Повсюду царила паника, которую наводили женщины и дети. Они плакали навзрыд скучковавшись у одного из домов, и не сразу заметили, как этот самый дом охватило пламя. Сначала затрещала крыша, мужики кричали чтобы мы отошли подальше, и стоило мне увести женщин в сторону, как огонь перекинулся на стены и забор.

Все происходило словно в замедленной съемке, дышать из-за дыма становилась сложнее, но женщины никак не хотели уходить от пожара дальше. Они волновались за своих мужей и я их понимала.

Вот уже несколько часов я смотрела, как герцог, скинув жилет и закатав рукава рубашки борется с огнем. Он наравне со всеми таскал ведра с водой, копал траншею, и уже глубокой ночью, когда ветер стих, а поле полностью сгорело и пламя погасло, Его светлость свалился в траву от усталости, так же как и остальные мужчины.

– Прежде чем раздавать советы, узнайте, работают ли они!

Я обернулась на злой голос и увидела перед собой Тимона. Старик был с головы до пят испачкан в саже, а в глазах блестели слезы. Только тогда до меня дошло – дом, что сейчас догорал с громким треском, принадлежал ему.

– Тимон, я не…

– Что “не”? Не подумали? Нельзя давать бабам в руки власть! Это еще Марья доказала! При графе никаких бед не случалось!

Тимон сплюнул мне под ноги и ушел, а я стояла хватая ртом воздух. Слезы жгли глаза, а мою спину – гневные взгляды деревенских жителей.

Ну не могло пламя охватить все поле… Трава ведь зеленая!

Послышался скрип зубов. Моих. Я разозлилась, на себя, на старосту, на Хавьера, который и рассказал о моей идее людям.

Но не их гнев меня волновал, а то, как загорелась зеленая трава.

– Кто поджигал поле?! – Мой крик в ночной тишине разнесся по деревне.

Из кучи лежащих в траве мужчин поднялся один и вышел вперед.

– Я.

В ехидной ухмылке Фаго скрывался ответ на вопрос, который меня мучал. Я кинулась взглядом за помощью к Хавьеру, который неподалеку успокаивал кучку детей.

Когда дворецкий подошел ко мне, тут же появился и герцог. Энвер встал рядом со мной и сжал мою ладонь в своей руке.

– Значит так! – Его голос хрипел от усталости и жажды. – Пожары – естественны для этих мест, тем более посреди лета. Я лично обещаю восстановить сгоревший дом. Но, то что я слышал от вас о графине Закамской мне не по нраву. Ее сиятельство не желала зла.

Спорить с герцогом никто не посмел, но я чувствовала, что так просто мне это не оставят.

– Это Фаго, – я всхлипнула и тихо шепнула Энверу: – Фаго сделал так, что поле получилось поджечь.

– Кто это? – Не понял герцог, а Хавьер шикнул на меня. Но я больше не могла молчать.

Фаго же ухмылялся, и смотрел на меня с вызовом. Мол, ну и что ты мне сделаешь?

Вот только зачем ему все это? Получал же свои две сотни! Вспомнилось, что в этом месяце он не приезжал за деньгами, а значит, у него появилась новая идея наживы.

– Кто такой Фаго? – Герцог повторил вопрос.

Мои мысли в панике заметались. Расскажу Энверу правду и графство перейдет в руки этому вымогателю, не расскажу – кто знает, на что еще способен Фаго.

– Тот, кто поджег поле, – ответила я, так и не решившись на правду.

Хавьер облегченно выдохнул, и вернулся к детям.

– Для чего ты это сделал? – Энвер кинул взгляд на Фаго. Мужчина пожал плечами.

– Ее сиятельство предложила этот способ для быстрой очистки полей от сорняка.

С этим утверждением я поспорить не могла. Да, я думала об этом способе, но ведь потом Хавьер рассказал мне, что чистят земли на конях! Я бы ни за что не стала возвращаться к идее поджога! Но разве я могла сейчас оправдываться?

– Неплохой способ. Но прежде чем поджигать, вы не учли что сегодня ветренно. В таком случае вина на вас, господин Фаго. Размер штрафа сообщу позднее.

Герцог отвернулся от толпы и за руку потянул меня к повозке.

– Я устал и хотел бы отдохнуть. Приютите у себя, миледи?

