— Точно-точно. Десять, уже восемь минут. Было очень больно, Орлов. Но сейчас мне вроде сильно лучше.

— Прости. Но я не был уверен, что мы довезем тебя до квалифицированного целителя. Уж больно активно эта пакость поглощала твою прану. И я правда не знал, что это больно.

— Ты все правильно сделал. Это я облажалась с этой операцией.

Не желая слушать эту ерунду про «облажалась, виновата, бла-бла», я сбежал в спальню, откуда пришла наша «женщина-вамп». В спальне я провел быстрый осмотр помещения, но не нашел ни тайников, ни новых сейфов, вообще ничего, кроме коллекции довольно дорогого женского нижнего белья. Здесь же обнаружились ключи, один из которых явно был от сейфа.

Я отнес ключи Кате и продолжил осмотр.

Следующая комната была чем-то вроде салона. Комната была выполнена в дальневосточных мотивах: циновки, шелковые ширмы с драконами, бумажные фонари, свисающие с потолка. За ширмами здесь имелась еще одна кровать, очевидно ложе страсти, а не банальное место для сна.

На осмотр этой комнаты я потратил больше времени, чем на спальню. Только для того, чтобы убедиться, что здесь вообще нет ничего представляющего интерес.

Здесь был шкафчик со всякими мазями, благовониями и притираниями, но я даже не пытался его внимательно осматривать. Все равно в этом совершенно ничего не понимаю.

Уже собираясь уходить, я зачем-то посмотрел на кровать «эфирным зрением». Не самая приятная процедура, но других способов хоть как-то задействовать средоточие у меня пока нет. А травить гармониум эфиром — и есть путь от стихийника к познавшему мир.

В изголовье кровати обнаружились многочисленные остаточные следы той самой «фиолетовой» энергии, которую излучала лежащая в коридоре голова хозяйки квартиры. Так-так. Это не дрянь и не стихия. Там следы выглядят совершенно иначе. Предположу, что тварь обладала слабыми ментальными способностями. Возможно, именно так выглядят остатки ауры менталиста.

Спустя двадцать минут я окончил беглый осмотр всех помещений. Никаких тайников, по крайней мере замаскированных магией, я не нашел.

Я вообще не нашел никаких бумаг или даже книг, кроме тех, что служили ширмой сейфу в гостиной.

Зато я совершенно случайно на нижней полке очередного шкафа с одеждой, которых в квартире было шесть, нашел скомканную изолирующую ткань. Ее применяют, чтобы скрыть любое магическое излучение. Интересно, что в эту тряпку заворачивали? Ответа на этот вопрос у меня не было.

Затем я нашел компьютер, накрытый кружевной салфеточкой! И присоединенный к нему запыленный монитор с огромным кинескопом. Такие уже лет двадцать, наверное, не делают. Тем не менее я включил компьютер и поинтересовался у Вадика, как дать ему доступ.

Все оказалось довольно просто: нужно было воткнуть шпионский модуль прямо на главную шину материнки, идущую к процессору.

Катя возилась у дверцы сейфа. Двигалась она осторожно и слегка скособочившись, но лицо уже не было таким бледным.

— Что здесь? — спросил я. — Будем резать, не дожидаясь перитонита, или ты попробуешь открыть?

— Я попробую открыть. А ты там нигде не нашел, случаем, записанный на бумажке код? Или там, на внутренней стороне крышки шкатулки с драгоценностями?

— В этом отношении мне тебя порадовать нечем. Такое ощущение, что она вообще не умела писать, — ответил я, забирая шпионский модуль из Катиной сумки.

— Куча писем на рабочем столе опровергает эту гипотезу, Орлов. Посмотри там.

Я угукнул, сходил до компьютера и поставил на нужное место нашего шпиона. После чего, вернувшись, занялся сортировкой писем. Голова в коридоре даже не думала умирать и все так же излучала фиолетовые волны. Присмотревшись, я решил, что у основания черепа находится довольно приличных размеров эфириум. Ну так выглядело. Хватать голову твари руками или подходить близко я не стал.

