— Ну так, в общих чертах. А что?

— А то. Он сгорел заживо в своей машине. И Мэтью Картер над его могилой поклялся отомстить. И хотя прямых доказательств нашего участия в этом… несчастном случае нет, мстить он будет именно нам. А точней, либо тебе, либо брату. За этим их группа ликвидаторов и прибыла в Москву.

— И что же вы, такие знающие, их сами не ликвидируете?

— Им кто-то помогает, снабжает информаций — хотим поймать крысу в наших рядах.

— Но, по факту, это же мы отправили его сыночка на встречу с богами?

— Мы. Потому что Мэтт возомнил, что может начать грязно играть на нашем поле и ему за это ничего не будет. Подставлять правую щеку, когда тебя ударили по левой, мы не приучены. Поэтому и ответили сразу и максимально жестоко, чтобы другим неповадно было. Умный бы понял, а этот… В общем, он решил пойти на обострение. И тут два варианта — или его свои же удавят, потому как прямая война сверхдержав никому не нужна, либо он удавит тех, кто против него. А на что способен ослепленный местью отец, тебе, я думаю, говорить не стоит.

— Да можешь и сказать — мой-то наоборот, пытается всеми способами от меня избавиться.

— Пошел вон! — громыхнул он так, что стены затряслись.

— Ну вот, и я о чем. Пока и все такое.

Встал, кивнул, изображая поклон, и вышел.

Доволен ли я был — ну, не то, чтобы. Просто, наконец, надеюсь, заставил его уважать себя и хоть чуть считаться с моим мнением.

А то, что он взбесился — так это нормально. У него огонь главенствует среди стихий, поэтому быстро вспыхивает и так же быстро остывает.

— Ну, и что он сказал? — Софа появилась будто из ниоткуда.

— Подслушивала? — нахмурился я.

— Еще и подсматривала. Через замочную скважину. Но слышно плохо было.

— Женюсь, — сказал как отрезал.

— На ком? — отшатнулась она.

— На тебе, на ком же еще. Батя сказал, что моя жизнь слишком легкая и в ней мало стресса. Вот и приказал взять тебя в жены. Пошли в мою комнату и устроим брачную ночь.

— Сейчас день!!!

— То есть, в принципе ты не против?

— Вовчик, я тебя придушу!!! Он меня тоже позвал, а после встречи с тобой явно злой. Говори, как есть, а свои влажные фантазии оставь под одеялом!

— Ну, в принципе я тебе сказал правду во всем, кроме имени. Мне какую-то принцессу Египта подсовывают. На днюхе моей будем знакомиться.

— А я? Обо мне он что-то говорил?

— Неа… Хотя, думаю, для тебя тоже найдется в Египте какой-нибудь принц. Уедешь туда, будешь жить в пирамидах. А знаешь, как они людей хоронят? Заматывают их в бинты и мозг достают через ноздри. Но тебе эта участь не грозит — мозгов-то у тебя нет.

— Сука!!! — выдохнула она и уже собралась кинуться на меня с кулаками, как грозный крик отца, похожий на рев носорога в брачный период, заставил ее сначала замереть, потом уловить в этом реве свое имя и рвануть к нему.

Ну да, с тех пор, как он ее спалил из-за меня, она его, конечно, не любит, но опасается. Батя жжет в прямом смысле слова.

Так, несмотря на в целом хреновое утро, ничего страшного не произошло. А значит, можно и в гости к Скуратовым наведаться. Но не как Романов — это надо охрану дергать, людей напрягать, а просто как обычный парень.

Да, он что-то говорил о нападении — но фиг меня вычислят, если не узнают. Я с сопровождением скорей нарвусь на неприятности, чем без него. Поэтому маскировка наше все.

— Ты должен жениться!

С этими словами ко мне в комнату вломился брат.

Я как раз выбирал неброскую одежду, в которой и в люди не стыдно выйти, и убегать от этих самых людей будет удобно. Его приход застал меня врасплох, потому как раньше он себе подобного никогда не позволял.

— И ты туда же. И на ком, позволь спросить?

— На Наталье Алексеевне Барятинской.

— Это что еще за птица?

— Ты ее спас. Ну, когда тебя украли.

— А, на Наташе, что ль?

— А я как сказал?

— Не так. Ну да неважно. И почему это я и на ней?

— Что ты знаешь об их роде?

— Богаты вроде как. Это с ее слов. А больше ничего.

