На этих словах он поднял на нее взгляд.
– Его задушили. А после бросили в реку с моста Сент-Марнем. Сделал это кто‐то сильный.
Мейлер медленно кивнул, и на секунду она подумала, что он готов сознаться.
– Не, мне нечего сказать, кроме того, что я рад.
Уилл посмотрел на него и спросил:
– Кто такой Билли Монро?
Ист промолчал.
– Убийца Аарона Уэлсби, – тихо ответила Дэни.
– Ист, как это вообще связано с тобой?
– Мистер Эндрюз, пожалуйста, – сказала Барнздейл, возмущенная тем, что ее прервали. – У меня есть вопросы для мистера Мейлера.
Потом она снова перевела взгляд на него.
– Не расскажете про вас и Аарона Уэлсби? Я же права: вы действительно знали его?
Она звонила родителям Уэлсби, которые подтвердили слова Харпера. Мейлер погладил глубокий шрам на большом пальце.
– Мне нужно знать, мистер Мейлер.
Он взглянул на Уилла, с которым прожил пятнадцать лет, и сказал:
– Прости меня, Уилл.
И повернулся к Барнздейл.
– Да, я знал Аарона Уэлсби. Он работал над дизайном ресторана. Мы стали близки. Даже слишком.
Судя по всему, Уилл услышал это впервые. Но так как ей нужна была информация, она продолжала расспрашивать.
– Где вы были в ночь убийства Аарона?
Мейлер стал медленнее дышать.
– Мы были вместе. Тем утром Уилл вернулся из Нью-Йорка, ездил по работе. Так что у нас дома мы встретиться не могли. Я приготовил нам поесть здесь, в ресторане. Это был первый ужин в ресторане, кухню устанавливали больше недели, что ли… Не помню.
Ист замолчал.
– Мистер Мейлер, а после этого? Что случилось после того, как вы поужинали?
– Мы с Аароном частенько выходили погулять вечером. Почти всегда мы ходили по одной и той же дороге: вокруг озера и через мост. Мы много разговаривали, правда, не помню, о чем именно. На мосту со стороны Баронс-Филд мы спускались по лестнице. Помню, вечером шел дождь, а когда полил сильнее, Аарон надел капюшон. Под ним его лица почти не было видно, мы посмеялись над этим. А потом выскочил Монро и побежал прямо на нас. Мы растерялись, он выкрикнул имя Аарона. Он держал нож, а я даже не успел понять, что происходит. Он пырнул Аарона в живот. Два раза. Аарон не паниковал. Я оттащил его на лестницу, видел, что он уже теряет сознание. Я просил его держаться, но тут Монро снова бросился на нас и пырнул его в третий раз, теперь уже в грудь. Аарон умер. Я ненавижу себя за то, что я сделал, но… Да, я убежал. У меня не было выбора. Монро мог убить меня.
– Почему вы не заявили в полицию? – спросила Дэни.
– Монро видел мое лицо. Я боялся, что он придет за мной.
– Полиция смогла бы вас защитить, – сказала Барнздейл.
– Преступление на почве ненависти к геям? Насколько серьезно столичная полиция восприняла бы угрозу моей безопасности?
Барнздейл не знала, что и ответить.
– Больше всего на свете я хотел, чтобы он понес наказание, – продолжал Мейлер. – И у меня был способ это сделать…
– С помощью Мадлен Уилсон? – спросила Дэни.
– Да, – ответил он. – Я бы ей жизнь доверил. И потому рассказал ей все, что знал. Я видел, как Монро убегал по железнодорожным путям, и спустя время она его опознала. Позже она начала против него свою кампанию.
Барнздейл взяла со стола блестящую вилку, что лежала перед ней, подержала ее в руке, повертела.
– Давайте вернемся к смерти мистера Уэлсби, – сказала она. – Вы считаете, что в ту ночь он был целью Монро?
– Без сомнений. Монро его поджидал.
– Но почему? – спросила она, положив вилку на место.
– Как я и говорил ранее, это было преступление на фоне ненависти.
Барнздейл засомневалась.
– Мистер Уэлсби выражал обеспокоенность за свою безопасность до нападения?
– Нет.
– Может, ему уже угрожали?
– Ничего такого я не знаю.
– Мистер Мейлер, – сказала Дэни, – вам известно, что мистер Уэлсби одновременно работал над еще одним проектом в гимназии Хадли?
– Да. Это был спортивный зал.
– Он что‐нибудь рассказывал о гимназии?
