– А с поселком-то что?

– Исследователи предполагают, что именно Хозяин Севера высосал всю магию из Ассона. Мол, своей ему стало недостаточно, решил завладеть могуществом мира, ну а сохранить всю силу не смог, и произошел выплеск энергии. Магия, не найдя себе пристанища, разумеется осталась в воздухе, а потом обрушилась на ближайшие территории. Таким образом земли севера оказались мертвыми, ну а поселок, населенный обычными людьми, просто вымер. Правды не знает никто, но по историческим данным виновным остается чернокнижник.

– Он что же, один там все это время?

– Колдуны вроде него едва ли не бессмертные, так что да, он сменил своего отца уже лет семьсот назад и с тех пор владеет Севером в одиночку. Говорят, в его королевстве осталось не больше пяти тысяч жителей.

– Но все эти сведения неподтвержденные?

– Неподтвержденные, верно, – кивнул Тиммион. – Хозяин севера не пускает на свою территорию исследователей и историков, нам остается только догадываться о том, что на самом деле произошло много веков назад. В Ассоне магия понемногу восполняется, так что, думаю, вскоре о севере и вовсе забудут.

Я помолчала, обдумывая рассказ Тиммиона. В какой мир я угодила, Создатель? Что еще мне предстоит узнать? Что бы это ни было, я уже под впечатлением. И, надо сказать, не самом приятном.

Светлячки были на страже все время, пока мы находились в поле. Я успела выпить целую бутылку сока, съесть часть закусок, а Тиммион допивал вино. Насекомые видели, что мы не собираемся ничего поджигать или выкашивать, но улетать не спешили и даже проводили нас до кэба.

Тиммион забрался в повозку первым, подал мне руку, и я, оттолкнувшись ногой от земли, запрыгнула к нему. Мы оказались слишком близко друг к другу в тот момент. Настолько близко, что я ощущала дыхание мужчины на своем лице.

– Назад мне не нужно ехать с закрытыми глазами? – спросила, чтобы прогнать неловкую тишину.

Тиммион отмер.

– Нет, что ты! Тебе понравился сюрприз?

– Очень! Я восхищена тем, как устроена местная природа, правда. Эти светлячки… да они мне сниться теперь будут! Милые создания, а какие красивые!

Все это я говорила, торопясь занять место на сиденье, потому что Тим не спешил отпускать мою руку. Когда села, то и он расположился рядом.

По дороге домой обсуждали открытие пекарни. Тиммион советовал отложить его на несколько дней, чтобы я успела закупить продукты.

– Я все-таки хочу купить охлаждающий артефакт, – сказала я то, о чем думала последнюю неделю.

– Хорошо, – кивнул мужчина. – Это полезная вещь на самом деле.

Одобрение Тиммиона воодушевило меня. Я с улыбкой вернулась домой, пересчитала все оставшиеся монеты и поняла, что и правда могу потратить тридцать золотых на артефакт. Вот только, уже лежа в постели поняла, что забыла спросить, где купить-то этот самый артефакт!

С утра Тиммиона дома не застала, да и на завтрак он не пришел. В последнее время мой “начальник” платит мне будто просто так, потому что все время занят. Он то что-то колотит под навесом, то уезжает куда-то, и словно совсем не ест!

Умывшись и переодевшись из пижамы в платье и уже опостылевшие ботинки Карлы, я отправилсь в молочную лавку за сливочным маслом. Масла для слоеного теста требовалось много, но хранить его было негде, так что приходилось бегать в лавку часто. Хозяин молочки встречал меня уже как старую знакомую. Еще не успев переступить через порог, я слышала:

– Маслица?

А потом усатый мужичок взвешивал пару кусков, заботливо упаковывал их в бумажные пакеты и с улыбкой протягивал мне.

Так же было и сегодня. Пока лавочник упаковывал масло, я поинтересовалась у него, где купить охлаждающий артефакт. Он объяснил, что мне нужно ехать за город и там, на улице Фарфоровой я увижу большой двухэтажный дом под номером тринадцать мастера Вамбердана. Отличие его дома от других – то, что он не огорожен забором.

Поблагодарив лавочника, выскочила на улицу. Жаркое яркое солнце слепило, а вымощенные камнем дороги раскалились уже с утра так сильно, что ноги горели сквозь толстые подошвы ботинок. Я поспешила в продуктовую лавку, стараясь идти по обочине. Купив все необходимое, вернулась домой и, разобрав покупки, в окно увидела, что к кузнице подъезжает кэб Тиммиона.

