— Да с чего бы? Твоя способность уникальна, ты сам говорил.

— Так, да не так, — я включил кофеварку, установив три зёрнышка вместо обычных восьми, и полез инспектировать холодильник. — Понимаешь, тот урод, которого я завалил и который чуть не отрезал мне руку, тоже обладал боевым предвидением. Значит, этот ордынский Пророк, сидящий на трупе Белого Мамонта за Белым роялем, может как-то делегировать эту способность некоторым слугам. Ну или обучать, я не знаю. И думается мне, об этой особенности мангызов было неизвестно только дворовым алкоголикам и мне, родимому.

Я достал стеклянные мисочки и поставил их разогреваться, даже не заглянув под крышку. Истомина и правда, оказалась тем ещё кулинаром, поэтому готовил нам теперь реквизированный автоповар. Готовил он питательно, но несколько однообразно.

— А ещё у нас с ним может быть тайная связь, и он может делиться со мной пророчествами, ну, чтобы я втёрся в доверие элит и привёл всех к какой-нибудь крупной катастрофе. Я вообще начинаю понимать, что я для Княгини и ей подобных как граната с испорченным запалом. Выбросить жалко, использовать страшновато.

— Ну, в таком случае я бы тебя грохнула, просто на всякий случай, — Истомина втянула носом воздух и жадно покосилась на кофеварку.

— Вот спасибо тебе, милая девочка. За доброту твою, за ласку спасибо. Хотя грохнуть, конечно, — идеальный вариант. Нет человека — нет связанных с ним проблем. Любой Великий Князь так и поступит, если узнает обо мне, я уверен. А вот Княгиня — другой разговор. С ней я такого исхода почти не опасаюсь. Она слишком глубоко вплетена во всю эту мистико-эзотерическую дребедень. Я это на первой встрече понял. Сегодня вообще был такой толстый намёк, что она состоит в каком-то международном ордене вроде иллюминатов. Для неё я уникальная возможность прикоснуться к чуду. Думаю, сильнейшее её опасение как раз в том, а не подстава ли я.

— Я с ней не пересекалась, тебе виднее, Лёш. Не хочешь дать мне посмотреть запись разговора?

— Я не записал ничего. Там какая-то программа древняя: ты выходишь в ВР и говоришь там. С внешней камеры разговор не запишешь. Кай не работал весь сеанс связи. Защита переговоров на высшем уровне.

— Да уж, как они прокололись-то с такой секретностью?

— А они не прокололись. Их уничтожил тот, кто предвидел последствия их деятельности. Она так сильно должна была повлиять на реальность, что отражалась в будущем как стабильный вариант. А тому, кто видит будущее, этот вариант был не нужен.

— Хм. Ты не слишком увлёкся этими своими мистическими штуками? Если все события в мире начать объяснять с помощью диверсий провидцев…

— Маш, нет никаких «провидцев». Есть один официально подтверждённый. Шеф и, подозреваю, прародитель Орды. Не знаю, как эта тварь умудрилась прожить столько лет. Почти уверен, что никаких «преемников» не было. Всё в мире не нужно объяснять через его козни. Просто у него есть знание будущего. Он хочет воплотить свои грёзы и имеет чёткий план, как именно это сделать. И всё, что может плану помешать, он отсекает. А это самое «всё» лежит в довольно узкой области фундаментальных исследований дряни, эфира и взаимодействия с ними как с псевдоразумной сущностью. Этим занимались Синицыны. Этим занимался отец со своими, только с другого конца.

— А ты здесь с какого боку? — Истомина благодарно кивнула, приняв от меня горячую кружку.

— А я в этой истории не случайно. Понимаешь, так или иначе почти все главные события в моей жизни связаны с этим… проектом Аан-Дархана, пусть ему моржовый бивень в жопу упирается на его троне. Я… Эфир вплетает меня в эту историю. Нет, у меня есть выбор. Я могу забить. Открыть палатку на четвёртом и торговать печеньками с предсказаниями. Ну или играть на бирже и доить финансовую мировую систему, как корову. Могу просто отойти в сторонку и смотреть, а к старости издать «Книгу предивных пророчеств Лёхи Орлова, с назиданием для потомков».

