Литмир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Я стою в прихожей. У входной двери висит выцветшая фотография со дня свадьбы супругов Джа. Глядя на эту сплоченную семейную группу, я невольно думаю о том, какие тайны все еще остаются нераскрытыми.

Глава 49

Возьми меня под руку, – сказала Памела, стоя у столика в своей любимой кофейне в Хадли.

Айлин не заставила себя долго упрашивать и тут же поднялась из глубокого мягкого кресла.

– Никогда в жизни не пила такого вкусного кофе, – сказала она своей новой подруге, – но я никак не могу прийти в себя от цены. Почти четыре фунта за чашку. Ты точно не хочешь, чтобы я тебе как-то отплатила?

– Нет, я же сказала, сегодня угощаю я, – ответила Памела, и, взявшись под руку, две пожилые женщины вышли из кофейни.

На выходе Памела помахала женщине за стойкой, которая, как бы ни была занята, всегда находила минутку поболтать, когда та заглядывала.

– В следующий раз я обязательно угощу тебя, – сказала Айлин, пока они медленно шли по главной улице.

– Ну что за глупости, – ответила Памела. – Ты и так уже избаловала меня своими восхитительными домашними пирогами.

– Ты такой добрый человек.

Узнав, какой отчаянно одинокой жизнью жила Айлин, Памела первым делом решила вытащить ее из четырех стен и дать ей насладиться самыми простыми радостями. Когда они заказывали напитки в кофейне с авторским кофе, Памела заметила растерянность Айлин перед разнообразием в меню и поняла, что та ни разу в жизни не выбиралась даже выпить чашку кофе.

– И это ты называешь прогрессом! – сказала Айлин, указывая на вереницу из шести пустых двухэтажных автобусов, медленно ползущих по Хадли-Хай-стрит.

За кофе Айлин жаловалась Памеле, как сильно изменился Хадли за эти годы, но Памела сказала ей, что прогресс все равно не остановить.

– Я не говорила, что все идеально, – ответила она со смехом, когда они свернули обратно на Бейтон-роуд. – Я сама много по чему скучаю, но никому из нас не дано жить прошлым.

Айлин промолчала. Памела была уверена, что, появись у Айлин возможность прожить свою жизнь заново, та бы за нее ухватилась. Или нет? Неужели Деннис так тщательно уничтожил в ней все остатки самоуважения, что она уже не могла представить себе никакого другого существования? Памела решила, что за то время, которое у Айлин, вероятно, еще осталось, она поможет ей научиться радоваться самым маленьким удовольствиям жизни.

– Почему бы тебе не прийти ко мне завтра вечером на ужин? – сказала она. – Ничего особенного – я не умею готовить так, как ты, но мне было бы очень приятно немного пообщаться с кем-то, кроме телевизора.

– О нет, я не смогу. Мне и в голову не придет выходить на улицу вечером, тем более в темноте.

– А как насчет обеда? Ты меня у себя просто по-королевски приняла, и будет правильно, если я отвечу тем же.

– Только если ты уверена, – неуверенно сказала Айлин. – Но как же мне до тебя добраться?

– У меня есть хороший друг, и я уверена, что он сможет за тобой заехать. А если по какой-то причине не сможет, я пришлю тебе убер.

– Убер? – переспросила Айлин.

Памела покачала головой. Да, учиться предстояло многому.

– Это просто такси, но сейчас все называют их “убером”.

Они остановились на тротуаре перед бетонным чудовищем.

– Можешь проводить меня до лифта? Дальше я уж сама, – сказала Айлин.

– Конечно.

Все утро Памела боролась с вопросом, который не давал ей покоя. Подходя к лифту, она замедлила шаг.

– Айлин, – сказала она, – в день убийства, после обеда, к тебе приходила Алака.

Айлин остановилась.

– Я же могу тебе доверять, Памела? – спросила она, глядя на подругу.

– Можешь.

– Тогда спрашивай.

– Ты помнишь, о чем вы говорили?

– Мы и раньше много говорили обо мне, о Деннисе и о нашей совместной жизни. Она очень хорошо меня понимала, но больше мне было нечего ей рассказать. Мне всегда нравилось вспоминать те времена, когда я работала и моя жизнь была совсем другой.

– Когда у вас были пабы?