Я быстро закивала. За спиной слышались шепотки и один пронзительный взгляд, понятно чей…

В замок вернулись уставшие, грязные и голодные. Втроем побрели на кухню в поисках еды, вытащили из кладовой мясо и хлеб, расположились тут же за столом и молча поели. Я с удивлением наблюдала, как Энвер даже не задумавшись о том, чтобы помыть руки, делает бутерброд и жадно откусывает от него. Мужчина был изрядно вымотан, и мне стало так жаль его, что даже аппетит пропал. Я все же постаралась впихнуть в себя кусок сыра, и запить его чаем.

– Я провожу вас в свои покои.

Взгляд герцога надо было видеть! У меня губы растянулись в усмешке.

– В других комнатах чисто, но не заправлены кровати да и каминов нет, у меня вам будет уютно. А я лягу в гостиной.

– Я могу поспать в гостиной, не волнуйтесь.

– Вы спасли деревню и мою репутацию, я должна отблагодарить вас хоть как-то.

– Я сделал то что должен был, только и всего.

Энвер слабо улыбнулся. Впрочем, спорить со мной у него сил уже не было, и едва я проводила его в покои, как он тут же упал на диван и забылся сном. Будить мужчину и заставлять лечь в спальне не стала, отправилась в кровать сама. Несмотря на усталость я еще долго не могла уснуть, голова была забита мыслями о Фаго.

Мне нужен кто-то, кто разузнает об этом человеке личную информацию. Где живет, с кем, чем занимается. Герцог наверняка сможет узнать его место жительство, но спрашивать я не стану, чтобы не было лишних вопросов.

С мыслью, что надо найти детектива, или как их тут называют, я заснула.

Всю ночь снились кошмары. Сначала снилось как горят деревенские дома, ферма, которая вот-вот только обзавелась животными, а когда сон дошел до того что горела уже я сама, в панике проснулась. Ночная рубашка насквозь пропиталась потом, руки тряслись как у пропойцы, а воздуха не хватало. Пришлось встать и открыть все окна в спальне, и только тогда стало немного легче.

Из гостиной донесся шорох, я осторожно выглянула из-за двери и увидела, что Энвер уже не спит, а сидит у растопленного камина и читает одну из книг про любовь, что я притащила из библиотеки.

Надела халат и вышла к нему, смущенно улыбнувшись. За окном было еще темно, до рассвета оставалось около часа.

– Тоже кошмары? – Тихим голосом спросил герцог, откладывая книгу.

– Да. А вам что снилось?

– Вы.

Я открыла и закрыла рот, не понимая как реагировать. Герцог уточнил, что ему снился кошмар, но потом сказал что это была я.

Энвер тихонько засмеялся, пряча лицо в ладони.

– Не в том смысле! О, простите… Я имел ввиду, что мне снились вы, но ваша одежда… Она горела. Это на самом деле страшно, а еще я вспомнил ваше лицо этой ночью… Вы смотрели на огонь с таким шоком в глазах.

– Плохие воспоминания из детства.

– Не поделитесь?

– Да нечего особо рассказывать… Мне было лет восемь тогда, я пошла с ночевкой к подруге которая жила со своей бабушкой. Среди ночи в печи открылась заслонка, угли выпали и дом загорелся. Была зима, и мы раздетые побежали на улицу, там стояли и смотрели как рушатся горелые бревна.

– Действительно, не лучшее воспоминание.

Мы посидели какое-то время в тишине, любуясь огнем. Пламя в камине не пугало, а наоборот завораживало и успокаивало.

– Может быть чаю? – предложила я.

– А печенье есть?

– Найдем, – я улыбнулась и повела герцога на кухню.

В коридорах было темно, обычно Хавьер просыпался раньше меня и зажигал свечи, сейчас же дворецкий еще спал, а лунного света не хватало – небо заволокло густыми тучами. Мы с Энвером шарохались по замку. Найти выход из двух коридоров, один из которых вел к лестнице на третий этаж, труда не составило, вот только мы все равно успели побродить. Двигаться старались потихоньку, чтобы не разбудить Хавьера, и так же тихо хихикали, когда натыкались друг на друга в темноте.

Погруженную во мрак столовую мы миновали и сразу пошли на кухню, там я попыталась отыскать спички, чтобы зажечь свечи, но как назло на привычном месте их не было. Печь растопить тоже не получилось, поэтому мы отыскали заварочный чайник на столе, чашки, разлили ставший уже ледяным напиток и полезли в кладовую.