Увы, ни на конвертах, ни на листах бумаги, ни в ящиках, в общем, нигде не нашлось ничего, похожего на код. И ничего похожего на те документы или электронные носители, которые были мне нужны. Здесь валялась только светская переписка, приглашения, какие-то любовные послания, письма от «подруг». Причем все это было максимум трехдневной давности. Остальное, я так подозреваю, находилось в том самом единственном на всю квартиру сейфе.

Повернувшись к Кате, чтобы доложить об очередном отрицательном результате, я увидел, что она осторожно набирает на клавиатуре сейфа комбинацию, вставив ключ в замок. Что-то щелкнуло. Катя повернула ключ, и дверца распахнулась. Я автоматически посмотрел на таймер. С момента нашего проникновения в квартиру прошло два с половиной часа. Наверное, не самый плохой результат.

— Как ты так с первого раза угадала? — спросил я.

— С первого? Это триста восемнадцатая комбинация, — раздраженно ответила Катя. — Повезло, что этот сейф — жуткое старье без малейшей электроники. И замок не блокируется после неудачных попыток. Цифры я определила по жировым отложениям, стертости клавиш и разболтанности пружин. А вот чтобы подобрать верное сочетание, пришлось повозиться. Жуткая нудятина. Прошу!

И она распахнула дверь пошире.

— Берем все, — сразу определился я. — Ей уже без надобности.

Сейф был сверху донизу забит бумагами, флэшками, картонными папками. На двух нижних полках лежали пачки денег в банковских упаковках. Я вспомнил, что мадам не доверяла банкам.

— А деньги? — уточнила Катя.

— Деньги — ваш с Вадиком бонус от операции, — ответил я. — На вид там было миллиона два с половиной рублей мелкими купюрами.

— Да тут… можно год не работать. Точно не хочешь долю? Львиную? Или боярскую?

— Я смотрю, ты в себя пришла. Пакуй все, милая. Разберемся. Сейчас, погоди, я сбегаю за тканью одной интересной. И зови Вадика, вдвоем мы это все не унесем.

Спустя полчаса другая машина везла нас обратно на частную стоянку, где мы оставили мой аэровагон. Операцию можно было назвать успешной. Кое-что, правда, нужно было сделать прямо сейчас. Я позвонил Волкову, но его номер оказался заблокирован. Тогда я, недолго думая, попросил Кая включить режим анонимности и позвонил в дежурную часть Управления.

— Оперативный дежурный по Воронежу, управление ликвидации аномалий, — услышал я усталый голос.

— Угроза второго уровня. Центральный район. Химера висит прямо на входной двери, — и я продиктовав ему адрес, сразу же отключился.

Одно могу сказать точно. Эта тварь не наш «призрак». Возле нее видение работало прекрасно.

Утром Волков перезвонил мне.

— Алексей Григорьевич, — начал он с места в карьер, — не хотите посетить Управление?

— Я вам звонил вообще-то.

— В два ночи. Я отключаю телефон на ночь и вам советую. Ночью нужно спать, а не… В связи со сложившимися обстоятельствами мне кажется, нам надо встретиться.

— Да я заскочу к вам минут на двадцать. Нужно кое-что передать. Но сегодня у меня нет времени для длинных бесед. Праздник все же.

— А это как получится.

— Ну я могу и вообще не приезжать. Подождет до второй недели января.

— Лучше бы вам приехать. В ваших интересах. Жду, — и он отключился.

Бесит.

Весь остаток ночи я провел, сортируя бумаги поверженной «женщины-вамп». Все, что касалось конкретных людей, я оставил себе. Шантажом я заниматься не собирался, но знать определенные вещи об императорских чиновниках всегда хорошо. А здесь было собрано отменное досье на всех более-менее важных императорских служащих Воронежа. Я даже видел досье на Громова.

Передавать чужие секреты в руки официальных органов у меня не было ни малейшего желания. Но в сейфе нашлась и другая документация. Благодаря своему цыганскому счастью мы со своим налетом заглянули прямиком к ордынскому резиденту, который упоминался в документах колдуна. Или к его «дублеру», точно непонятно. И вот это я скрывать не собирался.