалось. Но когда увидела, что сделал мой враг, невольно содрогнулась. В его разведенных в стороны руках клубился сгусток размером с пляжный мяч.

— Что вы делаете? Не надо, вы же ее убьете, — испугалась Ирра.

— Мастер Кайден, не надо, — раздалось еще несколько голосов.

Он ничего не ответил, глядя только на меня. Я не выдержала и сделала шаг назад, и еще один, глядя на него, как кролик на удава.

— Можешь уйти. Прямо сейчас, и навсегда, — торжествующе улыбнулся завуч, и я остановилась.

Да, мне было страшно. Да, он был намного сильнее и опытнее меня. Но именно в этот момент мне вспомнился странный сон про мага, стоящего среди буйства сошедших с ума энергий. Смог он — смогу и я. И вместо того, чтобы уйти, как подсказывал голос разума, я попыталась выставить еще один щит, со всей нахлынувшей злостью глядя в глаза своему врагу.

— Я выдержу все, но когда-нибудь вы упадете на песок этой арены от моего удара. Помните об этом.

И сгусток полетел в меня. От страха показалось, что он еще увеличивается в размере. Сжала зубы и осталась стоять на месте, надеясь, что второй щит получился и хоть чем-то поможет. Время замедлилось, и я успела увидеть, как, мигнув, лопаются словно мыльные пузыри по очереди оба мои щита, как начинает удивленно вытягиваться лицо завуча… А потом пришла дикая боль. Ощущение было такое, как будто через меня пропустили неслабый разряд электрического тока. Я закричала, срывая голос и почти не слыша собственного крика. Тело выгнуло дугой и свело судорогой. Мне показалось, что все это длилось несколько часов, хотя, конечно, вряд ли — я бы такого просто не выдержала. Наконец измученный паническими сигналами тела мозг решил, что с него хватит, и меня накрыла спасительная тьма.

Часть 11

Глаза закрыты, но перед ними все равно плавают яркие круги, вызывая головокружение и тошноту. Попытка их открыть не принесла особого облегчения — теперь перед глазами покачивалась какая-то белесая муть. Снова опускаю веки и сглатываю, пытаясь полюбовно договориться с собственным организмом. Вторая попытка открыть глаза оказалась успешнее. Белесая муть оказалась белым потолком со знакомой трещинкой. Значит, я снова в лазарете. Постепенно вспоминается еще и причина, по которой я здесь нахожусь. За занавеской в отдалении негромко, но интенсивно переговаривались несколько голосов.

Любопытство — штука кусачая, так что пока оно меня не загрызло окончательно, пришлось аккуратно вставать и выглядывать в основную часть лазарета. Там были несколько взрослых мужчин в такой же одежде, как и доктор Алан, с хмурыми, озабоченными лицами. Заметивший меня врач церемониться не стал: