Против губернатора и его «партии» интриговать сами духи предков велели. Просто карьерная возня. Против куратора интриговать бессмысленно, если ты сам не родич императора. Да и тогда бессмысленно. Члены императорской семьи неприкасаемы и не могут быть лишены должностей, званий или привилегий. По крайней мере, примеров история не знала. Казнили императорских родичей регулярно. А вот в отставку ещё ни разу не отправляли.

Пётр Фёдорович с радостью сбыл с рук этот токсичный актив, хотя и колебался при назначении между моей скромной персоной и фигурой дядюшки — Георгия Анатольевича. Тот начал сколачивать придворную клику, противостоящую императору, и должность куратора Сибири была бы идеальным поводом повесить на дядю этот неподъёмный дрянский груз, чтобы он резвился поменьше. Кроме того, в случае если бы дядюшка справился, он получал слишком большую власть, ибо титул «протектор севера» у него никто не забирал.

Моя кандидатура перевесила, в том числе потому, что я подал Его Величеству подробно проработанный проект очистки захваченных территорий, который назвал «Чистый Мир». Новый император глупцом не был. В чём Петру Фёдоровичу не отказать — он всегда ставил практическую выгоду впереди политической. Он тщательно изучил мой проект, взял паузу в две недели. В результате свет увидел именной Указ «О даровании Оранжевому двору Трона титула „Сибирский“, назначении…» — в общем, рескрипт имел название из пятидесяти слов, смысл которых был прост. Император с благосклонной миной сбросил меня в выгребную яму.

Всем удобно. И никто, начиная с Его Величества, не верил, что я справлюсь. Сколько радости на лице Максимилиана Зарецкого было, когда этот указ оглашали! Кто бы мог подумать, что на этой кислой высокомерной морде может расцвести жизнерадостная улыбка. Мне кажется, продлись церемония чуть подольше, этот недоросль начал бы в меня пальцем тыкать и подгыгыкивать. Впрочем, как я и говорил, последствий, если не справишься, никаких. Просто будешь носиться, как дурак с писанной торбой, с этим смердящим мешком дряни до конца жизни. Разбирать мелкие дрязги дерущихся за объедки на краю империи аристократов и терпеть «пять минут позора» на ежегодном отчёте перед императором. Так все они думают. Что же. Полагаю, я их сильно разочарую.

Выйдя из позолоченного зала, наполненного атмосферой лицемерия и придворной гнильцы, впервые за долгие месяцы, прошедшие после операции «Возмездие», я вздохнул полной грудью. Наконец-то можно заняться делом.

У меня крепкая база. В первую очередь — люди, на которых я реально могу положиться. Финансовое основание в виде моего проекта с «батарейками для черни». Покровительство Великой княгини, которое медленно, но верно превращается в полноценное партнёрство. Один из лучших магов империи — мой учитель и соратник. Союзные боярские Воронежские рода. Как минимум Соколовы и Орловы. Разработки «Чистого Мира». Мы с Синицыным ещё даже на десять процентов не раскрыли их потенциал. И мой дар. Интриги, покушения, неудачные решения? Я всегда на шаг впереди. По крайней мере, в действительно важных вещах.

Всё так же, слегка хромая, я прошёл до своего флаера, разрисованного гербами моего Дома. Возле открытого люка переминался с ноги на ногу Зурабов. Княгиня передала мне графа «временно в помощь», однако его светлость не проявлял пока желания вернуться на службу в Фиолетовый двор. За последние месяцы он снова стал походить на человека, а не на призрака отца датского принца. Он нервно поглядывал на часы, когда думал, что я не смотрю в его сторону.

— Ваше Высочество, — начал он слегка укоризненным тоном, который почти всегда включал, когда я по его мнению «маялся дурью». — У вас встреча с японской делегацией. Императора не будет, так что вы, по сути, будете вести этот раунд переговоров. А вы ещё не одеты.

— Мы успеем, — сказал я с улыбкой. — Афанасий Иванович, я бы хотел, пока летим, освежить сведения о главе делегации «союзников» и её секретаре. Потемкин передал нам отчёты?

