— Черви, — Ветер, очевидно, открывший страницу Управления, скривился. — Точно остальных сожрали-на. Но ежели так покумекать эти твари нам действительно по силам. А, главное, понятно почему они за пределы гнезда не вышли. В общем работка выглядит сложной, но не неподъемной. Тактика борьбы с этими тварями отработана. Пока ты будешь по столицам кататься, я проведу тренировки команды по методикам Управления против червей.

— Отлично. Все может измениться в любой момент, конечно, — сказал я. — Но пока следуем плану. Ладно хватит трещать, как кумушки на лавочке, займемся вашими гармониумами и отработкой способностей.

— Хорошо. Красавчика в схему отработки пока не включай. Он с десятого числа поедет стихию открывать. Неделю его не будет. Вернется, будем думать как его использовать.

За прошедшее время, ребята очень сильно продвинулись в освоении своих способностей. А благодаря моему «эфирному зрению» нам удавалось избежать перекосов в развитии гармониума. Так что результатами тренировок я был доволен. Нет, всем еще есть над чем работать, но темпы развития меня вполне устраивают.

Я, кстати, узнавал, даже вольные команды ликвидаторов освобождались от воинской обязанности, пока действовала лицензия. Правда в военное время задания Управлений ликвидаторов становились для «вольников» из приоритетных обязательными. Но никто в здравом уме не собирался использовать уникальных специалистов по борьбе с внутренней угрозой на фронте. Ликвидаторы вели свою постоянную войну, недаром их ведомство и звания были приравнены к военным.

А вот если боевые действия затянутся, да начнется массовое применение боевой магии со всех сторон, ликвидаторы понадобятся поближе к фронту. Могущественная магия продуцирует Дрянь не хуже промышленных предприятий.

Интерлюдия. Этыксир — столица «Белой Орды»

Ледяной зал был тёмен, как всегда. Ещё недавно бушевавшая здесь ярость стихла. Притаилась.

Свет фонарей размывался и глох, не достигая стен. Казалось, сам воздух здесь напитан тьмой, скопившейся за века. Он давил на грудь и пробирал до костей сверхъестественным холодом. Трон в центре зала был неподвижен, как и сотни лет до этого. Лёд, сковавший его, не позволял различить подробности.

Перед троном снова стояли трое.

Орхан — на коленях, со склонённой головой, в покрытом инеем доспехе, с лицом, лишённым всякого выражения.

Первый, склонивший голову перед Повелителем.

И Хранитель тайн, зябко кутающийся в меха. Глаза бегали, на лице застыла тонкая, нервная улыбка.

Они ждали — то ли приказов, то ли приговора. Но Повелитель пребывал в трансе или просто испытывал их терпение.

А затем, как всегда, пришёл Голос. Пришёл без звука — сразу в сознание.

— Мы проиграли этот поход.

Ни один из троих не осмелился возразить.

— Мы проиграли сражение, — повторил Повелитель. — И войну, которую я уже видел выигранной. Шаг на пути пришествия Бога, который так и не был сделан.

Орхан произнесла, не поднимаясь с колен:

— Моя вина. Я нанесла удар, как ты предвидел, Отец. Но летающая крепость моя идея она…

— Твоя идея? — перебил Повелитель. — Я решил приобрести ее. За кровь, за металл, за наше будущее. Я видел, как она меняет всё. Как рушится защита. Как твои воины врываются в их города. Как сдвоенный удар заставляет врагов пасть на колени.

Свет фонарей, казалось, потускнел ещё больше.

— Но она не изменила, — пауза. — Ты получила своё преимущество. Но не дала нам победу.

Орхан склонила голову ниже.

— Наши тумены ещё сражаются, Отец…

— Русские удержались, — припечатал Повелитель. Это было констатацией ещё не свершившегося факта. Знанием, пришедшим прямиком из ледяного сна. — Линии изменились. Будущего, где мы побеждаем в этом походе, больше нет.

В глыбе, в которой был заключён Повелитель, чётче проступили очертания тела. Глаза Отца излучали собственный свет.

