Стелла:

*Я поняла, что не из задницы. Конкретнее можешь, или тайна великая? Уровень у тебя для тюрьмы маловат, такие обычно в первые дни сливаются, или к Магниту попадают, там не лучше.

Вот же язва, всё равно про задницу вставила. Ладно, мы вроде как проехали.

Кощей:

*Не повезло просто. Я ни про какие кланы не знаю, и вам не конкурент, больше в ваше убежище не сунусь, и никому не расскажу, можешь не переживать. Я думал, место заброшено, им уже, наверное, лет десять не пользовались.

Понятно, что словам незнакомца копейка — цена, но я всё равно пообещал.

Стелла:

*Год всего, может, немного больше, просто кто-то ленивый дверь не закрыл вот и заросло. Как ты вообще наше убежище нашёл? Это что-то на грани фантастики.

Кощей:

*А система разве не фантастика? Эти умения, словно в игру попал, твари из кошмара, злопамятные слизни.

Стелла:

*Что за слизни? Чёрные такие? Морнвельд?

Кощей:

*Они самые, встречалась с ними?

Стелла:

*Нет, я не дура, по тоннелям не гуляю. Там на такое можно нарваться, тебе просто повезло. Морнвельд — это не они, а он, или оно… Единый организм. Если ты с ним столкнулся, покоя не жди: тварь тебя запомнила и теперь всюду отыщет.

Зелья могут дать короткую отсрочку, на денёк другой, если хорошее зелье, постоянно пить придётся. Но это не выход. Оно не забывает. Оно чувствует след, не запах, не звук, а что‑то другое. Словно ты оставил отпечаток в самой ткани подземелий. И пока этот отпечаток есть, он будет идти по пятам. Самый лучший вариант — побыстрее отмыться и свалить домой.

Ходят слухи, что Морнвельд способен отыскать даже в заводи. Системные миры для него закрыты. Я же говорю, зря ты гуляешь по тоннелям, вот и нарвался. Сначала даёт уйти, даёт почувствовать удачу, а потом, щёлк. И ты уже не охотник, а дичь. Каждый поворот тоннеля, каждая каменная стена, морнвельд может быть где угодно.

Так что слушай меня: брось эти прогулки.

Новость не самая ободряющая, я даже со своей подстилки приподнялся, высматривая мокрые пятна на кровле. С другой стороны, я ведь уже всё решил, мне всё равно прятаться. Возник вопрос по другому поводу.

Кощей:

*Что такое заводь?

Стелла:

*Что за нубский вопрос? Я тебе про реальную проблему говорю. Погоди, а может ты местный? Я про такое не слыхала, но в системе всё возможно, или просто мозги мне пудришь⁉ Стой! Ты же здесь ночевал, на диване! *** он теперь и в убежище придёт, Кощей ***! Какое же ты всё-таки говно, так подгадить! Не попадайся мне на глаза ***!

Ну вот, источник информации накрылся. Жаль, конечно, но хоть крупицы полезного удалось почерпнуть. Значит, моя догадка оказалась верной — это единый организм. Он меня не то что запомнил, он меня попробовал, оставил на мне свой мерзкий отпечаток. Ничего хорошего, разумеется. Теперь придётся быть в десять раз осторожнее: каждый шорох проверять, каждый поворот обходить по широкой дуге, а ночью, не спать глубже, чем на полглаза.

А вот по поводу тоннелей новость и впрямь любопытная. Гном с Дропером о них ни словом не обмолвились, обмылок мог и не знать, а гном, скорее всего, не добрался до этой информации. Что же мне теперь, только на поверхности охотиться? Нет, такой расклад не по мне, там глаз да глаз нужен, да и добыча скуднее.

Есть ещё один вариант — воспользоваться нычкой Клавдия. Тайное место. Правда, сомневаюсь, что он один ей пользуется, наверняка там и другие свои маршруты протоптали. Значит, работать придётся с оглядкой, прислушиваться к каждому эху, принюхиваться к чужим следам. Гном-то, положим, адекватный, торговец всё-таки, выгода ему дороже глупых разборок. А вот насчёт остальных его сородичей такой уверенности нет, у подземных жителей свои законы, свои счёты, и вполне может быть, чужака они не станут отличать от добычи. Хоть прямая агрессия невозможна, но я уже знаю, вариантов навредить предостаточно.

