- Это какая-то тайна, что ты решил таким магическим и явно не слишком надёжным способом связаться со своими? - она остро взглянула на него. - Из тех, что людям лучше не знать.

- Это эксперимент, - он тяжело вздохнул, так что было это хорошо слышно даже в наушниках шлема и, обняв её за плечи, развернул к спуску. - Хочешь, верь, хочешь не верь, но там действительно только личные письма, ну и кое-какие предварительные данные по экспедиции, которые потом будут продублированы по официальным каналам. Тайной скорее является сам способ такого сообщения, - до просьб не распространяться об увиденном, он решил не опускаться, к тому же, если она действительно такая умница, какой ему показалась - сама поймёт, а если нет - ему не повезло. В любом случае от всего можно откреститься. - Ты мне лучше скажи, как сюда добралась. Это, между прочим, и мне не так легко удалось.

- Гений мысли! - она пренебрежительно фыркнула и включила объёмную голографическую карту на наручном браслете, по которой красной линией змеился точный маршрут следования Фёдора. - А потом делаем вот так, - она нажала пару боковых кнопочек, и зависший высоко над их головами модуль высветил этот же маршрут на местности.

- Мда, - он попытался почесать затылок, но наткнулся перчаткой на шлем и опустил руку, - а ведь предостерегала меня мамочка, чтоб не считал себя самым умным!

Уже опустившись в модуле под поверхность океана, и осторожно двигаясь вдоль шельфа, Гера вернулась к интересовавшему её вопросу:

- Но если это был эксперимент по пространственному перемещению, то не проще было бы камешки кидать, так бы не только я, вообще никто ни о чём не догадался?

- Не проще. Таким образом можно переправить только то, что изнутри больше, чем снаружи. То есть, материальная составляющая письма ничтожна по сравнению с его значением, обратной будет зависимость, скажем для тонны железной руды. Между прочим, интереснейшая тема для исследований.

- А живые организмы вообще и в частности люди? Переправляются? По-моему они вполне соответствуют твоему описанию характеристики объекта для переноски.

- Подходят. И у меня один раз даже получилось самому переместиться таким образом. С перепугу, в стрессовой ситуации.

- Всего один раз? И больше не возникало соблазна попробовать?

- Возникало, но по свежим следам повторить опыт не получилось, а потом, знаешь, на ком-то другом опыты ставить совесть не позволяет, а на самом себе как-то стрёмно. Решил отложить пока опять не припрёт.

Форрестер.

И всё-таки он был типичным жаворонком. Утром все мрачные мысли, донимавшие Эдуардо с вечера, растворились и жизнь опять виделась ему в радужных тонах. Во всяком случае то, что посольский дом из уважения к его обитателям был выстроен на земле, несказанно радовало. А то изображать мартышку, лазая по веткам, он не был настроен. По крайней мере, в сравнении с легко и ловко передвигающимися по деревьям эльфами он выглядел бы очень смешно и глупо, чего, откровенно говоря, страшно не хотелось. А уж тем более выглядеть по-дурацки в глазах привлекательной женщины.

- Вы готовы? - спросила она вместо приветствия, пробегая по нему оценивающим взглядом, под которым Эдуардо автоматически подтянул живот и расправил плечи.

- Я, собственно, не знаю к чему готовиться. Но всё, что собирался с собой взять, на месте, - потом с неожиданно возникшим подозрением добавил: - Надеюсь, вы не собираетесь меня ещё раз прокатить на какой-нибудь местной живности?

- Ну что вы, - она от неожиданности рассмеялась. - Хотя к орнитоптерам привыкайте, на небольшие расстояния на гравилётах у нас путешествовать не принято.

Двухместная машина была припаркована как раз за зданием посольства. Увидь он это ещё вчера, может быть и не мучился бы приступами плохого настроения. Всё-таки свобода передвижения - большое дело. А сам перелёт не оставил в памяти ничего существенного, кроме ни к чему не обязывающей болтовни с Еленой Маршалл, от всех более-менее серьёзных тем она мастерски уходила. За два часа полёта они переместились на дневную сторону Форрестера и сеньора Кастильяни, вылезшего из кондиционированной прохлады салона гравилёта, сразу ударила волна удушающей жары.

