Я истерично хихикнула. До меня не сразу дошли слова Хавьера, а когда поняла что он сказал, захохотала в голос.

– Создатель, да ты больна! Это все гены бабкины, я так и знал.

– Успокойся, все со мной в порядке. А вот зачем приехал Энвер, – я скривившись, выделила имя герцога. – Понятия не имею, я его не звала!

– Н-да? – Мужчина задумчиво пожевал губы. – В любом случае, когда приезжает Его светлость ты обязана выйти. Ты на его землях графством управляешь!

Я ничего не ответила. Говорить не хотелось, вставать тем более. Видеть Энвера и слюнями капающую на него Амалию прямо сейчас я не могла. Но Хавьер прав, я обязана встретить Его светлость. К тому же, в конце концов, я взрослая девушка, а не истеричная малолетняя девица!

Я-то взрослая, а вот чувствовала себя неразумным дитем. Хотелось плакать, забившись в угол.

– Выйду через полчаса. Иди, Хавьер.

Дворецкий оставил меня, а я пошла в ванную. Умылась, причесалась, потом переоделась в простое платье и мягкие домашние тапочки. Стану я еще наряжаться, как бы не так!

А вообще-то да, стану.

Чертыхнувшись, стянула с себя платье, и надела другое – красивое и праздничное из синего, глубокого оттенка, шелка. На лицо нацепила выражение “Я здесь босс” и расправив плечи выпорхнула из покоев.

Сердце билось так, что рвало грудную клетку, но на губах блуждала улыбка. Взглядом наверняка могла поджечь ковровое покрытие на лестнице, но движения были плавными, спокойными, и выглядела я умиротворенной. Я бросила взгляд на свое отражение в зеркале перед выходом и осталась довольной.

Герцог встретился в коридоре. Я его не заметила, увлеченная придумыванием оправдания по какой собственно причине я сбежала с бала. Говорить ему, что из ревности, точно не стану.

– Алина! Алина, создатель, я так волновался! – Меня сграбастали в объятия, не давая произнести ни слова.

– Дышать… трудно…

– Ох, прости, – герцог отпрянул, а я глотнула воздуха. Теперь на самом деле возникло ощущения, что ребра сломаны. – Почему ты уехала без предупреждения?

Энвер перешел на “ты” хоть разрешения я ему не давала, но не стала акцентировать на этом внимание.

– Мне сделалось дурно, граф Де Вирго отвез меня домой. – На языке чесалась фраза… Молчи, Алина, молчи! Но я не смогла удержаться от колкости. – Пока вы были заняты Амалией.

Герцог выругался. Неожиданно для меня и самого себя, мы уставились друг на друга ошарашенно, и Энвер заговорил.

– Я понял о чем ты. Идем.

Меня потащили силой в покои что находились в другом конце коридора. Буквально впихнули внутрь, и заперли дверь.

На диване сидела растрепанная и заплаканная Амалия. Девчонка выглядела испуганной, и несмотря на ревность у меня сжалось сердце.

– Да что ты за монстр такой! – Вырвалось изо рта против воли. Но брать слова назад не стала бы, пусть знает, что я о нем думаю!

Герцог психанул. В самом натуральном смысле этого слова. С силой хлопнул себя ладонью по лбу и резко выбросив руку вперед указал на Амалию.

– Это – моя кузина, дочь сестры моей матери, пока еще первая по списку наследница престола, Ее высочество Амалия Де Рандо! Амалия, познакомься – Алина Закамская, графиня, внучка Марьи Закамской, и просто девушка с очень тонкой душевной организацией.

Энвер повернулся ко мне.

– А если бы ты подождала одну минуту я бы познакомил вас еще вчера. Почему ты сбежала я понял, но почему не задала волнующий тебя вопрос и не выслушала, увы, я понять не могу! Да я чуть с ума не сошел за эту ночь и половину дня что мы тебя ждали!

– Уж простите, Ваша светлость, – рыкнула я сквозь зубы, чувствуя, как внутри растет волна злости. – Я как-то не подумала, что прыгающая с таким чувством в ваши объятия девушка, окажется вашей родственницей!

Послышался всхлип, и мы с Энвером кинулись к дивану.

– Извини, пожалуйста, – мужчина дотронулся до моей руки. – Я был слишком взволновал. Я не должен был винить тебя, просто… Как же я нервничал!

– А вы меня простите, что я не заметила сразу что Энвер не один! – Амалия плакала.

