– Только мы с тобой и Сэм знали, где прячется Арчи, – говорю я после паузы. – И еще Карен Кук.
– Карен просто хотела помочь.
– Конечно, хотела. Когда хочешь, чтобы кто-то поделился с тобой информацией, сначала нужно втереться в доверие. Так это и работает.
Дэни качает головой и встает.
– Мне пора, – говорит она.
Мы медленно идем через парк. Наблюдаем, как пожилая женщина бросает мяч своей собаке, которая проявляет примерно столько же энтузиазма к игре, сколько и хозяйка.
– Кто угодно мог видеть, как ты заводишь Арчи в ту мастерскую. Или как ты выходишь. Предполагать, что Берти Бакстеру это сообщил кто-то из полиции – это натяжка.
Я молчу. Я уверен, что исчезновение ножа в ночь пожара и вчерашнее нападение на Арчи напрямую связаны и что Кук – наиболее вероятный кандидат, но понимаю, что смысла настаивать нет. Мы входим в больницу Уэст-Миддлсекс.
– Помню, папа привез меня сюда, когда мне было одиннадцать, – говорит Дэни. – Я три ночи провела тут с аппендицитом. Пропустила первые две недели средней школы. Думала, что это конец, что я теперь никогда не заведу новых друзей, но уже через пару недель все забылось. Много лет назад маме удаляли аппендикс в том же самом отделении.
Я не могу перестать задаваться вопросом, действительно ли Анжеле Каш когда-либо удаляли аппендикс, так же как до сих пор не могу понять, было ли правдой хоть что-то из того, что Джек Каш рассказывал Дэни. Мы в тишине ждем лифта.
В небольшой палате мы находим родителей Арчи рядом с его кроватью. При виде мальчика у меня сжимается сердце. На губах у него запеклась кровь; его мать нежно промакивает ему рот. Правая рука у него сломана, вывихнуто плечо, нога в гипсе – результат падения в смазочную яму. Ему повезло. Арчи рассказывает родителям то, что сказал мне вчера. Голос хриплый и слабый. Его отец слушает внимательно, с неподвижным лицом. Мать хлопочет вокруг сына. Сомневаюсь, что она вообще слышит, что он говорит.
Подтащив стулья, мы с Дэни садимся по другую сторону койки от Джейсона. Дэни начинает задавать Арчи вопросы. Знал ли он, откуда поставлялись наркотики? Видел ли он когда-нибудь, как их упаковывают? Встречался ли он когда-нибудь с Берти? После каждого вопроса он качает головой.
– А деньги, которые ты получал от покупателей? – настаивает Дэни, добиваясь от Арчи какой-либо информации.
– Я оставлял их запертыми в ящике в лодочном сарае. К следующему разу их уже не было.
– Телефонные сообщения?
Арчи вновь качает головой:
– Очень редко и всегда с неопределившегося номера.
– А человек, который это сделал с тобой? Ты его узнал?
– Было темно, я его не видел. Он напал сзади и швырял меня, как куклу. Я думал, что умру.
– Теперь ты в безопасности, – говорит Эми, гладя сына по лбу.
Я наклоняюсь к кровати:
– Почему ты считаешь, что нож был тот же самый, что использовался при налете на супермаркет?
Мы ждем ответа Арчи.
– Слухи ходили. Вдруг все засуетились. Они хотели избавиться от ножа до реконструкции. Была дана команда.
– Зачем вообще было прятать его там?
– Я был ни при чем, я ничего об этом не знал, – отвечает Арчи, обращаясь уже к Дэни, а не ко мне.
– Мы знаем, – говорю я. – Но почему ты так думаешь?
– Клуб был заброшен уже много лет. Раньше мы иногда торговали оттуда.
Арчи опускает голову:
– Я думаю, они знали, что преподобный Уизерс никогда бы нас не сдал.
– Он тоже покупал у вас там?
Арчи кивает. Я смотрю на его мать. Ее глаза прикрыты.
Дэни встает и подходит к изножью кровати. Она смотрит прямо на Арчи:
– Ты участвовал в налете на супермаркет?
– Нет, я никогда не делал ничего подобного. – Арчи взглядом ищет помощи у отца. Все-таки он еще ребенок.
– А Берти Бакстер? – спрашивает Дэни.
– Никто бы никогда не сказал это вслух, но думаю, что он – да.