Мужчина привез ящики с чем-то гремящим, и пока я шагала к его дому, он перетаскивал их под навес.

– Тим, – позвала соседа, выглядывая из-за угла. Мужчина обернулся, приветственно кивнул и вернулся к разгрузке повозки. – Ты сделаешь для меня шкаф? Я узнала, где купить охлаждающий артефакт.

– Конечно, – крикнул он из помещения, где находилась печь. Потом вновь вернулся к повозке, и так он ходил туда-сюда около двадцати раз, пока не перенес все ящики. – Через два дня будет готов, может быть, раньше. Сейчас у меня заказ на несколько металлических ножек для кресел, а потом я смогу взяться за изготовление шкафа.

– Спасибо, – я протянула мужчине два золотых, унылым взглядом проводила монеты до кармана соседа, и уже собиралась уйти в дом, как Тим спросил:

– Возьмешь мой кэб? Я бы с удовольствием отвез тебя к мастеру, но боюсь, не могу отвлечься от работы. Заказ нужно выполнить к утру.

– Кэб? – я удивленно перевела взгляд на лошадку Тиммиона. – Я думала пойти пешком… Мастер далеко живет, да?

– Далеко, пешком ты не дойдешь, а если дойдешь, то пожалеешь, что не взяла повозку. Бери, мне кэб ни к чему сегодня.

– Хорошо, – неуверенно ответила я, внутренне обмирая. Я буду вести кэб одна? Сама?! Да я вожжи в руках никогда не держала!

Следующие полчаса сидела на подоконнике на своей кухне и мелкими глотками пила горячий чай, оттягивая неизбежное. Зачем-то вспоминала правила дорожного движения, которые здесь явно не работали. Потом вспоминала, как правильно говорить “но” и “пр-р-р”, чтобы лошадь слушалась. В конце концов все же решительно спрыгнула с подоконника, взяла мешочек с тридцатью монетами и на ватных ногах побрела к кэбу.

Тиммион в это время был занят в самой кузнице, где находилась печь, и меня он видеть не мог. Я залезла в повозку, тут же поняла, что не отвязала лошадь от столба и, все же сделав это, вновь вернулась в повозку. Я же видела, как Тим управляет лошадью, так чего так волнуюсь?

– Вперед, лошадка, – прикрикнула тихо, щелкнув вожжами.

Кобылка фыркнула, лениво тряхнув головой и медленно побрела вдоль по улице. Я стискивала вожжи в руках до побелевших костяшек на пальцах. Повозка подпрыгивала на камнях, шаталась из стороны в сторону, а я, проехав несколько метров, сотню раз пожалела о том, что не отправилась к мастеру пешком.

Впрочем, когда город остался позади, я успокоилась. Теперь впереди была только проселочная дорога, одна единственная, которая вела до района аристократии, и я расслабленно откинулась на спинку сиденья. Вожжи теперь держала одной рукой, даже не думая подгонять лошадку. “Тише едешь – дальше будешь” – как говаривала моя бабуля каждый раз, когда отец разгонял машину по магистрали.

Спустя еще какое-то время пути я не только перестала нервничать, но мне даже понравилось. Понравилось настолько, что я захотела завести личного коня и повозку! От поспешного решения меня уберегло отсутствие денег, но когда появится лишнее золото, обязательно куплю коня.

Впереди наконец появились сады. Теперь я вовсе перестала следить за дорогой и с разинутым ртом разглядывала огромные вековые деревья, фонтаны, пруды и высоченные каменные и железные заборы. Район аристократии сильно отличался от самого Каана, здесь будто даже воздух был другим. Чистым настолько, что на языке ощущался его сладковатый привкус.

Проселочная дорога сменилась каменной, но не такой, как в Каане, а ровной и гладкой. На широкой улице по обеим сторонам располагались громадные дома, в два, а то и в три этажа. У некоторых были башни и колонны, а на одном заметила даже флаг с нарисованным на нем оленем. Между домами расстояние было приличным. Разделяли их роскошные сады, все те же фонтаны и пруды. Травка на территориях особняков казалась будто зеленее, чем везде, а цветы ярче и ароматнее.