И это у меня-то тонкая душевная организация?

– Не плачь, пожалуйста, мы уже все выяснили. Ты точно ни в чем не виновата, – я поддалась порыву и заключила девушку в объятия. Она доверчиво прижалась ко мне, а с другой стороны ее обнял Энвер. А заодно и меня.

Мы сидели сцепившись в клубок несколько минут и никто из нас не решался прервать эту странную идиллию. У меня уже затекла рука, Амалия перестала всхлипывать, а герцог скучающе разглядывал потолок.

Спас всех Хавьер. Он вошел в покои и ошарашенно осмотрелся.

– Ужин готов, стол накрыт.

– Благодарю! – выдохнули мы с герцогом одновременно, радостно расжимая кольцо рук вокруг бедной притихшей Амалии. Впрочем, девушка наконец-то улыбалась, и взглянув на меня, сообщила.

– Энвер не виноват, в том, что я плачу. Я еще слишком молода для того чтобы адекватно воспринимать подобные происшествия, и каждый раз случается истерика. Прошу меня простить. Вам наверняка было больно и тоскливо этой ночью, а во всем виновата я. Всегда делаю, прежде чем подумать.

– Вот еще! – Немного нервно фыркнула я. – Этой ночью я спала как младенец!

Хавьер хохотнул, а поймав мой убийственный взгляд выскочил в коридор.

Энверу пришлось уехать по герцогским делам, а вот Амалии так приглянулся мой замок и сад, что она попросилась остаться. Его светлость не раздумывал, но попросил Хавьера приглядывать за нами обеими, потому что если что-то случится с наследницей престола, его убьют. И он не шутил. Я, впечатленная его заявлением, клятвенно заверила что ни на шаг не отпущу принцессу от себя, на что мужчина только усмехнулся. Потом он повернулся к моему дворецкому и хмуро повторил свою просьбу.

– Не спускай с них глаз! Я вернусь ближе к ночи.

Хавьер проводил герцога и вернулся к нам в столовую.

– Чем займемся? – спросила я Амалию. Что ж, мне все равно нечего делать до тех пор, пока господин Гигори не завершит свою работу, и я была рада гостье. Хоть какое-то общение с представительницей моего пола! – Кстати, сколько тебе лет?

– Семнадцать.

Мда. Теперь стало еще и стыдно. Я приревновала герцога к его семнадцатилетней кузине!

– Я бы хотела поплавать, если можно. На территории моего замка нет пруда, а больше нигде не разрешают купаться. Мы правда ездили на море прошлым летом, но это было так давно!

– Боюсь, что в моей реке поплавать тоже не удастся. Она занята зубастыми рыбами-пираньями.

Девушка вскинула голову и уставилась на меня огромными синими глазами. Сияющий в них восторг заставил напрячься и меня, и Хавьера.

– Ваше высочество, к реке запрещено подходить. Вы можете остаться без руки, – осторожно заметил дворецкий. Принцесса посмурнела.

– Может, почитаем? – в надежде предложила я, но того же восторга это не вызвало. – Тогда предлагаю поехать к швее, забрать мои наряды. Я заказывала недавно кое-что, пора забирать.

– А где это?

– В столице. Впрочем, тебе наверное неинтересно, ты ведь там живешь.

– Я живу в западной части королевства в городе Галон, и в столице бываю два раза в год на балах. Обычно девушек моего возраста на приемы не берут, но меня возить обязаны. – Амалия скривила пухлые губки. – Пора выбирать мне жениха, говорит мама.

У меня сердце дрогнуло. Представила, как меня выдают замуж за “хорошую партию” без любви, и стало совсем грустно.

В столицу мы все же поехали и провели там часа три. Забрали мою одежду, которую Амалия с интересом рассматривала и загорелась заказать такую же пижаму, потом пообедали в любимом ресторане герцога. День тянулся медленно и был насыщен лишь обычными, скучными событиями. За простыми девчачьими радостями мы заскочили в лавку с бижутерией, и я сильно удивилась, когда принцесса с любопытством примеряла колье из простых стекляшек. Мне казалось, такие как она признают только бриллианты, но нет, девушка оказалась непритязательной. По пути домой мы заехали в небольшую таверну, где я долго показывала повару как делать хот-доги, потом мы забрали готовые булки с сосисками и счастливые поехали дальше. Хавьер не оценил хот-дог, а Амалия спросила у меня рецепт, чтобы передать его повару.