– Я чувствовал потребность доказать самому себе, что я чего-то стою без своего отца.

Два удара молотком, и в ту же секунду тяжелая дверь отворилась.

– Ваше Сиятельство, – дворецкий, престарелый седовласый мужчина в черном фраке, поклонился, скользнув по мне мимолетным взглядом.

– Вирус, это Анна, моя гостья. Все ее приказы должны выполняться беспрекословно. Не тобой, разумеется, передай это слугам, – Тиммион подхватил меня под руку. – А тебя я сам провожу.

Я в это время с разинутым ртом рассматривала холл. Просторное помещение было залито солнечным светом, льющимся из широких окон. Увешанные гобеленами стены поглощали свет, ковры на каменном полу скрадывали шаги, но стоило мне ступить на открытый участок пола, как под сводом потолка звук отразился эхом.

– Какой огромный замок, – восхищенно шептала, цепляясь за локоть Тима.

Мужчина вел меня вверх по широкой лестнице с каким-то неимоверным количеством ступеней.

– Когда-то в родовых имениях жила не одна семья, – ответил Тиммион. – К примеру, еще пару веков назад в этом замке жили сразу три поколения. Мой дед отказался от этой идеи, так что его сын – мой отец, какое-то время после женитьбы жил в летней резиденции… Ну а когда я родился, дед умер, и мы переехали сюда. Теперь же все это, – Тим обвел рукой широкий коридор второго этажа, – принадлежит одному лишь мне… Не знаю, как жить в одиночестве в замке, где одних только гостевых покоев три десятка.

– А слуги? Ты ведь не совсем один.

– Слуг здесь почти сотня, – Тиммион нахмурился, задумавшись. – Девяносто три человека, если быть точнее. Дворецкий, экономка, моя гувернантка – она все еще живет в этом доме, – конюхи, горничные, повара, лакеи, садовники, камердинер и две камеристки – последние пока без работы.

– И твой отец их не выгнал? Они просто живут, и все?

– Выгонять слуг не принято, тем более тех, кто прожил при хозяевах едва ли не всю жизнь. Многие из них родились в стенах этого имения, сейчас они намного старше меня, кто-то младше, но таких немного.

– Это добродушно, – кивнула я своим мыслям. – А где они все сейчас?

Я оглядывалась по сторонам в поисках слуг, но никого не было видно.

– Где-то в замке, – отмахнулся Тим. – Может быть, в своих комнатах в башнях, или наводят порядок в дальних помещениях. Восточное крыло почти никогда не использовалось, так что горничные появлялись там редко, но после смерти отца женщины захотели прибрать и там.

Мужчина привел меня к двустворчатым дверям и отпустил мою руку.

– Твои покои. В ванной комнате есть полотенца, в гардеробной – платья… – Тиммион окинул меня оценивающим взглядом. – Тебе они подойдут.

Дверь скрипнула, отворяясь, и герцог оставил меня один на один с роскошью… И я не преувеличиваю! Подошвы грубых ботинок утонули в мягком пушистом ковре молочного оттенка. Дальше я не пошла в обуви, скинула ее и, жмурясь от удовольствия, ступила босыми ногами на ворс.

Кровать под балдахином занимала едва ли не весь угол комнаты, а камин напротив нее был раза в три больше печи в моем доме! Кожаный диван у камина выглядел совсем новеньким, не продавленным, не потертым. Множество полок с безделушками украшали стены, а на резных столиках у кровати и камина стояли вазы с крупными живыми цветами.

Мое внимание привлекли несколько дверей – за одной из них обнаружилась гардеробная, размером с весь мой дом, за второй – еще одна комната, но уже поменьше, с маленькой кроватью и бельевым шкафом. Из этой комнатки вела еще одна дверь, но сейчас она была заперта.

Я вернулась в покои и отыскала ванную, и стоило мне войти в нее, как все, что видела до этого, померкло на фоне круглой купальни с… кранами! Самые обычные краны и вентили так поразили меня, что какое-то время я просто крутила их из стороны в сторону и, как маленькая, радовалась водопроводу с горячей водой.

Не раздумывая, разделась и включила воду. Пока купальня набиралась, я перенюхала множество бутылочек с шампунями, деревянный плетеный ящик с мылом, стеклянные банки с сухими травами. Многообразие ароматов вскружило голову, я взяла лишь шампунь, кусок мыла и мочалку и плюхнулась в горячую воду с головой.

