В случае нашего успеха, вражеские войска будут разделять на части, принуждать к сдаче в плен, а в случае отказа уничтожать.

По распоряжению Аракчеева в каждый полк направлены выписки из общей диспозиции. Все вносимые изменения будут направлены в войска своевременно.

Звучит, конечно, красиво. О таком способе ведения войны с Наполеоном можно только мечтать. Я сидел и радовался, что наши с Багратионом труды не пропали даром. Большую часть услышанной диспозиции, мы расписали императору ещё зимой. Прислушался Александр І к нашему мнению, большое спасибо ему. А вот когда одолеем врага, спасибо императору скажет весь русский народ.

- Все прослушали доклады? – встал из-за стола император. – Вопросы и предложения имеются? Кому не понятно, обращайтесь за консультациями к генералу Аракчееву и к генералу Гекель, они вам разъяснят. Тогда обращаю внимание всех, озаботьтесь усиленной разведкой. Все данные, не реже двух раз в день докладывать в Генеральный штаб. В местах расквартирования войск требую поддерживать строжайшую дисциплину. Все генералы могут быть свободны, а Багратион и Головко останьтесь.

- Ну, что скажешь Головко? – обратился ко мне Александр І, - твои рекомендации учли?

- Доклады были полные и обстоятельные, много предложений учтено.

- А что упустили?

- Место расположения нашей армии указано не точно, просто западное направление. Предлагаю уточнение от деревни Заболотье до деревни Стелька. Мы полностью закроем противнику возможность к отступлению. Наши фланги прикроют болота. И ещё бы своими глазами посмотреть все, что здесь построили.

- Ох, и недоверчивый ты Головко!

- Ваше императорское величество, генерал Головко, привык вдумчиво разрабатывать диспозиции, и лично осматривать местность, где предстоит сражаться, - заступился за меня Багратион. – Разгром корпусов Жерома и Понятовского, кстати, он разработал, а мы с Чичаговым воплотили.

- Неплохо вы повоевали. Наши лазутчики из неприятельского стана доносят, что Наполеон потерял очень много людей и орудий от ваших действий. И продолжает терять войска по причине болезней и дезертирства. Если даст Бог, то приведёт Бонапарт сюда двести двадцать - двести пятьдесят тысяч. Наши армии по числу почти сравняются. Надеюсь, общими усилиями нанесём поражение французам, и погоним их обратно в Париж. Теперь ступайте к войскам готовьтесь, у нас три-четыре дня в запасе.

Разыскали наши обозы, доставившие нам снаряды и мины, запасные части к орудиям и минометам. Багратион с обозами возвратился в армию, а я с сотней казаков объехал за два дня весь театр предполагаемой битвы.

Слушать генерала Гекель это одно, а увидеть своими глазами, совсем другое. Скажу так, подобной протяжённости и количества оборонительных сооружений не возводили нигде. В нескольких, не основных местах, земляные работы ещё продолжались. Отрадно было видеть, что перед защитными рвами, на всем протяжении линии обороны, в четыре ряда выставлены деревянные рогатки, вбиты заострённые колья. Пехота такие препятствия просто так их не преодолеет. На всякий случай я набросал себе схему основных ориентиров, хотя их замечательно видно и с наших будущих позиций.

Двое суток, почти без отдыха я носился по всем позициям армии. Проверял и перепроверял подготовку подразделений, ведение фортификационных работ. Командиры всех уровней знали о моем дотошном отношении к данному вопросу, и старались не ударить лицом в грязь. Особое внимание уделялось маскировке занимаемых позиций, все укрепления органично вписывались в складки местности и ландшафт. С близкого расстояния обнаружить наши позиции было трудно. До определённого времени, нас не должны выявить французы, мы обязаны стать для них очень неприятным сюрпризом.

Меня заинтересовала возвышенность на левом фланге обороны. Довольно высокий холм, покрытый густым лесом, был подобен маяку на берегу моря. Его хорошо видно практически с любой точки наших позиций. Но главное не в этом. С холма открывалась отличная видимость на будущее поле боя, вплоть до самого города. Мой денщик Силантий, по моей команде измерил шагами расстояние до возведённых укреплений, и к важным ориентирам. Все данные я занёс в блокнот. Получалось до ближайшего противопехотного рва наших войск не более десяти вёрст, да и по сторонам примерно такое же расстояние. Если противник заполнит войсками все пространство, то мы сможем накрыть их середину, что в принципе, не плохо. Я в очередной раз поехал на холм осмотреться. Здесь меня застал Багратион.

