— Стоять за товарища до конца.

«Бросать раненых — значит похоронить свою душу раньше тела. Чужая кровь на моих руках — это моя кровь, пролитая не туда».

— И если я нарушу эту клятву — пусть меня покарают законы империи, презрение товарищей и гнев родовых богов.

«А если останусь жив — пусть моя рука не поднимет оружие, а магия угаснет, ибо недостоин я носить имя воина».

После этих слов — тишина. Я протягивал каждому из них автомат, после чего они целовали холодный металл. И все.

Теперь передо мной уже не просто Ника, дочь своих родителей. Она — солдат.

Никакого «служу империи». Никакого «клянусь не щадить живота». Только тяжесть в груди и понимание, что обратной дороги нет.

Радовало то, что присягу приняли все, включая Каому и еще одну девушку из Индии, чье имя я не запомнил. Это правильно — кто знает, когда еще доведется домой добраться? Контракт никто не подписывал, а значит, и освободить их от присяги можно в любой момент, сочтя их службу законченной. Но сейчас мне нужны были бойцы, а не комнатные болонки, боящиеся выйти за пределы помещения. Бойцы, которыми я мог командовать, не взирая на их происхождение и цвет кожи.

— Прекрасно, — позади нас стоял капитан со своими людьми. — Теперь защитников у империи прибавится. Рад за вас и горжусь вами. А теперь давайте пойдем, поищем — вдруг еще кто живой остался. Заодно и в арсенал заглянем. Магии-то нет сейчас. А простое оружие, оно понадежней будет

Оставив пару человек с Алисой, чтобы присматривали за ранеными, мы пошли следом за капитаном.

Арсенал — это хорошо. Это, кроме вооружения, еще и возможность переодеться. А то мы в парадной и уже изорванной и грязной форме смотримся как-то нелепо. Да и неудобная она. Стоять на плацу — да, воевать — точно нет.

Капитан отправил с нами одного из десантников, представившегося Колей. И мы пошли, как говорится, налево, а Самохвалов направо. У них все было, а нам еще надо было прибарахлиться.

Арсенал оправдал все наши ожидания. Чего тут только не было — от новенькой полевой формы до тяжелых ПТУРов на магической тяге. Их брать смысла не было — против кого использовать-то? Да и опасные это штуки — магия сейчас не стабильна, и кто знает, как они себя поведут при выстреле.

Быстро разбежались по помещению и стали переодеваться. Быстро, без разговоров — время стеснения и шуток закончилось. Десять минут, и вот мои ребята уже выглядят вполне себе бывалыми вояками. На лицах написана суровость и беспощадность к врагу.

По оружию — тут уж я сам лично заморочился, потому как знал, что и как. Всех вооружил «Питонами» — автоматами спецназа, и каждый получил по три рожка. Еще раздал пистолеты Ковальского — ПК — легкие, но зато могут стрелять как обычными, так и магическими пулями. Тактические ножи, броник — облегченный. Пистолетный выстрел или удар ножа выдержит легко. Автомат — не факт. Но одевать что-то тяжелое сейчас вообще не вариант — большинство еще не перешло на стадию Преодоления. Для этого нужно немного времени, а они только что стали магами. Так что таскать на себе большой груз банально не смогут.

Каждого осмотрел, пощупал, кивнул. Кстати, Амир взял снайперскую винтовку непонятной мне модели. Причем как взял — увидел, глаза загорелись, схватил… И я понял, что ее у него можно забрать только вместе с руками. Сказал, что обращаться с такой умеет и даже стреляет метко. Ну и ладно — хочет таскать эту тяжелую дуру на себе, его право. Да и снайпер нам точно пригодится.

Попрыгали, подвигались — не имперский спецназ, но сойдет.

А дальше уже более организованно пошли на поиски выживших из части. В город лезть пока не рискнули — все же я трезво оценивал наши силы и бежать и спасать кого-то пока не собирался. Для этого есть профессионалы, а мы должны делать то, что можем. И сейчас наша основная цель: обыскать часть и дожить до утра. А судя по внезапно прозвучавшим выстрелам, у нас это может не получиться…

— Так, в героев не играем, движемся пригнувшись и держимся позади меня, –скомандовал я отделению бывших гражданских, а теперь уже полноценных… Ну ладно, пусть не полноценных, но горящих жаждой битвы воинов.

