Впечатлились все, особенно наши новенькие. Для них, провинциалок, император — это какое-то недосягаемое божество, видеть которое простым смертным не положено. А то, что они служат вместе с высшими аристократками разных империй, они, кажется, уже просто забыли.

Долетели нормально. Еще бы. Это вам не обычный маголет, а улучшенной комплектации и бронированности. Защита на нем такая, что фиг собьешь. Хотя, нашелся, конечно, и недостаток — он был медленным. Но нам торопиться некуда.

Девчонки шушукались, явно обсуждая меня, и кажется, у них контакт с Белкой вполне наладился. А я дремал в удобном кресле — солдат спит, служба идет. И пользоваться моментом расслабиться надо всегда.

Три часа лета — очень долго, как по мне, — и вот мы уже садимся на военном аэродроме.

Приветственная делегация из пяти машин, агенты Тайной Канцелярии — все как обычно. Девчонок загрузили в две из них и куда-то увезли. Ну, тут два варианта. Или во дворец — что вряд ли, либо к Нике — что очень даже возможно. В поместье Скуратова с недобрыми намерениями сунется только конченый идиот.

Этот момент мы заранее обговорили, поэтому обошлось без эксцессов. Позвонить бы им, уточнить, но увы. Мой секретный магофон лежал в пространственном кольце, а светить им было нельзя.

Второй, тот самый жутко секретный, был в кармане, но по нему можно звонить или отцу, или дяде. А свой обычный я забыл в части — отвык им пользоваться, да и нельзя. Закинул в сейф и забил.

Так что мы, сверкая хромом и напряженными лицами охраны, летели во дворец по выделенной линии, я щурился от удовольствия, пил гранатовый сок. Вот не знаю почему, но нравится он мне. Кислинка такая от него приятная и бодрит. Ну и полезный, что писец.

Добрались быстро — важную же персону везли. Можно было по пути заскочить домой, как раз мимо проезжали, но приказ Его Величества был однозначным — сначала во дворец.

Зашел через боковой, так сказать, семейный вход — куча охраны, подозрительные взгляды, но без фанатизма. Меня тут хорошо знали, да и предупреждены были, конечно же. А то, что смотрели волком — неудивительно, война же. Враг не дремлет.

— Вовчик!!!

С радостным воплем у меня на шее повисла Лена, стоило мне только оказаться в жилых помещениях. И откуда она знала, что я вот сейчас прям появлюсь? Не иначе, как меня ждала.

— Родной! Живой!!! — с причитаниями она целовала меня куда придется, вися на мне и болтая в воздухе ногами.

От вечно спокойной и максимально хладнокровной сестры такого я, если честно, не ожидал.

— Да живой я, куда ж денусь, — в ответ прижал я ее.

— Вырос-то как! Прямо мечта любой аристократки!!! — отстранилась она, разглядывая меня. — Ого, уже целый майор? Этого я не знала. А наград-то сколько!!!

Она с таким удовольствием смотрела на меня, будто впервые видела.

— Я крут как Эверест, а силен как сотня носорогов, — выпятив грудь, я принял максимально героическую позу.

— И все такой же несносный болван, — опять прижалась она. — Я очень за тебя переживала и соскучилась.

— И я скучал, сестренка. Как тут у вас? Левчик? А Тараторка все так же качественно выносит мозг? А Лиза с Катюхой? Черт, у нее же помолвка, наверное, сорвалась!..

— Да. Габсбурги поддержали кайзера, твари ненасытные. Не хотят увидеть ее приданое, значит, увидят наших боевых магов. Еще и уведомление о разрыве помолвки прислали в максимально оскорбительной форме, Катя от злости чуть не лопнула. Но это ладно, видел бы ты в этот момент глаза отца! Даже мне стало страшно — думаю, что от их правящей династии, когда все это закончится, никого не останется. А все остальные нормально — Танька и Левчик сейчас на учебе. Он теперь в нашей академии, на первом курсе.

— Хорошо, что у вас все хорошо, –выдохнул я. — А то в части даже связи с внешним миром нет, все максимально секретно. Звонить могу только отцу и дяде. И то, помню, за звонок ему наш особый отдел меня едва не расстрелял. И расстрелял бы, если бы он сам не вмешался.

— Строго у вас.

— И не говори. Сам в шоке.

— А как твои… Ну, эти, будущие Романовы?

