Я не могла ее сейчас отпустить, просто не могла! Нет, я бы ее нашла в деревне позже, но тогда мы вряд ли сумеем поговорить без посторонних глаз и ушей.

– Дария, стой!

– Да что за?.. – Девушка резко развернулась, в недоумении раскрыла рот.

– Я все объясню позже, – быстро проговорила я, сдерживая нервную улыбку. – Моя дочь совсем одна, я должна вернуться домой, но и не встретиться с тобой не могла.

– Дочь?.. – Дария смотрела на меня круглыми заплаканными глазами, шмыгала носом и вдруг завопила: – Аленка?! Аленка!

Удушающие объятия, новый приступ рыданий, теперь уже плакала не только она, но и я. Подруга стискивала меня со всей силы, а я ее и не могла поверить, что мне рады. Она действительно рада меня видеть? Я не сплю?

– Пресвятой Создатель, Аленка, как я тебя ждала! Я думала, ты уже никогда не вернешься!

– Я и не собиралась… но все потом, позже тебе все-все расскажу.

– Я приду к тебе завтра, ладно? – Дария наконец выпустила меня из захвата. – Мне тоже пора домой, скоро муж вернется, а я еще не все его вещи испортила.

Меня разбирало любопытство! Да и разве могло быть иначе? Но Вероника уже не меньше получаса совсем одна в незнакомом ей доме, у меня нет времени на дружеские посиделки. Мы попрощались с Дарией, она пообещала прийти в гости, и я, окрыленная, помчалась домой. Я в Отшельниках не одна! Могла ли о таком мечтать? Теперь все будет намного проще, легче, не в делах, разумеется, но морально мне стало намного спокойнее.

Дочка встретила меня, сидя на подоконнике. Я так и затормозила, задохнувшись от возмущения и едва не расплескав всю воду.

– Вероника!

– Мам!

– Я же просила запереться!

Быстрым шагом преодолела расстояние до окна. Взволнованно осмотрела дочь – она в порядке, зря переживала.

– Так я заперлась, – нахмурилась Вероника. – Сейчас открою, погоди.

Дочка унеслась в прихожую, я дождалась, пока она отодвинет засов, и вошла внутрь.

– А ты чего такая радостная? – Вероника прищурилась, окинув меня подозрительным взглядом.

– Встретила свою старую знакомую. Мы с ней в детстве дружили.

– Такую же, как тетя Ида?

– Нет, – хмыкнула я, вспоминая налет презрения во взгляде бывшей подруги. – Дария – настоящая подруга, и она очень хорошая, вот увидишь. Завтра она придет в гости, если сможет.

– А у нее есть дети? – оживилась дочка.

Блеск в ее глазах гасить не хотелось, но и лгать смысла не было.

– Я не знаю. Мы ведь давно не общались, но думаю, что есть.

– Я бы хотела с ними подружиться!

– Вот завтра придет, и мы спросим, хорошо? А сейчас попей воды и, если хочешь, можешь помочь мне с уборкой… – Я осеклась, вздохнув. – Воды не хватит, чтобы отмыть все комнаты.

Дочка поджала губы, не зная, что сказать. Обычно она всегда стремилась мне помочь, чем могла, но сейчас не понимала, что в ее силах. Где взять воды, она не знала, с чего начать уборку – тоже.

– Съедим по бублику? – предложила малышка, указывая на бумажный пакетик. – Как раз два осталось.

– Ешь, милая, а я не хочу, – улыбнулась я, стараясь не обращать внимания на гневный протест желудка. Вот уже вторые сутки в моем рту не было ни крошки, но, если съем сейчас хоть часть съестных запасов, чем кормить дочь завтра, не представляю.

И я совсем не думала о том, что новости и сплетни в деревнях распространяются со звуковой скоростью. Или Дария рассказала кому-то о моем возвращении, или меня и Веронику кто-то все-таки увидел. Нежданный гость пришел поздно вечером, когда мы уже легли спать, и стучал в окно так настойчиво, что мне пришлось практически бежать к нему, лишь бы не разбудил ребенка.

С одной стороны, мне хотелось поскорее открыть дверь, чтобы звонкое дребезжание стекла не нарушило сон дочки, с другой – от страха тряслись руки, и я никак не могла сдвинуть засов. Кто мог прийти так поздно и, главное, зачем?