— Да, конечно. Вот накопитель, Ваше Высочество. Я отдам распоряжение, чтобы пока мы летим, вам подготовили смену одежды.

— Прежде чем мы начнём, Ваше Высочество, я прошу вас принять скромный дар, коий Микадо направил вам лично.

Секретарь делегации, низко, почти в пол утыкаясь своей узкоглазой физиономией, подошёл, неся на открытых ладонях японский искривлённый меч в лаковых ножнах.

— Эта реликвия хранилась во дворце триста шестьдесят лет. «Меч беззаботной бабочки» теперь ваш по праву.

Ну да. А ещё это меч известен как «меч палача». Такой изящный намек, который обожают японцы. Тупой варвар Орлов может даже не понять подоплёки. Это не важно. Подарочек со смыслом. «Мы знаем».

Я должен был с поклоном принять клинок на две руки, а потом передать слугам, но я поступил по-другому. Мы, варвары с континента, тоже умеем в намеки и символизм. Я молниеносным движением обнажил древний клинок.

— Передайте Микадо мою глубочайшую признательность. Полагаю, клинок возмездия должен быть обнажён всегда. Отныне у этого легендарного меча не будет ножен.

– Ваше величество, очнитесь же, прошу!

Я пыталась открыть глаза, но тщетно, веки были словно налитые свинцом. Женщина, которую я видеть не могла, бормотала что-то у самого уха, но обращалась явно не ко мне – какое я величество?

Рядом был кто-то еще, мужской хриплый голос раздался с правой стороны.

– Она дышит?

– Дышит, дышит, – отвечала ему женщина и трогала мой лоб. – У нее жар.

– Принеси отвар из дубового корня, – скомандовал мужчина.

Моего лица коснулась холодная ладонь всего на миг, потом послышались удаляющиеся шаги. Я почувствовала тяжелое дыхание рядом и попыталась пошевелиться. Кажется, у меня получилось сдвинуть руку в сторону.

– Жива, – облегченно выдохнул незнакомец. – Главное, что жива.

– Вот, держи.

Женщина вернулась, послышался шорох одежд, а моих ноздрей коснулся мерзкий кисловатый запах. По всей видимости так пах отвар. Мне его пить придется?

– Открой ей рот, она должна выпить хоть немного. Горячая вон какая, вся в испарине, боюсь, как бы не случилось лихорадки.

Невероятных усилий мне стоило разлепить ссохшиеся губы, и сипло прошептать:

– Нет… пожалуйста…

– Очнулась! – воскликнула женщина. Ледяные руки дотронулись до моих щек, я дернулась, голую кожу спины оцарапала твердая поверхность, на которой я лежала. Прекрасно, я еще и раздета судя по всему совершенно полностью. Благо, я была укрыта тяжелым колючим одеяло, а то было бы совсем стыдно.

– Я Алька… – на это ушли последние силы, дыхание прервалось и во рту еще сильнее пересохло. Давайте уже свое вонючее пойло!

Мужчина словно прочел мои мысли, тут же осторожно разлепил мои губы пальцами и в рот полилась горькая теплая жидкость. Чего мне стоило проглотить хоть каплю! Остальное потекло по подбородку, шее, и впиталось в шерстяное одеяло.

– Вот так, хорошо, умница. Это быстро поставит тебя на ноги…

Женщина шикнула на мужчину и прошептала:

– Не говори так с ней, головы лишиться захотел?!

Я решила пока не обращать внимание на странности, разобраться бы для начала где нахожусь. Судя по внешним ощущениям точно не на улице, это уже хорошо. Слышится завывание ветра за окном, треск поленьев – в помещении есть камин, даже сквозь плотно закрытые веки можно уловить отсвет пламени. В помещении два человека, мужчина и женщина, оба явно не в себе. Может вообще маньяки какие. Как я у них оказалась? Я ведь не помню ни черта! Последнее, что помню – испуганный взгляд Игоря, визг Светы, и я провалилась под лед. Я умерла? А мама мне всегда говорила, что моя деятельность до добра не доведет. Накаркала!

Получилось приоткрыть один глаз, но обстановку было не разглядеть – несмотря на свет от огня предметы в комнате были словно размыты, а люди стояли в изголовье, и я их не видела.