Она не ответила. К счастью, Кук вышла вперед и поздоровалась со вторым мужчиной.
– Мистер Райт!
– Осторожнее, Джеймс. Тебя уже в полиции знают.
– Мы встречались в доме его бывшей жены, – объяснила Кук.
Райт поспешил удалиться. Сперва он порылся в карманах, пытаясь найти ключи от машины. Фары на его черном “рендж-ровере”, что был припаркован напротив грузовика, зажглись.
– Мне пора, – сказал он, похлопав Фила по спине, прежде чем поспешно перебежать через дорогу.
– Надеюсь, вы выпили лишь одну пинту, мистер Райт? – крикнула ему Кук, когда он открыл дверь машины.
Райт остановился, взглянул на Кук, а потом на просвет между облаков в небе.
– Неплохой денек! А знаете что? Думаю, я прогуляюсь вдоль реки, погреюсь на солнышке.
– Хорошая идея! – крикнула ему в ответ Кук, провожая Райта взглядом.
– Мы выпили лишь парочку пинт, – смеясь, сказал Фил.
Он мягко положил руку на талию Барнздейл. Она вздрогнула и отшагнула в сторону. Больше она никак не успела отреагировать, потому что Фил уже шел к входной двери, держа в руке ключ. Открыв дверь, он крикнул:
– Зайдете на чашечку кофе?
Барнздейл сделала пару шагов вперед, сказала:
– Фил, мы пришли поговорить как полицейские.
Она остановилась. Заглянула в проем двери и почувствовала, что внутри у нее что‐то оборвалось. В коридоре летали два золотых воздушных шарика в форме четверки и ноля.
Глава 65
На тропинке, что ведет к дому Себастьяна Чапмана, стоят три огромных мусорных бака. Мы по одному добираемся до ярко-желтой двери. Я заглядываю внутрь через стеклянную панель в двери и вижу, что почти весь коридор занимает детская коляска. В конце коридора я вижу две деревянные двери, каждая из которых ведет в квартиры. Не похоже на жилище убийцы, но Мадлен учила меня, что не нужно торопиться с выводами.
– В первую очередь нам нужно понять, тут он или нет, – говорю. – А уже потом мы посмотрим, будет ли он с нами разговаривать. Скажем ему, что просим его помочь найти Мадлен – и все. Мы же не хотим его спугнуть.
Квартира “Б” располагается на первом этаже, я собираюсь нажать на звонок, но Аннабель подходит ко мне и берет меня за руку.
– Дай‐ка лучше я, – говорит. – Женщина старше средних лет вряд ли полезет драться. В отличие от громилы ростом в шесть футов. Да еще и с разбитой губой.
Сэм позади меня хохочет.
– Старше средних лет? Громила ростом в шесть футов? Мы что, в “Сумеречной зоне”?
– Сэм, тихо ты, – говорит ему Аннабель.
– Осторожнее, – предостерегаю я. – Мы не знаем, что нас там ждет.
– Когда дело касается Мадлен, – говорит Аннабель, и ее широко распахнутые глаза напоминают мне ее дочь, – я сделаю все, что смогу.
Она нажимает на звонок.
– Ты же все равно стоишь позади меня, – добавляет она, бросая взгляд через плечо. – А еще сам Дедушка Время стоит у ворот.
– Да-да, я начеку! – отзывается Сэм.
Аннабель слышит, как дверь в коридоре открывается, и подается вперед.
– Ну, поехали, – говорит она.
Дверь открывает высокий блондин с аккуратным пробором. На нем свитшот и штаны от “Хьюго Босс”. На руках он держит ребенка месяцев шести.
– Я сразу вам откажу, – говорит он с улыбкой, но серьезным голосом. – Я сегодня сижу с ребенком, поэтому я не буду ничего подписывать, никаких благотворительностей или религии, хотя я уверен, вы делаете это ради благой цели…
Он уже собирается закрыть дверь.
– Мы не Свидетели Иеговы и не методисты. Мы вообще не из религиозных конфессий, – говорит ему Аннабель, придерживая дверь рукой. – И уж будьте уверены, ваши деньги нам не нужны. Мы ищем человека по имени Себастьян Чапман. Вы не знаете, где мы можем его найти?
– Вы уже его нашли, – отвечает он.
– А, поняла, прошу прощения, – говорит Аннабель, и тут я понимаю, что она предположила то же, что и я.
Мужчина перед нами совсем не похож на того, кого я представлял.