– Почему? – спрашивает Дэни уже громче.
Две медсестры, ухаживающие за другим пациентом на противоположной стороне палаты, смотрят в нашу сторону. Дэни понижает голос:
– Зачем ему ввязываться в налет на супермаркет?
– Ради адреналина, – отвечает Арчи.
Дэни для верности опирается рукой на кровать.
– Это Берти ударил ножом полицейского?
На мгновение наступает тишина, а затем Джейсон говорит:
– Ты должен ответить, Арчи.
Арчи смотрит на отца.
– Я только знаю, что они хотели избавиться от ножа. Это наверняка неспроста.
Дэни отступает от кровати и выходит из палаты. Я следую за ней.
– Бессмыслица какая-то, – говорит Дэни, когда мы стоим у пустующего поста дежурной медсестры. – Он словил кайф от плохо спланированного налета. И сломал Мэту жизнь. – Дэни смотрит на меня: – И мне.
– Вы можете арестовать Берти?
– Мы можем вызвать его на допрос, – отвечает Дэни. – Но, как и в случае с тем, кто избил Арчи, у нас против него ничего нет. Хороший адвокат вернет его домой за час.
– У нас есть Арчи. Разве он не может дать показания?
– Сам подумай. Пятнадцатилетний пацан, замазанный в наркоторговле, который никогда не встречал Берти, но слышал краем уха от своих дружков, что Берти участвовал в налете… – выразительно отвечает Дэни. – Арчи занимался мелким распространением таблеток среди школьников и поставлял кокаин для вечеринок среднего класса. Он не был в курсе масштаба операции, он знал только свою маленькую часть. Так они обычно и работают. И налет… Арчи говорит правду? Я уверена, что да, но единственная улика – это нож, которого не существует.
– Я начинаю понимать, почему твой отец был так одержим Бакстерами.
– Надо было его слушать, пока была возможность.
– Это не твоя вина.
Дэни вздыхает:
– Мне нужно поговорить с Мэтом.
Я смотрю, как она выходит через двойные двери в конце коридора. Поворачиваюсь и вижу сзади Эми.
– Прости, – говорю я. – Если бы я сразу привел его домой…
Она качает головой:
– Ты не виноват, Бен. Я просто рада, что он жив и у нас есть шанс начать все с чистого листа.
– Обещай мне, что вы воспользуетесь этим шансом.
– Обещаю, – отвечает она.
– Я пойду, – говорю я. – Заберите его домой сразу, как сможете.
– Бен, – говорит Эми, когда я уже собираюсь уйти. – Ты же видел меня в церкви в воскресенье вечером?
Я киваю, и Эми продолжает:
– Я хотела помолиться за Арчи, но от возвращения в церковь мне стало просто дурно.
Я жду, пока она расскажет больше.
– Я перестала ходить туда больше года назад. Преподобный Уизерс не только покупал наркотики у подростков. Он еще и отвратительно вел себя с женщинами. Многие были вынуждены физически отбиваться от его приставаний…
Эми делает паузу, и я вижу, как она напрягается.
– Год с лишним назад он пригласил меня к себе в ризницу. Прижал меня к своей картотеке и прямо впился в меня своим языком. Мне следовало бы рассказать еще тогда. Он был самим дьяволом.
Глава 75
В обратном поезде до Хадли тихо. Я сижу один и смотрю в окно на проносящиеся мимо ряды домов. Мы привыкли думать о наших домах как о защите от внешнего мира. Джейсон и Эми считали, что их дом обеспечивает им безопасность, пока к ним в дверь не постучалась смертельная угроза. Моя мама тоже верила, что наш дом защитит нас. Но он нас не защитил. А Джек Каш? Неужели он действительно стремился лишь защитить Дэни? Возможно, так и было. Даже Бетти Бакстер показала мне, насколько могущественной может быть родительская любовь.
На железнодорожной станции Хадли поезд замедляется и останавливается. Я быстро выхожу по лестнице и поднимаюсь с платформы в здание станции. Прикладываю телефон к турникету, прохожу. Чуть дальше расположена кофейня. За маленьким столиком у окна сидит Памела Катберт. С ней мужчина, которого я видел вчера вечером в саду у дома викария. Я останавливаюсь. Мне интересно. Они сидят близко друг к другу за маленьким столиком, и чувствуется, что им вместе хорошо.