Мыться в бане мне нравилось, но разве может она сравниться с такой большой ванной? Конечно же, нет. Я лежала в пене от шампуня довольно долго, после вымылась с мылом и вылезла, не найдя, как спустить воду. Пока вытиралась насухо пушистым полотенцем, вода из купальни словно испарилась. Я решила, что мне привиделось, но нет, купальня на самом деле опустела. Впрочем, я особо и не удивилась – Тиммион сказочно богат, что ему стоило купить ванну-артефакт, которая сама осушает воду?

Из спальни донесся шорох, я обмоталась полотенцем и выглянула за дверь.

– Меня прислал Вирус, – девушка, на вид лет семнадцати, не поднимая глаз, присела в реверансе. – Я помогу вам собраться к обеду.

– Как тебя зовут?

– Тирия, госпожа.

– Меня можешь звать Аня, – кивнула я, выходя в спальню.

Я хотела сказать Тирии, что сама способна одеться, но мне вдруг захотелось хоть на часик почувствовать себя принцессой, которую к обеду собирает служанка. С улыбкой двинулась в гардеробную, чтобы выбрать платье, но Тирия меня остановила.

– Госпожа, платье на кровати.

На постели и правда лежало очаровательное пышное платье… с корсетом, судя во всему, тугим. Даже короткого взгляда на него хватило, чтобы понять – дышать мне будет нечем.

– А есть что попроще?

– Попроще? – переспросила Тирия.

– Без завязок на груди и талии, – объяснила я.

– Но, госпожа…

– Тирия, – имя служанки я произнесла на выдохе с улыбкой, – я не смогу передвигаться в таком платье.

– Попроще ничего нет, – Тирия совершенно растерялась. – Я не стану затягивать корсет слишком сильно… Давайте хотя бы просто примерим?

С трудом, но в платье я влезла. Мятного оттенка шелк был приятен к телу, а нижние юбки из тонкого хлопка позволяли коже дышать. Но только коже, а вот мне воздуха не хватало. Тирия обещала не затягивать корсет слишком сильно, но стоило мне сказать: “Хватит”, как она упрашивала:

– Еще чуть-чуть… вот, все.

Я добралась до зеркала, приподнимая юбки. Расправила ткань ладошками и на долю секунды увидела в отражении принцессу. Красивая девушка с серыми глазами в роскошном платье не могла быть мной, но едва заметный шрамик над правой бровью убеждал в обратном. Я получила его в пять лет, упав с велосипеда.

Служанка, не мешая мне любоваться отражением, уже расчесывала мои волосы. Каждое свое действие Тирия комментировала, но так тихо, что я едва могла ее слышать.

– Вот сюда шпильку… и сюда… Госпожа, оставим эти локоны?

Я кивнула, и Тирия закрепила волосы на затылке, оставив две пряди волос свободными. Девушка помогла мне собраться, ни словом, ни взглядом не выдавая свой ко мне интерес – а ей было интересно знать, кто я такая, зуб даю. Уверена, стоит мне уйти, как служанки начнут обсуждать, что Тиммион привел в дом девушку, и вовсе не Илону. До меня эти слухи обязательно дойдут, когда пекарня вновь откроется…

– Туфли, – из-за спины служанка подала мне мягкие тапочки.

Легкой обуви я обрадовалась так, как не радовалась еще ничему в этом мире! Надеюсь, я смогу оставить их себе, иначе придется ходить босиком – после того, как мои ноги почувствовали на себе тонкий материал, в теплые ботинки я их не засуну.

– Пойдемте, госпожа, – камеристка поправила юбку моего платья так, чтобы я в ней не запуталась, когда буду выходить из гардеробной, и двинулась на выход первой.

Прохладный воздух холодил оголенные плечи и зону декольте – вот за последнее я искренне переживала, потому что моя грудь была прикрыта каким-то крошечным лоскутком кружев, и казалось, вот-вот вывалится из корсета.

Покинув покои, я стала нервничать перед встречей с Тиммионом. И пусть я знакома с ним уже давно, и мы вроде как были друзьями, но сегодня я на этого мужчину смотрела по-другому. В образе кузнеца он был будто бы ближе ко мне, а теперь что? Мой сосед – герцог! Тот, кто носил засаленный комбинезон, тот, кто ездил в трухлявой повозке, тот, кто ел мои супы в то время, как в его замке есть кухарки!