— Но… — вякнул кто-то и тут же заткнулся, получив от Ники тычок под ребра.

Она у меня умненькая девочка и знает мой характер очень хорошо. Как и то, что мне не в первый раз приходится действовать в экстремальной обстановке.

Пошли, как я и сказал, пригнувшись, короткими перебежками. Добрались до угла полуразрушенного здания — отлично для скрытого обзора.

Столпились там, а я выглянул. Ага. Десяток человек в масках и обычной одежде обывателей палят в десантуру. Напавших меньше, странно, что их до сих пор не положили.

Впрочем, это ж не вояки — мастера ремонта и отчетов. Они, наверное, и оружие-то держали в руках только в день присяги. А эти, которые напали, действуют вполне грамотно и хорошо так прижали наших союзников огнем.

— Амир, огонь по сигналу — как дам команду, сначала стреляешь ты, потом остальные. Длинными очередями — патроны не экономить. В арсенале их до хрена. Как бахнули, сразу прячетесь и не высовываетесь, а я обойду их с другой стороны. Вопросы есть? Выполнять.

Не знаю, сделают ли они все правильно или нет, но подумаю об этом потом. В конце концов, они все аристократы, а значит, все проходили тренировки в своих родах. Умеют и оружие держать в руках, и этими самыми руками да ногами махать. А то, что магии сейчас нет — так жили же как-то раньше без нее? Да и не могу я все вывозить сам — один, конечно, в поле воин, но гораздо лучше, когда твой зад все же прикрывают друзья.

Пополз по-пластунски вперед и чуть в бок. Быстро так, не обращая внимания на воронки, грязь и валяющиеся везде куски рваного металла. Пару раз попадались изуродованные трупы — даже глазом не моргнул. Сейчас я в режиме «бей-убей», и все лишнее мозг просто не воспринимает. Отходняк я, скорее всего, поймаю потом, а сейчас нужно делать дело.

Противник работает грамотно. Это не бандиты в масках, решившие пострелять по мирным. Тройками прикрывают друг друга. Перебежки короткие — от укрытия к укрытию. Дисциплина огня жёсткая. Зачем им эта разбитая воинская часть? Может, склад оружейный хотели вскрыть. Может, конкретно за капитаном и его людьми пришли — добить. Но в причинах разбираться будем потом. Сейчас я просто полз влево, огибая их позицию с фланга.

В горле пересохло, но воды с собой нет. Ладно. Не умру же от жажды через пять минут боя.

Впереди — груда бетонных блоков. Когда‑то здесь были казармы или склад. Теперь — просто груда мусора и камней. Я ныряю за самый большой, прижимаюсь спиной к холодному, ещё хранящему утреннюю прохладу, камню. Высовываюсь на пару секунд. Вижу силуэты. Семерых. Трое — ближе, подают короткие очереди в сторону наших. Четверо — дальше, перебежками двигаются ближе к зданию штаба, откуда сейчас должен выглянуть капитан.

У нас времени — ноль.

— Амир, — шепчу в гарнитуру. — Ты на позиции?

— Да. Вижу шесть целей. Седьмая за ящиком, не простреливается.

— Шесть так шесть. Как дам команду — бей на поражение. Сначала снимаешь тех, кто ближе. Я уберу крайнего справа, пока они залягут. Потом — поддержка курсантов по моей команде.

— Понял.

Я перевожу дыхание. Сухой, горячий воздух обжигает горло. Пот течёт по лицу, щиплет глаза. Стираю его грязным рукавом.

— Огонь.

Амир стреляет.

Выстрел прозвучал как хлопок. Сухой, короткий, сразу тонущий в общем шуме перестрелки. Но я вижу результат — один из нападавших, тот, что стоял у разбитой БМП, валится лицом вниз, даже не вскрикнув. Ещё один хлопок. Второй валится.

Короткая пауза. Противник не сразу понимает, откуда грозит смерть.

Амир грамотно использует эти секунды — ещё один выстрел. Третий падает, уже перекатившись за укрытие, но слишком поздно. Пуля уже нашла цель.

Я не жду. Вскакиваю и бегу.

Краем сознания слышу, как с нашей стороны начинают бить длинными очередями. Сначала робко, потом плотнее.