— Но ты, конечно, так не поступишь, Орлов. Ты кинешься в самый центр этой мистической пурги, с огромными шансами стать красивым двадцатилетним трупом.

— Ну спасибо, хоть считаешь, что до двадцати доживу, — я наконец устроился напротив неё и вскрыл контейнеры с едой.

— Да здесь осталось-то… Какую ты стройную картинку выстроил. Я, если что, с тобой. В водоворот, и трупом, и всё остальное.

— Это очень здорово, красотка. А насчёт картины… Она только сегодня окончательно сложилась. И будь я поумнее, додумался бы пораньше. Мне буквально под нос суют информацию, все кусочки пазла постоянно перед глазами. Мог и пораньше сложить.

Мы ещё немного поболтали, а затем Истомина сдалась на милость одолевшей её дреме. Я только из кресла её выгнал в нормальную постель.

«Кай! — попросил я своего нейро. — Дай мне картинку нашего господина Икс. Хочу ещё раз полюбоваться на него. И заодно выдай справку обо всем, что накопал по нему в эфире».

«Да, мастер. Надо сказать, поиск дал на удивление мало сведений. Вот моя аналитическая справка, в ней указаны ссылки на все найденные источники».

Кай вывел на внутренний экран изображение урода. Такой знакомый персонаж. Заочно мы с ним уже пересекались. И вот расследование снова привело к нему. Я не стал говорить о нём Княгине. И не скажу. Потому что разобраться с этой тварью — дело личное.

' — Кто твой наниматель? Человек, отдавший приказ на устранение отравителя. Имя.

— Валерий Иванович Коковцев,

— Титул и должность

— Граф Раквене. Статский советник. Камер-юнкер Синего Двора. Понимаете теперь, какие у вас могут возникнуть пробле…'

Я снова запустил запись допроса Владимирова. Ныне покойного огневика-опричника. Это момент, который я тогда решил… ну не игнорировать, а отложить на потом. Коковцев был птицей слишком высокого полета, чтобы замахиваться на него в моем тогдашнем статусе. Да и нанимая Шакала для устранения Венома — моего несостоявшегося убийцы, он точно не учитывал Истомину в своих раскладах. Кроме того… Тогда он выглядел как посредник — проводник воли Великого Князя Дмитрия Федоровича Годунова. Наказывать цепного пса за грехи хозяина не по мужски. А до хозяина мне и сейчас не дотянуться — руки коротки.

Под личиной господина Икс скрывался именно Валерий Коковцев. Тогда еше не граф, не статский советник и не камер-юнкер Синего дома. Ушлый барончик имевщий весьма сомнительную репутацию и связи в криминальных кругах. Такой Фурсов на максималках.

После того как погибли четверо ученых, связанные с «Чистым Миром», Коковцев получил должность при Синем дворе и солидный гражданский титул. После смерти моего отца он стал графом и статским советником. Приближен к Великому Князю. Получил право внеочередного доклада. А прямо перед войной, вошел в круг ближайших советников Дмитрия Федоровича.

В сети уже распространяются слухи о том, что Великий Князь предупреждал перед войной о нападении турок. И якобы даже меры принял для минимизации ущерба, только мол бездарный Генштаб вместе с Императором его отфутболили. А вторым слоем в этих слухах всегда упоминалась фамилия Коковцева. Как гениального аналитика, который и предсказал все. Кто-то тщательно рисовал на спине Великого Князя огромную мишень, одновременно усиливая роль «скромного аналитика», как очень полезного человечка без собственных амбиций. Верный слуга Великого Князя. Просто очень умный. Почти гениальный.

Наш нынешний Император мужчина не великого ума. И люто ненавидящий братьев. Или скорее подозревающий их в желании спихнуть его задницу с трона. В боярских башнях о таком говорили шепотом, но все же говорили. А здесь война, Великие Князья руководят фронтами. Всякое может случиться с ними. Эхехе.

Но мне все эти тайны Мадридского двора были до лампочки. Мне вообще все равно кто будет править Империей. Империя — это не император. Империя — это система, складывающаяся на протяжении веков. Система устойчивая, в том числе к дури отдельных правителей. Они там сами разберутся, какой паук в их банке самый живучий.