А что там с гармониумом — мы сейчас посмотрим.

Во-первых, способности. Обе не пострадали и были на вид вполне функциональны. «Прыжок» и «Молния». В принципе неплохой набор. Еще один слот пуст. «Молнию» он качал потихоньку, но очень потихоньку, насколько я видел. Прирост от леденца — от силы процентов пять. А ведь способности качаются лучше всего именно после приживления. Я именно поэтому из зала со своим «скачком» не вылезаю.

Гармониум… мутировал. Но, насколько я видел, пропускную способность и энергоемкость не потерял. Более того, сохранил связь со стихией, а значит, инициация была все еще возможна. Однако пользоваться сейчас той жижей, которая заменила Красавчику прану, было нельзя. Он еще быстрее Серны коньки откинет. Но я прямо видел, что ему прекрасно подойдет трофейный кристалл из набора колдуна. А второе… Ему нужен магический протез для фильтрации праны. И я, опять же, знал, как его встроить в гармониум парня.

Может, правда, частную практику открыть? Деньги буду грести лопатой, а не вот это все. Не-е-е. Скукота. Мы вот этого подданного подремонтируем лучше. И тогда… Тогда он станет очень опасным парнем. Придется мутацию регистрировать в реестре аномалий. С этим в Империи строго. Со службы, кстати, его с такой травмой точно бы поперли. Но мне парень пригодится. Может получиться уникальный совершенно маг на стыке колдовства и истинной магии. Я прямо чую, что если все сделать правильно, результат будет отличным.

Я оторвался от созерцания переродившегося гармониума и взглянул ему прямо в глаза. Красавчик отвел взгляд, уставившись в пол.

— Стихийником ты будешь, — как можно более безапелляционным тоном заявил я. — И, скорее всего, истинным магом тоже. Скорее всего, довольно специфичным. Но, тем не менее, твоя травма — не конец карьеры, а ее трансформация.

— Не надо меня подбадривать, — глухо ответил он, по-прежнему глядя в пол. — Я вполне способен принять правду.

— Правду я тебе только что сказал, — ответил я холодно. — Врать тебе или «подбадривать» в мыслях не было. Не настолько мы близки. Да и я достаточно черствый человек. А еще я небогат. Так что держать человека с высокой зарплатой на службе из одной только жалости я себе позволить не могу. Тебе повезло, что гармониум мутировал, когда ты был физиком. Стихийника или мага пришлось бы списать. Блокировать каналы, возможно, даже ритуал Отрешения проводить. А так, прана — самая «дорогая» и «тяжелая» энергия. Откроем канал к стихии, поставим один амулет тебе в грудь и способность ее использовать вернем. Ну плюс еще кое-что, прямо скажем, уникальное. Но тебе повезло, что оно у меня есть. Ну что, работаем? Или ты продолжишь жалеть себя и впадать в депрессию?

Красавчик посмотрел на меня. В его глазах впервые за долгое время светилась надежда.

Весь этот день, а также следующие, до продолжения инициации, у меня пролетели незаметно — в хлопотах, беготне, закупках, согласованиях и прочей хозяйственно-бытовой суете.

Доспехи для Ветра удалось найти через Юргена, считай, за копейки. Двести тысяч для Витязя — не деньги. Одновременно я заказал мобильный доспех и для Занозы. Этот вышел дороже. Довольно редкая модификация — «Скорпион» для диверсионно-разведывательных подразделений. Для того чтобы сделать заказ, пришлось всё же привлекать Вику, поскольку частным лицам и ненаследственным дворянам такие штуки не продавали. Забавно, что продавать не продавали, а вот владеть им дворянам не запрещено. Мол, если сумел снять с имперского диверсанта «Скорпион», то молодец и достоин владеть.

На самом деле дворяне могли получить подобную игрушку в награду или в пользование от сюзерена либо действительно снять как трофей с врага во время боевых действий. Поэтому закон мудро разрешал им пользование, если уж дворянин как-то исхитрился достать такую вкусную штуку.

Остальным физикам группы обычные мобильные доспехи были скорее обузой, чем полезным инструментом, но вот хорошие обычные доспехи нам всем были необходимы.

Я бессовестно свалил проблемы снаряжения команды на Олега, а тот, как и полагается небольшому начальнику, немедленно делегировал этот вопрос подчинённому — Кабану.