– Меня зовут Аннабель Уилсон. А у ворот прячется мой бывший муж Сэм Харди. Нам очень нужна ваша помощь.
– Боюсь, вы меня с кем‐то спутали. Желаю вам удачи…
Чапман снова пытается закрыть дверь.
– Нет, не спутали, – говорит Сэм, быстро приближаясь к нам. – Нашу дочь похитили, и сейчас этот похититель мертв.
Аннабель изумленно поднимает брови, глядя на Сэма.
– Я сама справлюсь, спасибо, – говорит она, пока озадаченный Чапман пытается‐таки закрыть дверь.
– Я должен отнести Ноя наверх, – говорит он, поднимая ребенка, с интересом изучающего ухо отца.
– Нет, пожалуйста, не уходите, – просит Аннабель, поддаваясь вперед. – Нашу дочь похитил человек по имени Билли Монро…
Судя по лицу Чапмана, он понял, о ком идет речь. Я напрягаюсь, а его рука медленно спадает с дверной ручки, прежде чем он покрепче обхватывает улыбающегося сына.
– Поэтому мы здесь… – мягко добавляет Аннабель.
Чапман шагает назад – в коридор.
– Моя девушка сейчас обедает с приятелями из нашей благотворительной группы.
– Обещаю, мы не отнимем у вас много времени, – говорю я, быстренько представляюсь. – Если мы хотим найти Мадлен живой, у нас не так много времени.
Чапман молча обдумывает услышанное.
– Вам лучше зайти, – наконец говорит он, пропуская нас внутрь.
Мы идем за ним, поднимаемся по узкой лестнице на небольшую площадку.
– Извините, что окна зашторены. Ной только что спал.
Мы проходим по коридору, который приводит нас в свежеотделанную гостиную, залитую светом полуденного солнца. Чапман опускает сына на разноцветный детский коврик, с которого тот тут же берет ярко-оранжевую обезьянку.
– Спокойный малый, – говорю я и окидываю взглядом комнату.
Игрушки, одеяла, на стенах висят фотографии: на них Чапман и его девушка с их сыном.
– Да, в этом нам повезло, – говорит он и предлагает нам что‐нибудь попить.
Мы отказываемся, и он продолжает:
– Он еще и по ночам хорошо спит. Мне на руку, я хоть по утрам на работу могу вставать.
– А где вы работаете? – спрашивает Аннабель.
– Я графический дизайнер в компании, занимающейся видеоиграми. Офис тут недалеко, в Уэтстоуне.
Чапман молчит, а потом добавляет:
– Но вы ведь не о работе моей пришли поговорить.
Аннабель качает головой. Она кратко обрисовывает ему ситуацию. Чапман внимательно слушает о похищении Мадлен и убийстве Монро.
– Билли был моим братом, – говорит он. – Мне было десять, когда мы виделись в последний раз. Он тогда уехал из дома нашей приемной семьи.
– Вы знаете, что с ним случилось? – спрашивает Аннабель.
– Он вернулся в детский дом, – рассказывает он и на секунду замолкает. – Даже в десять лет я понимал, насколько это шокирующее событие…
Чапман тихонько сжимает ручку сына. Мальчик булькающе смеется.
– Несчастное время… Он был моим братом, мы всегда были вместе. Единственный постоянный человек в моей жизни. Уверен, как и все младшие братья, я частенько ему надоедал, но когда он ушел… Мне было очень грустно.
Он смотрит на Аннабель и продолжает:
– У Билли было доброе сердце. В детстве мы чуть ли не каждый час проводили вместе. Он приглядывал за мной. А когда я вырос, я понял, что ему нужен кто‐то, кто будет о нем заботиться.
– Он нашел такого человека? – спрашивает она.
Чапман мотает головой.
– Мои родители не могли ему этого дать. У Билли были некоторые проблемы. Даже я тогда, маленький совсем, видел, что для решения каких‐то задач ему требовалось больше времени. Ему нужен был кто‐то, кто будет с ним терпеливым, кто не будет его торопить. Моим родителям терпения как раз‐таки не хватало. Особенно матери.
– Вашей приемной матери? – спрашиваю.
– Да. Она хотела, чтобы ее семья была идеальной. Куча детишек, оценками которых она могла бы гордиться. Билли нужно было больше, но уже с самого начала было понятно, что она не собирается давать ему то, что ему нужно. Билли никогда не был там счастлив.