– Да, но еще мы говорили о работе, которую я получила потом. Помнишь, я рассказывала, что Деннис сказал, что нужно еще подкопить денег, прежде чем он сможет выйти на пенсию?

– Да, помню, – ответила Памела, хотя на самом деле была в этом не уверена.

– Восемь месяцев я вставала в три часа утра шесть дней в неделю, чтобы работать на кухнях в военном учебном центре Микелсайда. Вот об этом Алака и расспрашивала меня в ту пятницу после обеда.

Глава 50

Я голодная, – жалуется Алиса, кружась на стуле у нашего кухонного островка и вытягивая ноги вперед.

– Ну что, давайте есть, – говорю я Дэни и Холли, увлеченно разговаривающим на диване в дальнем углу кухни. – Я больше не собираюсь его ждать. Если снова объявится, доест остатки.

Я достаю из духовки курицу и ставлю ее на островок.

Отца все еще нет.

– Мне нужно три йоркширских пудинга, – тут же заявляет Алиса.

– И мне тоже, – добавляет Сэм.

– Сэм, если вы съедите три, вы будете толстым.

– Алиса! – одергивает ее мать. – Не груби.

– Я не грублю.

– А разве ты сама не собиралась съесть три? – спрашивает Сэм.

– Я все время бегаю. Мне они нужны для энергии.

Он смеется.

– Мне кажется, – говорит Дэни, – Сэм тоже все время бегает, гоняясь за историями.

– Вы журналист, как Бен?

– Я пишу в газете.

– Довольно старомодно, – комментирует Алиса. – Я буду детективом, как Дэни. Мне не нужна будет ваша помощь.

– Ты правда думаешь, что работа журналистов – помогать полиции? – спрашиваю я у своей крестницы, пока я режу курицу.

– Ты все время помогаешь Дэни, – отвечает она.

– Иногда от Бена больше помех, чем пользы, – говорит Дэни.

– Для начала по два йоркширских всем, – говорю я, – а когда все доедят, посмотрим, кто останется голоден.

– Малыш съест один за Дэни, – отвечает Алиса.

Она наклоняется и кладет голову на живот Дэни.

– Тебе так повезло, что у тебя папа Бен, – говорит она. – Он вкусно готовит, читает сказки и хорошо играет в футбол. И еще играет в игры.

Дэни улыбается.

– Я тоже играю в игры.

– Да, – отвечает Алиса, задумавшись, – играешь. И у тебя неплохо получается, но почти всегда все равно выигрываю я.

– Ты сама сможешь порезать курицу? – спрашивает Холли у дочери.

– Да, – тут же отвечает та.

– Тогда чего сидим, кого ждем?

– Никого, – отвечает Алиса, принимаясь за йоркширский пудинг.

– Кто у твоего отца еще остался в Хадли? – спрашивает Сэм.

– Никого, насколько я знаю, – отвечаю я. – Он не из тех, кто поддерживает связь с людьми.

– Когда ты видел его в последний раз? Я имею в виду, до того, как он появился здесь утром.

– В ту ночь, когда меня арестовали и Дэни меня допрашивала, – отвечаю я, вспоминая тот период вскоре после нашего знакомства, когда я расследовал смерть мамы.

– Нам нужно было проверить все версии, – говорит она с улыбкой.

– Ты сидел в тюрьме, Бен? – спрашивает Алиса, широко раскрыв глаза; ухо она всегда держала востро.

– Нет, в тюрьме он не сидел, – говорит Дэни. – Мы просто должны были задать ему несколько вопросов.

– Он плохо себя вел?

Дэни смеется.

– Пожалуй, да.

– Не верь ей, Алиса, я никогда не веду себя плохо.

Алиса внимательно изучает мое лицо.

– Иногда ведешь, – сообщает она. – Ты дал Максу забить гол, хотя мог его остановить. Так и было, не спорь!

– Он был слишком быстрый для меня, – отвечаю я.

Алиса, поедая еще один йоркширский пудинг, продолжает смотреть на меня своим медвежьим взглядом.

– А не считая твоего ареста, – говорит Холли, – что заставило твоего отца объявиться сейчас?

– Прочитал обо мне в интернете. Видимо, это мы так поддерживаем связь.

Дэни касается моей руки.

– Он, конечно, никогда не получит звание отца года, но и Бен на сына года тоже не претендует.

646
{"b":"982958","o":1}