Серёжа оказался не только немногословным увальнем, способным отправить быка в нокаут ударом кулака, а ещё и ушлым хозяйственником. Оказалось, что учитывать и складировать вещи, добывать снарягу и сортировать её доставляло ему не меньшее удовольствие, чем возиться со взрывчаткой. Весьма неожиданный талант и интересы, но они оказались как нельзя кстати. Теперь снаряжение группы находилось в надёжных огромных лапах Кабана.

Заноза с нетерпением ждала посылки и вела себя как пай-девочка. Даже материться почти перестала. Хотя это я, конечно, приврал.

Я чуть ли не поселился на Базе — так незамысловато мы окрестили особняк «чёрных алхимиков». И наконец-то смог перестать арендовать зал для собственных тренировок и занимался вместе со всеми, вызывая вопли восторга всякий раз, когда использовал «фазовый прыжок». Остальные тоже потихоньку начали осваивать способности.

За эти дни мы подали документы на регистрацию отряда вольных ликвидаторов. Соколов, как и обещал, оформил мне рекомендацию. Более того, он умудрился выбить вторую — от рода Воробьёвых, вот уж от кого я не ждал доброго слова или услуги. Впрочем, должным за эту рекомендацию я себя им не считал: они её дали по просьбе Соколова, вот он им и должен услугу теперь.

Теперь я ждал, когда контролирующие органы соизволят рассмотреть нашу заявку. Согласно букве закона, у них было до месяца, но обычно решение принималось дней за десять. Конечно, начальство Управления вполне может мне подгадить и затянуть процесс выдачи разрешения. Скрыть переход ко мне группы ликвидаторов было невозможно. Но формальных оснований для отказа у них не было. Так что я ориентировался примерно на месяц. За это время я успею ребят прокачать, выкуплю всё необходимое оборудование и вооружение, освоюсь со стихиями. В общем, хорошенько подготовлюсь. Идеальный план. И что может пойти не так?

А ещё я съездил с Володиным к сестре, и мы оформили перевод-дарение отцовских покупок частью на меня, частью на род. Также мы подписали соглашение о намерениях на создание совместного предприятия — пока без подробностей, хотя идею свою я им обоим рассказал.

Володин одобрил. Вика отнеслась к моим мыслям довольно скептически, но обещала предоставить мне нормального экономиста и технолога. Юрист у меня был свой. Вернее, своя.

Истомина вместо того, чтобы заняться безопасностью и расследованиями, с моей лёгкой руки засела за изучение международного и русского патентного права. Просто так оставлять валяться без дела отцовские патенты я не собирался. Но чтобы хотя бы часть из них легализовать как нашу собственность, без юридического сопровождения вообще никак не обойтись.

Геллер за «скромные» стописят тыщ взялся оборудовать нам на Базе заклинательный покой, точно такой же, как у него, только лучше и другой. Он рассчитал какую-то мегапечать, которую можно было бы переключать в режим медитаций или же в режим очистки организма от дряни. Мы отвели под покой большое помещение на первом этаже, и места там хватало сразу на несколько человек. Пока ничего ещё, конечно, готово не было. В комнате возводили специальные перекрытия — те самые, которые помогали конденсировать эфир. Зато Геллер чуть ли не у нас поселился, внимательно следя за работниками и контролируя каждый чих и наклон стены. Заодно он взялся, конечно, за дополнительные деньги, чистить моих людей, пока идёт оборудование медитационного зала. Так что и в этом отношении было очевидное продвижение, что не могло меня не радовать.

Я не идиот и прекрасно помнил, что где-то бродит кровожадный маньяк, любящий пытать людей и заточивший на меня и команду огромный такой зубище. Где-то сидит резидент Орды, чьи планы мы немножко сорвали, и строит козни. Зловещие, не иначе. Но что я могу с этим сделать? Ровным счётом ничего. Пытаться искать существо, на раз-два снимающее отличную магическую защиту, не фиксирующееся камерами и не оставляющее следов на снегу в огромном полисе, — утопия. Сам придёт. Тогда и посмотрим, у кого прана гуще и у кого аргументы длиннее. Всю эту неделю — три дня до открытия источника Воронцовых и следующие два дня медитаций — эта тварь никак себя не проявила. Так что я ничего не забыл и держал вопрос на контроле, но до активных действий оппонента ничего сделать не мог.