— Неуч. Барятинские — это десятки мясоперерабатывающих заводов по всей империи. Их можно назвать колбасными королями. Поставки продукции идут по всему миру, и даже мы у них закупаем твою любимую буженину. Да-да, это они ее производят. А так же у них сеть ресторанов и несколько рынков. Огромные обороты, которыми он охотно поделится в качестве приданого за свою дочь.

— Не, я так не думаю, поэтому женюсь исключительно по любви. А тут ей и не пахнет.

— Мне показалось, что она к тебе более чем благосклонна.

— Да, она вполне себе симпатичная. Но жениться ради того, чтобы пополнить кошелек, точно не мое.

— Глупость. Браки по расчету самые долговечные.

— Ну вот тогда сам на ней и женись.

— Я не могу.

— Чего бы это? У тебя всего одна жена, а можно как минимум три.

— Даже эта одна жена отнимает непозволительно много времени. Это ты у нас герой, а кто-то должен обеспечивать этому герою хорошее существование. У меня нет времени на все эти любовные дела. А у тебя есть — вот и принеси семье пользу, правильно женившись.

Разговаривая со мной, он не отлипал от магофона, все время на нем что-то набирая, быстро сменяя экраны, что-то вводил. Кажется, руки у него жили отдельно от головы.

— Брат, положи-ка магофон на стол, — попросил я его.

— Это еще зачем? — соизволил он от него оторваться.

— Фокус покажу. Очень интересный.

— Не люблю фокусы.

— Это позволит работать тебе еще эффективней.

— Да? — в его голосе так и сквозило сомнение. — Ну ладно.

Хрупкий аппарат со светящимся экраном лег на стол, и я врезал по нему кулаком, превращая в лепешку.

— Что ты натворил?!!! — завопил он, с ужасом глядя на обломки.

А я схватил его за руку и потащил к окну. Тот попытался вырваться, но я держал крепко. Теперь я явно сильней него.

— Смотри, брат, что ты видишь? Только внимательно посмотри.

— Я вижу, как в стекле отражается твоя смерть, –прошипел он.

— Это само собой. Но посмотри дальше.

— Ну… Двор, еще эти… деревья там, люди…

— Вот. Деревья, люди. Не цифры на экране, не картинки — живые люди. Когда ты последний раз на них смотрел глазами, а не через магофон? Ты вообще помнишь, что мир не умещается в твоей маленькой коробочке, которую ты везде таскаешь, включая спальню и туалет?

Ты когда со своей женой последний раз просто гулял, когда водил ее ресторан? Дарил цветы? Признавался в любви? Наверное, и не вспомнишь. А ведь она такой же живой человек и любит тебя, болвана. Святая, можно сказать, женщина. А чем ты ей отплатил?

— Я же ей даю деньги, и она сама себе…

— Именно. Сама себе. В постели у вас, наверное, так же происходит, да? Она все делает сама? А ты? Что делаешь ты? Рушишь свой брак? Потому как любое терпение рано или поздно закончится.

Так, я понял, вас надо спасать. И стой спокойно, если будешь сильно дергаться, я тебе руку сломаю. Вспомни, сколько стоят лекарские артефакты.

Брат застыл, а я набрал на своем магофоне телефон Лады — жены брата. Ну да, у меня есть ее номер, как и номера всех живущих в поместье. Кроме Софы, конечно — с ней мне и в живую общения достаточно.

— Лада, привет еще раз… Да, спасибо. Все хорошо… Ага. Да нет, не сильно. Все как обычно — немного поругал, немного похвалил, жениться вот заставляет. Что? Нет. Хорошее дело браком не назовут. Я еще слишком молод для таких глупостей. Я это… чего звоню. Тут брат тебя на свидание решил пригласить… Эй, ты чего затихла? Не вздумай упасть в обморок!!! Чего? Нет, я не шучу. Заходил ко мне, совета спрашивал. Да не вру я. Нет, так бывает. Что? Нет, его не подменили — все такой же утонувший цифрах болван.

В общем, я ему посоветовал хороший ресторан. В смысле, какой? Хороший. Пусть сюрприз будет. Так что ты давай там, наводи боевую раскраску. Но незаметно для него. Хотя, он и так ни фига не заметит. И сделай удивленное лицо, когда он тебе это предложит. Да? Ну понимаю, что трудно. А, не трудно, потому как ты реально удивлена? Тогда отлично. Все, я побежал по своим важным и неинтересным тебе делам, а ты готовься.