- Сюда, - Едена потянула его в сторону не слишком заметного на фоне общего массива леса домика. - Здесь мы переоденемся и возьмём дыхательные маски.

Она споро навесила на него баллончик с дыхательной смесью, прицепила трубку и сунула в руки длиннополую шубу из меха какого-то местного зверя. На то, чтобы самой подготовиться подобным же образом у неё и вовсе ушли считанные секунды. Момента перехода Эдуардо не уловил. Казалось, вот только что он вышагивал, держась за руку своей спутницы по выровненной поверхности каменистого плато, и уже под ногами сухая зеленоватая почва иного мира, и приходится быстро надевать респиратор с дыхательной смесью и зябнущими руками натягивать шубу - здесь действительно было довольно холодно. Только после этого появилась возможность оглядеться. Пусто и тихо. Низкие, плотные тучи тяжело тянулись, проплывая над высокими, изрезанными росчерками от размывавшей их дождевой воды, холмами. То тут то там, насколько хватало глаз, виднелась мелкая древесная поросль, едва достигающая колена, а у подножия ближайшего холма росло единственное дольно высокое, в три человеческих роста, дерево. Его ствол, толстый, неровный, бугристый был похож на творение скульптора сюрреалиста - словно две человеческих фигуры слились в объятьях, поросли корой и почти растворились друг в друге. Эдуардо встряхнул головой, отгоняя наваждение. Привидится же такое!

В паре метров от дерева стояла небольшая хижина. Не из живой древесины, как это принято у эльфов, а обычная, земная конструкция из металла и пластика с округлой крышей. Елена жестом указала направление движения и сама неспешно пошла к домику. В тесном тамбуре, в котором они едва поместились, послышалось шипение воздуха и только теперь до Эдуардо дошло, что это шлюз и внутри можно будет снять неудобную амуницию.

- Ну как вам тут? - спросила Елена, едва они оказались внутри.

- Холодно и странно, - оформил он свои первые впечатления в два слова. - И я бы не назвал это место благоприятным для жизни.

- Это потому, что вы не видели, на что оно было похоже до начала работ.

Елена небрежно смахнула какие-то листки со стола и включила настенный экран. Места в единственной комнатушке этого домика было маловато: необходимый минимум мебели и кое-какие личные вещи, хозяин которых в данный момент отсутствовал. Странно, а снаружи домик не казался таким уж маленьким, наверное всё остальное пространство занимали системы жизнеобеспечения.

- На самом деле, прогресс в терраформировании столь значителен, что через пару десятков лет этот мир можно будет заселять. Мы убрали из атмосферы большинство вредных примесей, ассимилировали несколько сотен разновидностей бактерий, заселили моря планктоном и даже воссоздали кое-где несколько миллиметров плодородного слоя почвы, - Елена смолкла, понимая, что на неспециалиста эти её слова впечатления не производят и не дают ни малейшего представления о масштабе проделанной работы. - В общем после того как здесь расселятся и разрастутся зелёные растения и восстановится баланс кислорода и остальных газов в атмосфере, мир будет готов к заселению.

- Это всё замечательно, - Эдуардо мельком глянул на неприветливый пейзаж за окном, - но меня волнует другой вопрос: собираетесь ли вы приглашать сюда людей для постоянного проживания?

- Нет, с чего бы? - её брови поднялись высоко вверх. - Мы не склонны к дурной благотворительности - это раз, Гардарику мы начали осваивать задолго до подписания "Пакта о совместном освоении"- это два, так что юридических прав вы на неё не имеете, ну и мы всё равно не представляем где она конкретно находится в космосе, а пропускать толпы постороннего народа через Форрестер не собираемся - это три.

4