- Все высматриваешь, никак не успокоишься? – поинтересовался генерал. – Я осмотрел позиции, все сделано на совесть. Чего волнуешься?

- С этого холма открывается отличная видимость. Вы посмотрите. Маленькие островки леса не помешают стрельбе.

- Ты хочешь разместить здесь орудия?

- Да, есть такая мысль. Построить здесь долговременную артиллерийскую позицию, разместить батарею пушек С1, прикрыв батареей минометов и ротой егерей.

- Если обнаружат, то развернут на эту точку несколько десятков пушек, и смешают с землёй

- Так я же говорю, построить позицию. Здесь очень плотный грунт, глина. Отроем глубокие капониры, обращённые в сторону противника. Перекроем сверху брёвнами в три-четыре наката. У каждого орудия будет отдельная позиция, с укреплённой амбразурой. Конечно, работы много, но эта позиция, того стоит. А ещё взгляните, там, на удалении, примерно пяти вёрстах, возле хуторка из трёх домишек. Видите не очень высокий холмик?

- Вижу.

- Я предполагаю, что Наполеон, его тоже без внимания не оставит, разместит там свой командный пункт, чтобы своими глазами обозревать все поле сражения. Он ведь всегда находился вблизи наступающих войск, думаю, и сейчас не откажется от своей привычки.

- Так ты говорил, что наши пушки бьют на четыре версты, а здесь больше. Как достанешь?

- Немного подумал, и решил добавить пороха в снаряды, за счёт чего увеличим дальность выстрела. Чтобы не разрушить пушки, добавим ещё по паре пружин в противооткатные устройства. Прочность узлов позволяет это сделать.

- Если решил, и ты уверен, что все получится правильно, тогда делай.

Двое суток непрерывной работы, и позиции были готовы. Каждую позицию осмотрел лично, командиру батареи и командирам орудий указал на особенности стрельбы из подобных укреплений. Рассказал о «мёртвых зонах». Позиция, конечно, замечательная, но имела недостаток, это удалённость от основных сил шагов на триста. Если её атакуют со всех сторон, то придётся драться в окружении, и неизвестно, выживет кто-либо. Переоснастили по триста снарядов разного вида на каждое орудие. Для удобства, я назвал эту позицию «цитадель».

Общая подготовка нашей армии к сражению окончена. Оставив на позициях дежурные роты и расчёты, основные силы были отведены в тыл. Солдаты приводили себя и оружие в порядок, мылись и чистились.

С обозами пришло новое обмундирование защитной расцветки. Переодеть удалось только два егерских полка из-за недостаточного количества, не успевали шить.

На следующий день, с севера начали подходить первые подразделения французской армии. Наша разведка круглосуточно рыскала в округе, пару раз натыкалась на довольно крупные отряды партизан. Они сосредотачивались в деревнях, ожидая сигнала к выступлению.

Жмудин с казаками, мной снова был отправлен на поиск «языка». Далеко за полночь донцы, приволокли пехотного капитана и двух унтер-офицеров. Расщедрились разведчики.

Опрос пленных показал, что маршал Даву с войсками пожаловать изволили. Утром ожидается подход основных сил в главе с Наполеоном. По словам капитана, им довели приказ о сражении у Смоленска. Французские войска, наступавшие в направлении Киева и Санкт-Петербурга, срочно отозваны на Московское направление, где ожидается успех. Капитан высокомерно заявил, что гениальный полководец Наполеон Бонапарт разобьёт здесь все армии русских, и спокойно завоюет всю огромную страну.

Опрошенные отдельно от капитана унтер-офицеры, были менее категоричны. Рассказали о трудностях службы, о проблемах с продовольствием, о снижении дисциплины в войсках. Если верить их словам, то союзники французов дезертируют очень часто, уходят с позиций ротами, а иногда даже батальонами. Для устрашения союзников, Наполеон приказал кавалерии догнать и уничтожить роту дезертиров- баварцев. Этот приказ имел негативные последствия, убегать стали чаще, и в ночное время.