И не дай Бог на эльфов нарваться, после рассказа Клавдия я их невзлюбил заочно. Расисты, кто бы мог подумать… Считают себя лучше всех, смотрят свысока… Да и плевать на них. Не буду приближаться авось и пронесёт.

Пришёл Дарти, уселся неподалёку и принялся умываться. Я прикрыл глаза, навалилась усталость, день был не самым коротким, крафтил, дрался с тварями, спасал свою жизнь бегством. Практически рядовой день, завтра может быть то же самое, или похуже.

Потрогав зудевшие обрубки пальцев, решил сегодня не обрабатывать, регенерация работает и без моего вмешательства, я лучше посплю несколько часиков.

Говорят, что беда не приходит одна. Я, если честно, не знаю, что считать бедой, моё попадание на Терру тринадцать или остальные приключения? То есть, сначала большая беда припёрлась, а затем стали подтягиваться подружки поменьше? Если так, то жить можно даже здесь, что, собственно, и доказывают обитатели базы Магнита, или как они там свой дом называют, «зона»?

Мы засели в одном из зданий на пятом этаже. С окна открывался вид на соседнюю пятиэтажку, а уже дальше виднелась защитная стена. Страшновато здесь сидеть, риск обнаружения был очень высок. Но я не поддавался паническим мыслям, всегда есть возможность выкрутиться, а паника только мешает. Тем более я тут не от безделья заседаю и даже не из праздного интереса.

Во‑первых, воспитание пета. Уже три часа он безвылазно сидит рядышком. Сначала едой сдерживал, затем голосом, взглядом и жестами. Сидеть на месте, единственная команда, которую я проецировал. И вроде как получалось, из меня тот ещё воспитатель, но прогресс налицо. Дарти хоть и похож на кота, но в несколько раз крупнее обычного, мощные лапы, густая шерсть. Настоящий трущобный монстр, увидишь такого и хочется бежать, к счастью, я его, можно сказать, с пелёнок воспитываю, и к внешнему виду привык.

Во‑вторых, я ещё сам не был уверен, что задуманное получится. Собственно, для этого ничего особого делать не нужно, прятаться от чужого внимания и ждать. Занятие для лентяев, мне как бывшему сторожу в самый раз. Возможно, здесь придётся пробыть не один день, может, и недельку. И, кстати, необязательно находиться тут безвылазно, несколько часов в сутки достаточно, это в том случае, если не соврала Стелла. Смысла во лжи я не видел, потому принял на веру и просиживал на одном и том же месте уже третий день, по несколько часов.

— Хороший мальчик, — негромко сказал я.

Дарти, подрёмывая в углу комнаты, приоткрыл один глаз. Не нравилось ему бездействие, но пока что подчинялся.

— Придётся потерпеть, потом обещаю охоту. Как насчёт крысоваров? — пет открыл второй глаз. — Или к червям спустимся?

— Мяк? — нет, всё‑таки он полуразумный, или на интонацию реагирует.

Общаясь с петом, я не забывал поглядывать в окно. На верхушке защитной стены иногда вспыхивали яркие точки, звуки выстрелов приходили не всегда, разное у них оружие и, разумеется, навыки. Очень скоро должен был пройти патруль, шесть долбанных всадников апокалипсиса. Я их так прозвал из‑за скакунов, огромные ящеры с чешуёй, будто из закалённой стали, и пастью, полной кинжальных зубов.

На боевые качества этих тварей я полюбовался в первый же день ожидания. На свою беду, у меня под окнами проходила стая гомусов, разные, большие и мелкие. Причём последние держались на расстоянии, видимо, доедают после старшаков. В этот раз съели и тех и других. Я стал свидетелем молниеносной атаки, ящеры, руководимые всадниками, просто растоптали гомусов. А затем, под весёлое гиканье бородачей в камуфляже, приступили к трапезе. Сожрали всё, только красные пятна на траве остались. Мне всё это время приходилось сдерживать и успокаивать пета, тот оказался молодцом, воспитательный процесс шёл полным ходом. И не для него одного: себя я тоже воспитывал. Я охотник, диверсант, а значит, должен держать нервы в кулаке, даже когда рядом ходят твари, способные расправиться со мной за пару ударов сердца.