— Не поверишь, но служим вместе.

— Не поверю!

— Однако факт. Прислали всю толпу на мою голову.

Лена хмыкнула:

— Уверена, ты справишься.

— Ага. Будем живы, не помрем, хотя на последнее шанс ну прям очень большой.

— Подробности? — нахмурилась она.

— Пока без них. Мне надо с дядей сначала переговорить. Это ж он меня вызвал.

— Знаю. А причем тут… А, поняла. Блин… В общем, не переживай — ты не умрешь, даже близко.

— Чой-то? Ты что-то знаешь?

— Конечно. Я ж присутствовала при разработке этой операции. В общем, тянуть не будем, пошли к отцу.

Цапнув меня под руку, она с гордым видом потащила меня в сторону рабочего кабинета императора.

— Всегда мечтала пройти под ручку с красивым и здоровенным военным. Прямо огонь! — довольно улыбнулась она.

— А что? Кандидатов на подобное нет? Не верю.

— Вот и не верь. Мне абы кто не подходит. Они же сразу планы далеко идущие строить начнут, хвастаться, что ходили под ручку с самой принцессой. А оно мне надо? А с тобой и безопасно, и прикольно. Вон, фрейлины мамы как глазами хлопают, да завистливо вздыхают. Пошел бы к нему без меня, утащили бы к себе, точно тебе говорю! Я знала, что ты уже приехал, вот и решила тебя встретить.

— Ох, что бы я без тебя делал…

— То-то же.

Два гвардейца охраны откозыряли нам и открыли дверь в кабинет без доклада — еще бы, любимый племянник и его родная дочь могли заходить к нему в любое время! Да и ждал дядя меня.

Я захожу сюда не в первый раз. Может, в пятый. Может, в седьмой — сбился со счёта. Но каждый раз, когда открывается эта тяжелая дверь, я нахожу что-то, чего не видел раньше.

Кабинет относительно небольшой. Метров десять на глаз. Высокий потолок, серые стены без намёка на декор. Ни тебе массивных орлов, ни портретов предков в золотых рамах. Сначала я думал — скупость. Потом понял — это стиль. Человеку, который сидит здесь, не нужно доказывать, что он император. Достаточно того, что он просто есть.

Окно одно, от пола до потолка. За ним — Москва. Не парадная, не открыточная, а настоящая: крыши, антенны, где-то далеко шпили «Москвы-Сити». Сегодня небо серое, низкое. В прошлый раз светило солнце, и я помню, как его блики играли на столешнице. Сейчас — никаких бликов. Только тусклый свет.

Стол — главное. Чёрное матовое стекло на металлической раме. Никакого резного дерева, никакой инкрустации. Просто стол. На нём ноутбук, планшет, стакан с ручками. Магофон. В прошлый раз ручек было пять — я считал. Сегодня четыре. Одна куда-то делась. Или сломалась, или император подарил кому-то.

Самое интересное — новые детали. Я их замечаю во время каждого визита. В прошлый раз на тумбе у стены стояла кофемашина и больше ничего. Сегодня к ней добавилась пачка овсяного печенья и маленькая солонка. Зачем в кабинете солонка? Император обедает за этим столом? Может, приносят еду на подносе, а он солит на месте?

— Племянник, — голос дяди оторвал меня от размышлений, и в тот же миг мои кости сказали «Хрусть», когда он меня обнял.

«Кажется, меня убьют еще до начала задания», — мелькнула паническая мысль, и лишь улыбка на лице Лены давала надежду, что выживу.

Ладно, начало вроде привычное, а там посмотрим, что для меня приготовил мой венценосный родственник…

— Проходи, присаживайся. Чай, кофе или чего покрепче?

— Чай, если можно…

Я осторожно присел в кресло, мысленно пройдясь по организму. Вроде ничего не сломано. Странно. Я же отчетливо слышал, как хрустели мои ребра!

— Возмужал. Ох, возмужал. Красавец. Смотрю на тебя и не нарадуюсь!

Дядя был как-то подозрительно восторжен. Не к добру это, точно вам говорю!

— Ну давай, рассказывай — как служба идет, все ли устраивает. Про успехи спрашивать не буду, лично подписывал указы о твоем награждении и звании. Заслуженные, кстати говоря. И пусть меня хоть кто-то в этом упрекнет — мой племянник не отсиживается по углам, в отличие от некоторых, а воюет на передовой.