– Он гордился своей работой. Это был первый важный проект для его фирмы.
– А работники школы? Он с кем‐нибудь из них встречался?
– Он нередко приходил на стройку в течение двух лет. Разумеется, с кем‐то он был знаком.
– Он ходил с кем‐нибудь в бар? – спросила Дэни.
– Не знаю, может, выпивал с кем‐нибудь что‐нибудь.
Барнздейл наклонилась вперед, положила руки на стол.
– Мистер Мейлер, это дело об убийстве. Что‐нибудь случилось в гимназии?
– За неделю до смерти Аарон поздно пришел в ресторан. У него все лицо было в синяках. Ресторан тогда еще не открылся, помню, как я бегал и искал лед… Мы сели в баре, налили джина, потому что ничего другого у нас не было. Он сказал, что повздорил с одним из учителей. С тех пор он в гимназию больше не ходил.
Глава 60
Двойная порция виски “Хибики” стояла на барной стойке нетронутой. Уилл осушил стакан одним махом.
В противоположном углу ресторана за столом сидел Ист. Прежде чем уйти, полицейские попросили его приехать чуть позже в участок, чтобы дать показания.
– Не думаю, что тебе стоит идти одному, – сказал Уилл, не глядя на Иста. – Я поищу тебе хорошего адвоката.
– Мне не нужен адвокат, – сказал Ист, и его голос разнесся по пустому ресторану. – Я ничего плохого не сделал.
– Ну, как минимум ты не пришел дать показания в качестве свидетеля убийства.
– Если бы я не стал работать с Мадлен, Монро никогда бы не осудили.
– Неважно. Ты скрыл улики. Точнее, вы оба. Тебе не мешало бы ей позвонить.
– Потом, – презрительно бросил Ист.
– Ты мог загреметь в тюрьму…
– Плевать.
– Ты ведешь себя глупо.
У Уилла зазвонил телефон, он бросил взгляд на экран и увидел, что звонят из Каубриджа. Он отключил звук.
Ист неторопливо прошелся по ресторану.
– Я бы сделал все, чтобы вернуть Аарона.
Уилл рассеянно смотрел на ряд бутылок, что стояли перед ним. Ловить взгляд Иста он не хотел.
– Ты знал, что Монро выпустили?
– Да, родители Аарона сказали. Они хорошие люди. Я был уверен, что он придет за мной. Мне было очень страшно.
– Ты поэтому так бесился из‐за социальных сетей и Нейтана? Потому что боялся, что это все приведет Монро к тебе?
– Ко всем нам…
Уилл прикусил губу.
– Где ты был прошлой ночью?
– А что?
– Может, потому что кто‐то убил Монро в сотне ярдов от твоего ресторана?
– А, ты думаешь, это я его убил? Поэтому мне нужен адвокат?
Телефон снова зазвонил – тот же номер. Непонятно, почему Нейтан не звонит со своего телефона… Но Уилл все равно отклонил звонок. Сын может оставить голосовое.
– Ты сам сказал, что тебе было страшно. Я знаю тебя. И сейчас я задаю тебе вопросы, которые, вероятно, будут задавать в участке.
– Аарон похоронен на кладбище церкви Святой Марии в Ричмонде. Последние две ночи я сидел у него. Когда я с ним говорю, мне становится спокойнее.
– Это лучше, чем поговорить со мной?
– Я больше не могу тебе врать. Я скучаю по нему. Каждый день.
Уилл отошел от бара и прошел к выходу на террасу. По пути он остановился и все‐таки взглянул на Иста.
– Напиши мне, если тебе будет нужен адвокат.
Уилл немного постоял на улице, уставившись на реку невидящим взглядом, и тут его телефон снова зазвонил. Он сбросил звонок, открыл голосовую почту. Что такого срочного может быть утром в воскресенье? Он включил голосовое сообщение, которое записывал не его сын. В трубке он услышал голос матери Нейтана, Розанны.
– Черт! – выругался он про себя.
Сунул телефон в карман, достал ключи и побежал к машине.
Глава 61
Дэни Каш уселась на край своего стола, а старший инспектор Бриджет Фримен призвала участок к тишине. В помещении тут же стало тихо.
– Уверена, утром в воскресенье каждый из нас хотел бы быть в месте получше, – начала Фримен. – Но наши дела обстоят так: у входа в ресторан похитили женщину, убийца, вероятно, прячется где‐то неподалеку, а выкуп в два миллиона увезли бог знает куда.