– На прошлой неделе – да. А как насчет вчерашнего вечера?
– Нам не стоило идти в паб.
– Но мы пошли.
– И снова слишком много выпили.
– Это у тебя такое оправдание? Спишь со мной только когда пьян? По-моему, утром ты был трезв.
– Я женат.
– Я никому не скажу.
Он поднялся на первые две ступеньки лестницы и остановился.
– Нам с вами приходится работать вместе, констебль, и я хочу, чтобы вы сосредоточились именно на этом.
Кук поднялась следом на те же две ступеньки.
– Только после вас, сэр, – ответила она, поджав губы.
Он стремительно взбежал по лестнице. Помещение на верхнем уровне больше всего напоминало бытовку, взгроможденную на плоскую крышу внизу. Единственное окно было забрано ржавой железной решеткой; за стеклом виднелись тонкие розовые занавески, не сходившиеся посередине. Паркер заглянул в щель.
– Внутри никого не видно, – сказал он.
Кук не ответила.
Он обернулся.
– Уверена, что, когда мы только приехали, здесь мелькнул свет?
– Абсолютно.
Он забарабанил в дверь. Ответа не последовало. Тогда он отступил на шаг, поднял ногу и вышиб дверь.
– Тоже мне, замок, называется, – прокомментировала Кук.
Паркер вошел внутрь и увидел, что комната пуста. В сыром воздухе висел тяжелый застоялый запах травки.
– Оставь дверь открытой, – попросил он.
В одном углу стоял прожженный сигаретами кожаный диван. Паркер отбросил в сторону подушки, пнул груду нестираной одежды. Кук перевернула матрас, лежавший прямо на полу.
– Фу, – поморщилась она, прикрывая рот рукой, когда увидела его изнанку, всю в пятнах.
На кухне имелись только микроволновка, маленький холодильник и чайник. Раковина была завалена немытыми тарелками с присохшим кетчупом. Паркер выдвинул единственный ящик. Внутри лежали ложки, фольга, зажигалка и трубочки.
– Сомневаюсь, что все это нужно для приготовления нового рецепта от Джейми Оливера, – сказал он, разглядывая все эти прибамбасы.
Кук пересекла комнату. Она отодвинула пластиковую дверь гармошкой, за которой оказались грязный туалет и замызганный душ. Снова прикрыв рот рукой, она отвернулась, как вдруг заметила фигуру, стоявшую в дверях.
– Шон! – закричала она, когда мужчина, размахивая металлической трубой, рванулся вперед.
Глава 22
– Ты почему не позвонил? – взволнованно спрашивает Сэм, едва я беру трубку.
– Что? – отвечаю я, вставляя в уши наушники. На цыпочках выхожу из спальни и останавливаюсь наверху лестницы.
– Вчера ночью после поджога – ты должен был мне позвонить. Я бы приехал и сделал пару снимков для газеты.
– Как бы странно это ни звучало, в тот момент я как-то о другом думал, – говорю я тихо.
– Говори громче, я тебя не слышу.
– Подожди, Дэни еще дремлет.
Я спешу вниз, на кухню.
– В местном приложении уже полно фотографий, – сообщает Сэм. – Скорее всего, придется взять оттуда. Думаю, лучше будет, если продолжение статьи напишешь ты, но, если хочешь, я могу набросать текст и прислать тебе уже этим утром.
– Давай не будем забегать вперед, – говорю я, включая кофемашину и ища свежий пакет молока.
– Или я сам напишу статью, а ты выложишь ее у себя на сайте. Можно поставить нас обоих в подписи, если так тебе будет проще. Слышишь, Бен?
– Слышу, – отзываюсь я, доставая из банки две кофейные капсулы.
– Ты можешь охватить куда большую аудиторию. У нас сейчас появился импульс. Я же говорил тебе, что та записка – не случайность. Кто-то серьезно напуган. Чем скорее мы что-то опубликуем, тем лучше.
– Подожди, Сэм. Я написал первоначальный материал к годовщине смерти Алаки. Он висит на сайте меньше суток.
– Но теперь это уже настоящая новость, – возражает он.
– Машины горят семь дней на неделе. Извини, но для нас это не новость.
– Ну зачем ты дураком прикидываешься? Речь же не о сгоревшей машине. Речь о прямой угрозе Уме, и это наверняка связано с Алакой.
– Сэм, нет.