Схватила фонарь с гвоздика, толкнула дверь и вытянула его впереди себя, чтобы лучше видеть гостя. Мягкий свет выхватил из темноты смутно знакомое лицо, сплошь усыпанное веснушками. Парень лет двадцати пяти примерно, одет в рваный шерстяной жилет на голое худощавое тело, вытянутые шорты длиной до колена, обувь – высокие сапоги. Рыжие волосы топорщились во все стороны, передние зубы были похожи на заячьи и делали вид паренька наивным и немного придурковатым.

Я выдохнула. Этого мне бояться нет смысла.

– Алена, ты и правда вернулась?!

– Тише! – Я быстро шагнула за порог, закрывая за собой дверь. – Вернулась, вернулась. А ты кто?

– Так Зафар же! – Парень радостно всплеснул руками.

Зафар? Я нахмурилась, вспоминая. Впрочем, забыть того, кто все детство задирал тебя, кто самый первый придумал бросать камнями в «ту странную девчонку», невозможно. Я едва сдержалась, чтобы прямо сейчас не ответить обидчику за все, что он сделал.

– Не думаю, что я хочу звать тебя в гости.

Фыркнув, уже собиралась уйти, но Зафар схватил меня за запястье.

– Да помоги ты мне! – умоляюще заныл он. – Герда померла, а я без ее отваров не могу… ну, ты понимаешь.

– Не понимаю. – Руку я выдернула, но уходить не торопилась. Возможность заработать еды пришла прямо домой, разве я могла отказаться?

– Я как услышал, что ты вернулась, так сразу и понял, что приехала продолжать бабкино дело. Так? – Зафар говорил быстро, сбивчиво, глотая окончания слов. – А я тебе заплачу, вот ты мне сделай отварчик, я попробую, и если он поможет, то за следующий сразу же заплачу!

– Оплата сразу.

– А если он не поможет? – возмутился парень.

– В таком случае тебе здесь нечего делать, не отнимай мое время.

– Да стой ты! Ладно, ладно! Только сделай… и никому не говори, что я к тебе приходил, поняла? – Зафар угрожающе вскинул кулак.

Я приподняла одну бровь, всем своим видом выражая все, что думаю о его угрозах. Парень сник.

– Чем заплатишь?

– Мы только кур держим, яйца устроят? Денег нет, сама понимаешь.

– Десяток яиц, и договорились.

– Отлично! Спасибо, Аленка!

Парнишка уже рванул на выход со двора.

– Что за отвар-то тебе нужен? – раздраженно бросила ему вслед, и он вернулся.

Подошел ко мне близко-близко, а чтобы дотянуться до моего уха, ему пришлось привстать на цыпочках.

– Ну… для мужской силы, понимаешь? Ну, чтобы подольше можно было…

– Иди уже. – Я оттолкнула его. – Поняла. Будет готов завтра к вечеру.

Поспать мне и сегодня вряд ли удастся. Убедившись, что Вероника спит, отправилась на чердак. Узкая лесенка вела под крышу дома через люк в потолке с той стороны, где была баня, и как по ней забиралась Герда, я не представляла. Даже мне с трудом удалось удержаться на хлипких перекладинах.

Бабушка Герда начала учить меня в одиннадцать лет. Говорила, как ей повезло, что я появилась в ее жизни, что она теперь будет спокойна, а ее дело продолжится и дар не пропадет. Днями и ночами я изучала травы, варила собственные отвары, которые потом, впрочем, выливались в землю, и вела личные дневники с записями. Их я хранила на чердаке рядом с бабушкиными.

Все испортила я сама. Разбила надежды Герды, да и свои тоже, когда она сказала мне, что дар я смогу получить только после инициации, а вот инициацию пройти должна, потеряв девственность. И нет, в появлении Вероники была виновата вовсе не Герда, бабушка дала мне отвар против беременности, но вот если бы я не забыла его выпить… Все могло быть по-другому. Какой стала бы моя жизнь, не забудь я выпить отвар, не знала, да и знать уже не хотела. Без Вероники не представляла свою жизнь, неважно, чего мне стоило рождение дочери.

Пискнув, мышка бросилась из-под моих ног в дальний темный угол и затаилась там. Грызунов я не боялась, но и предоставлять им жилье в собственном доме не хотела, так что в голове мгновенно появилась мысль завести кота. Дочка обрадуется, а я потом пожалею, но зато не будет мышей.

Отыскать свои дневники не составило труда, и я вернулась с чердака в гостиную, прижимая к груди несколько толстых тетрадей. Нет, я в деталях помнила, какие нужны растения для отвара, но и свериться с записями необходимо, вдруг упустила что.