— Где мы? — я осмотрела здание. Плоская крыша, широкие двери и всего два небольших окна.

— На складе. Здесь можно купить порошки, тряпки, ведра. Знаешь, посиди-ка ты здесь… — Барт быстро осмотрелся, и не найдя взглядом ни одной лавочки или хоть какого-то пня, недовольно хмыкнул. — На травке.

Возмущаться я не стала, и так было понятно, что на складе ему нужны обе руки и держать меня не сможет. Так что я опустилась прямо в траву у дорожки, положила на забинтованную рану обе ладони и принялась уговаривать ранки скорее зажить. Как бы глупо это ни звучало, но я верила, что Исмантур меня услышит. Чем черт не шутит? Мне в этом мире нужны обе ноги, и без этих проблем ничего непонятно, еще и инфекция как назло!

Барт скрылся в здании, его не было достаточно долго, я даже успела отсидеть пятую точку. Пришлось лечь на спину и молиться, чтобы меня никто не увидел. А лучше, чтобы увидел, если к складу будет подъезжать повозка.

Когда скрипнула дверь я резко поднялась и радостно заулыбалась, обрадовавшись появлению Барта как родному человеку. Все же с драконом находиться как-то спокойнее.

— Ничего не нашлось? — спросила, кивнув на пустые руки мужчины.

— Загружают в повозку, не пойдем же мы пешком… домой. — Последнее слово мужчина выплюнул. Меня тоже кривило от осознания того, что жить нам в пустом здании без мебели еще какое-то время. Благо, теперь будет чисто и то, какую уборку я смогу сделать с одной-то ногой?

— Вы недовольны, так ведь? — Барт помог мне подняться, уже привычно обхватил за талию крепкой рукой, а мою больную ногу стал придерживать другой рукой. Мы стояли в такой странной позе… но нагрузка с конечности спала и я расслабленно выдохнула.

— Отчего я должен быть доволен?

— Простите, это не я вас позвала, я бы постаралась и сама как-то справиться.

— Ну во-первых, сердиться на тебя за то что мне пришлось прибыть в Шаерор по меньшей мере глупо. Во-вторых, ты ведь еще не знакома с жителями этого города, так?

Я покачала головой.

— Считай, что одна ты бы не протянула здесь и пары недель.

По моей спине пробежали мурашки, а Барт лучезарно улыбнулся.

Из-за угла появилась лошадь запряженная в повозку. Животное едва могло наступать на правую переднюю ногу и оттого шагала медленно. Колеса повозки по всей видимости не смазывались очень давно, их жуткий скрип заставлял меня сжимать зубы, чтобы не так сильно било по нервам.

Барт тоже скривился, но виду не подал. Обреченно взглянул на разваливающееся средство передвижения, вздохнул, и когда возничий остановил лошадь возле нас, пробормотал:

— Надеюсь, это и есть кара мироздания за мою помощь Анне.

В повозке стояли ведра, коробки, швабры. Сесть можно было только у самой дверцы и всего одному человеку, для второго места просто не хватило бы. Я уже согласна была ехать стоя, согнувшись пополам из-за низкой крыши, но мужчина сел на скамью и перехватив меня за талию усадил к себе на колени. Я бы возмутилась, если бы не была так ошарашена.

— Ой ничего такого! — фыркнул Барт. — Далеко ехать, а тебе ногу напрягать сейчас никак нельзя.

Пришлось молча согласиться. Рана ныла, и мне хотелось как можно скорее перестать чувствовать боль чтобы мысли были заняты жизненно важными вещами. Что есть, где спать, как жить?

Повозка покатила по неровной дороге к черте города, однако вскоре остановилась у небольшого серого здания с красной черепичной крышей. Барт помог мне встать, вышел из повозки и подал руку.

— Мы не домой? — спросила, раздумывая вылезать или нет.

— Не знаю как ты, а я хочу есть.

Есть я тоже хотела, так что не раздумывая вложила руку в теплую крепкую ладонь. Кончики пальцев отчего-то закололо, по телу пробежал едва ощутимый разряд тока. Странно, до этого я подобных ощущений не испытывала, касаясь Барта.

В здании оказался ресторан, крошечный и очень уютный. Круглые столики стояли на приличном расстоянии друг от друга, но мужчина все равно выбрал самый дальний, находящийся в углу. Официантка принесла меню — две картонки соединенные между собой, два бокала воды и остановилась рядом, в ожидании.