На мгновение он замолкает.
– Мадлен считает…
– Даже не начинай, – обрываю я, повышая голос.
– Прости, – говорит он, – но я отчаянно хочу воспользоваться этим шансом.
– Я тоже, но я не хочу подвергать Уму еще большей опасности. Когда она вчера уезжала отсюда, и Дэни, и сержант Паркер особо подчеркнули, что нужно соблюдать осторожность, – по крайней мере, пока не поймают Лиама Кейна.
Я слышу, как Сэм цокает языком.
– Не похоже на тебя – так пугаться полиции Хадли. Кто-то ей угрожает, Бен, и у них на то есть причины.
– Лиам Кейн – жалкий барыга. Его девушка – зависимая. Возможно, она просто взбесилась, не получив нужный рецепт.
– Да ты же сам в это не веришь. Его девушке не выписали пару обезболивающих, и Кейн из-за этого сжег машину Умы?
– Для опиоидной зависимой это не просто пара обезболивающих.
– Да знаю, я тоже смотрю документалки на “Нетфликсе”. Кейн угрожал, да, но поджог машины – это уже совсем другой уровень. Если мы не опубликуем эту историю, ее опубликует кто-то другой.
– Не в ближайшие двое суток, – отвечаю я. – Собрать все кусочки воедино будет непросто. Ума хочет поговорить с мужем. Она настроена так же решительно, как и ты, но это ее история и ее жизнь.
Дэни заходит на кухню – в длинном свитере поверх пижамы. Она целует меня в щеку, потом открывает кран с холодной водой и тянется за стаканом.
– Ума и Эдвард сегодня утром будут на фермерском рынке, – говорю я Сэму. – Тебе стоит поговорить с ними там. – Я отпиваю кофе.
– Ты пойдешь со мной? – спрашивает он. – Тебя люди всегда слушают.
– Я вообще не уверен, что с тобой согласен! И потом, мне нужно быть здесь, с Дэни.
– Иди, – шепчет она мне на ухо. – Я встречаюсь с Холли, мы прогуляемся по парку, а потом я вернусь и лягу отдыхать на диване.
– Уверена? – беззвучно спрашиваю я одними губами.
– Если что-то случится, ты будешь дома через пятнадцать минут. – Она встает рядом, и я провожу ладонью по ее спине.
– Ладно, Сэм, – говорю я, – встречаемся там.
– Отлично, – отвечает он.
– Сэм, – говорю я, – за несколько дней до убийства Алаки, когда ей начали угрожать, что именно писали?
– Обычную чушь – что она сует нос не в свое дело. Что женщине место у плиты, ну и все такое дерьмо.
– А последняя угроза, которая пришла в “Ричмонд таймс”?
Я жду ответа Сэма.
– “Ты не послушала и теперь пожалеешь”.
Я повторяю эту фразу Дэни.
– В точности те же слова сказал Лиам Кейн, – отвечает она.
Глава 23
Паркер резко обернулся и вскинул руку, прикрывая лицо.
– Полиция! – крикнул он.
Мужчина взмахнул металлической трубой, остановив ее буквально в волоске от головы детектива.
– Кто бы вы ни были, вы на частной территории без разрешения.
Мужчина подался вперед.
Полицейский быстро сделал два шага в сторону.
– Бросьте трубу, – сказал он, отчаянно стараясь, чтобы голос звучал спокойно.
Мясистый кулак мужчины еще крепче сжал кусок металла.
– Я сказал, бросьте трубу.
Паркер узнал в нем одного из громил Бакстеров, которые ошивались на стройке и якобы занимались охраной. Мужчина медленно повернулся и швырнул трубу в открытую дверь; металл с лязгом прокатился и остановился у подножия лестницы.
– Где Лиам Кейн? – спросил Паркер.
– Кто?
– Жалкий барыга, который проживает в этом очаровательном пентхаусе.
Мужчина презрительно усмехнулся.
– Здесь нет никого с таким именем.
Констебль Кук шагнула вперед.
– Насколько мы понимаем, он жил здесь со своей девушкой, Шерил Генри.
– Сука драная.
– Вы с ней знакомы?
Мужчина скривил губу.
– Они не платили за жилье. Съехали на прошлой неделе.
– Вы берете деньги за это место?
– Роскошная квартира-студия с собственной ванной.
Когда мужчина засмеялся, воздух засвистел в щели между его передними зубами.