— И причина в городе, в котором я видел скрижаль. Я больше не вижу его. Я не вижу скрижаль.

Первый тихо сказал:

— Новый видящий. У них видящий.

— Слабый видящий, — резко отозвался Повелитель. — Пока что слабый. Но даже так он смог вмешаться. Уже дважды.

Хранитель тайн, на которого был обращён взор Повелителя, покачнулся.

— Это была твоя работа, старик. Твои «глаза и уши» вели Ыграна. Твои люди обеспечивали проникновение. Где скрижаль? Почему видящий жив?

Хранитель захрипел:

— Скрижаль потеряна. Но мы знаем, где искать. Мой муус-мангыз уже внутри города, он нашел видящего…

— И чего он добился? — перебил Повелитель. Лед стен затрещал под напором ауры. — Чего ты добился, старик? Я создал тебя, дал власть над мангызами, с которыми поделился частичкой своей силы. А что ты сделал? Ты не справился. Но, хуже того. Ты действовал за моей спиной.

Хранитель почти упал на пол. Его худощавое тело сотрясали конвульсии.

— Повелитель, я лишь…

— Ты решил, что можешь ускорить исполнение пророчества, — давление в зале стало невыносимым. — Ты решил, что можешь думать вместо меня.

— Я лишь служил тебе! Я не позволял себе вольнодумства. Я инструмент твоей воли!

— Негодный инструмент, — давление улеглось. Слова прозвучали тихо.

И в ту же секунду тень, сочащаяся из костяного браслета на руке Повелителя, хлынула наружу. Обволокла Хранителя тайн плотным коконом. Старик беззвучно разевал рот, стремительно усыхая. Пелена, покрывающая его, темнела, сгущалась, пила из него силу.

Несколько ударов сердца.

И сгустившаяся тень вернулась в браслет.

На пол легко спланировали меховые одежды, в которых затерялось мумифицированное тело бывшего всемогущего шефа разведки Орды.

Никто не шевельнулся. Орхан, не моргая, смотрела прямо перед собой. Первый позволил себе медленно выдохнуть.

— Мне нужны инструменты, — почти нежно прозвучал бесплотный голос Повелителя. — Не заместители. Не толкователи моей воли.

Тишина.

— Скрижаль будет получена. Вы двое всё ещё можете доказать свою пользу.

Орхан подняла голову.

— Ты поведёшь, — Повелитель обратился к ней. — Но не так, как прежде. Мы заберём скрижаль из мёртвого города.

Первый кивнул.

— Всё-таки «чёрный лёд».

Он покосился на труп старого соратника, вся вина которого была в том, что свою гениальную идею про использование «убийцы городов» ему следовало изложить Аан-Дархану. Или в том, что он действительно исчерпал свою полезность. В конце концов, Хранитель тайн не был одним из «детей» Повелителя.

— Да, — слово отозвалось в головах погребальным колоколом. — Один удар — туда, где нить оборвалась. Город умрёт. Скрижаль будет взята из пепла.

Орхан не шелохнулась. Она не знала, что такое «чёрный лёд». Она была слишком молода для того, чтобы помнить такое.

— Но, я так понимаю, это не всё? — осторожно спросил Первый.

— Нет, не всё. Линии перепутались. Мы потеряли и потеряем ещё много силы, сражаясь за то, чтобы пересечь никчёмную кучу земли. Если бить, то удар должен быть смертельным. Прямо в сердце.

Первый медленно произнёс:

— Ты хочешь второго удара. Хочешь сломать их. Их столица. Да. Но, Отец… у нас осталось только четыре убийцы городов. Не будет ли наглостью попросить тебя восполнить запас?

— Я никогда не создавал «чёрный лёд». Это наследие мёртвых. Проклятое оружие предтеч. Я получил его там же, где получил свою силу. Это оружие, которое убило бога. И оно же поможет нам возродить его. Я не видел этого, но я знаю. Так будет правильно.

Первый склонился.

— Твоя воля — закон, Отец!