Я взглянула на список блюд, надеясь увидеть картинки. Местной кухни не знала, не хотелось бы пробовать каких-нибудь устриц или говяжий язык в блюде с замысловатым названием. Но все оказалось гораздо проще.

— Мне пожалуйста картофель с сыром и чесночным соусом, стейк из свинины и ягодный морс, — попросила я, и отложила меню. Наверное уже не в первый раз задалась вопросом — почему я знаю язык этого мира? Почему говорю на нем, читаю… а могу ли писать?

Барт взял то же самое, и в ожидании заказа мы сидели молча. Мужчина скучающе рассматривал как лошадь за окном пожирает цветы в клумбе, а я размышляла о местной письменности.

— Барт… Почему я говорю на вашем языке?

— Потому что мир стер воспоминания о тебе на Земле, наделил тебя новыми способностями и притащил сюда.

— Как это — стер?

— Вот так. Тебя там больше не помнят, словно никогда и не было.

Я непонимающе уставилась на мужчину. Он это серьезно? С одной стороны это радовало — мои друзья и родные не будут убиваться от горя, а с другой… Меня словно никогда и не было. Все, кто меня когда-то знал продолжают жить своей жизнью, а я нахожусь вот здесь.

В этот момент внутри что-то оборвалось, тоска по дому перестала быть такой острой и словно дышать стало чуточку легче.

— Скучаешь?

— Нет, наверное. На Земле был мой дом, но если он меня не помнит… У меня больше нет дома.

— Есть, в Шаероре.

Я ничего не ответила. Принесли заказ, с жадностью проглотила все что лежало на тарелках, запила невероятно вкусным морсом и почувствовала, что глаза начинают слипаться. Полусонная добрела до повозки, меня снова взял к себе на колени Барт, и стоило мне только прижаться к его груди как сознание уплыло в темноту. Слишком тяжелые были последние ночи, слишком голодная я была. А еще ни на секунду не могла расслабиться и почувствовать себя в безопасности ровно до того момента, как руки сильного мужчины оказались на моей спине. Он обнимал меня бережно, словно хрупкую вазу, легко нажал ладонью на мою голову и она упала на его плечо.

Приходила в себя постепенно, сначала открыла один глаз, потом второй. А потом подскочила и больно ударилась головой о крышу повозки.

Каких-либо связных слов я произнести не могла, только тыкала пальцем в темноту за окошечком.

— Тебе нужно было поспать, не хотел будить, — сонным голосом сказал Барт, зевнув.

— А возничий? Ему тоже пришлось ждать пока… мы выспимся?

— Он получил столько золота, что готов подождать хоть сколько. Не верещи ты, я тоже спал. Устал знаешь ли, от Льдов до Шаерора путь неблизкий.

— Мы ведь хотели прибрать в комнатах…

— Да брось, завтра. Сегодня спать! Все, идем, нужно еще покупки перенести.

Мне оставалось только подчиниться. Барт был очень странным человеком, может потому что и не человек вовсе? Ведра, коробки и швабры перекочевали в холл Дома советов. Повозка укатила обратно в столицу, а мы лениво переставляя ноги поплелись наверх, в самую более-менее чистую комнату. Барт сел в углу, сложил руки на груди и закрыв глаза пытался заснуть. Я же легла в другом углу и как могла, сквозь темноту, наблюдала за мужчиной.

Он в белых одеяних, с белоснежными волосами длиной до пояса… Волосы, собранные в хвост, сейчас «подметали» пыль на полу, а Барту до этого не было никакого дела. При этом утром он так сильно негодовал из-за того, что его белые сапоги запачкались.

— Ты думаешь, как такой как я могу стойко перенести ночевку в черт пойми каких условиях?

Его тихий голос нарушил звенящую тишина. Я мотнула головой, но вспомнив, что в темноте меня не видно, ответила:

— Не совсем.

— Тогда о чем ты думаешь?

— Как такой как вы, может быть таким… — Замолчала, подбирая правильное слово. — Дружелюбным?

— А почему нет?

— Вы — друг Великого лорда, ледяной дракон и тот лекарь назвал вас повелителем. Я не совсем понимаю важность всех этих значений, что такое драконы и какую роль они играют в этом мире, но точно знаю — вы не простой парень с соседней улицы. Так почему я удостоилась чести быть рядом с вами?