Тот лишь молча смотрел на оппонента с выражением настолько явного превосходства во взгляде, что даже мне хотелось дать ему подзатыльник — чтобы не зазнавался.
— Я требую разговора с его величеством! — продолжил визжать Мейт.
— А то его величеству делать нечего, кроме как твои капризы выслушивать, — фыркнул Бэйв.
— Пригласить меня сюда было его желанием, если ты забыл!
Я остановилась рядом с Уной, и та взглянула на меня, а затем страдальчески закатила глаза, показывая, что этот спор длится уже довольно давно. И пока мы отвлеклись от крайне содержательного разговора двух конкурирующих за место под солнцем “организаций”, случилось нечто неожиданное.
Раздался громкий плеск, нас обдало брызгами, а затем — шквалом совершенно неподобающей брани от Мейта. Вслед за этим всё вокруг сотряс громкий хохот Бэйва. Мы с Уной повернулись к остальным: наставник вытирал слёзы с глаз, а Мейт стоял мокрый с головы до ног. С него текло, как с плохо отжатой тряпки, вокруг угасали искрящиеся вихри чужой магии.
— Какого… ты творишь? — завершил он тираду из нечленораздельных, полных возмущения звуков.
Арро встряхнул руки, закрывая вязь заклинания и вновь замер в уверенно-снисходительной позе.
— Какой же ты водный маг, раз не смог вовремя распознать перемещение моего контура, рождение заклинания и не успел это предотвратить? — проговорил он с ленивым упрёком.
— Холодно вообще-то! — ещё более обиженно воскликнул Мейт. — Я иду к дорху Ардеру. Он не может изменить всё накануне состязаний. Когда мы уже всё выстроили и отработали! Вы утомили меня своим самоуправством!
Он сделал всего шаг — и поскользнулся. Пятка поехала по намокшему песку, маг взмахнул руками, но Его успел подхватить под локоть Бэйв.
— Теперь ты понимаешь разочарование, когда тебя внезапно подставляют? Выкидывают за ненадобностью, после того, как использовали в своих целях? — процедил он на ухо Мейту, поддёрнув его поближе к себе. — Понял? Теперь можешь катиться куда угодно. Это вряд ли что-то изменит.
Тот высвободил рукав из его пальцев и, приняв исполненный достоинства вид, пошёл прочь. Но вряд ли Двэйн станет слушать его. Тем более сейчас он занят тем, чтобы вызволить Шерка из-под стражи, о чём и сообщил всем заранее.
Но альтернативно одарённый Мейт, видимо, считал себя достаточно важной персоной, чтобы ради него можно было пожертвовать драгоценным временем. А пока нам пришлось тренироваться без воздушника. И наш отряд теперь снова походил на бойца, которому парализует то одну, то другую конечность.
В какой-то миг мне стало казаться, что кто-то за нами наблюдает, но на площадку никто не выходил. Всем уже давно было известно, что в тренировки учеников Двэйна Ардера вмешиваться нельзя. Однако беспокойство не покидало меня до самого обеда. Я озиралась, но не могла понять причину странного ощущения.
Перед обедом Бэйв милостиво отпустил нас на отдых. Уна задержалась с ним, а я отправилась в комнату, собираясь выпить целый кувшин воды: после активного использования магии во рту обязательно пересыхало.
— Ой! — задумавшись, я налетела на кого-то, когда повернула к лестнице женского крыла.
Меня обдало ароматом подозрительно знакомых духов. Я подняла взгляд — и невольно отшатнулась. Что она тут делает?
— А ты всё трудишься на благо дорха Ардера? — спокойный, но вместе с тем явственно едкий голос Файоны проехался по нервам, как кусок пенопласта по стеклу.
Я приосанилась, оглядывая недолеоту с ног до головы. Судя по всему, приехала она недавно: ещё не успела переодеть дорожное платье — но уже зачем-то прогуливалась в той части замка, где не окажешься случайно. И не она ли наблюдала за нашей тренировкой?
Если так, то это настораживало.
— Я “тружусь” ещё и на своё благо, — ответила я невозмутимо. — И на благо всех жителей Империи.
Баронесса заинтересованно приподняла брови. Похоже, моей “патриотической” тирадой не прониклась.
— Я вот тоже, знаешь ли, решила приложить к этому руку, — она картинно возвела глаза к потолку. — Раз уж оказалась бесполезна для дорха Ардера. Очень досадно вышло.
Что-то теперь не похоже, что она сильно раздосадована. Хотя в храме, когда Двэйн разорвал зародившуюся связь, Файона едва в истерике не билась. Видимо, за эти дни нашла в себе силы успокоиться и всё обдумать.
— Наверняка у тебя ещё есть шанс стать леотой принца Слоанна. Ведь ты за этим сюда приехала?
— Не знаю, хочу ли я теперь становиться леотой его высочества, — сокрушённо покачала головой Файона. — Всё пошло не так, как я планировала. Так почему бы не изменить планы?
— Это всё прекрасно, но у меня нет времени болтать. Нужно отдохнуть и возвращаться к тренировкам.
Я с показным сожалением развела руками и направилась дальше. Файона повернулась следом за мной, и я каждым позвонком почувствовала, что сейчас она скажет мне что-то ещё.
— Знаешь… Ходят слухи — а у меня много знакомых — что когда тебя забрали в Грэйн, к Двэйну сразу приехала Алиша. Возможно, она до сих пор в Гитморе. Как думаешь, зачем замужней женщине навещать его?
Спина и плечи словно окаменели. Я страшным усилием воли сдержалась от того, чтобы обернуться. Баронесса тихо хмыкнула, явно недовольная моей реакцией, а вернее, её отсутствием — и пошла по своим загадочным делам.
Я же, стараясь не думать о её словах, почти неосознанно, словно солдатик, дошагала до покоев Двэйна. К счастью, он оказался внутри — как раз занимался разбором некоторых бумаг: его лицо выглядело сосредоточенным и даже хмурым.
— Эйли, — он коротко поднял на меня взгляд. — Тренировка уже закончилась?
— Вообще-то уже почти обед, — я посмотрела на каминные часы. — Или Бэйв должен был гонять нас до полного изнеможения?
Претемнейший вздохнул и встал из-за стола. Пальцами размял шею, пока шёл до огромного окна, через шторы на котором в комнату лился мутный свет. Я тут же пожалела, что вообще решила прийти. Веду себя, и правда, как ревнивая жена, которая, услышав сплетню, тут же бежит проверять её правдивость.
— Как Шерк? — начала я с животрепещущей темы.
— Император крайне расстроен тем, что случилось, — Двэйн снова повернулся ко мне. — Не только самой дракой на балу, но и тем, что противником Шерка оказался Мейт. В некотором роде задета гордость Тиэрнана — ведь он его пригласил. К тому же вся эта нелепая ситуация с разбитой дверью. И теперь кастелян императорского крыла Грейна настаивает на компенсации разрушений.
— Я бы сказала, что это мелочно, если бы те двери не выглядели такими дорогущими.
Двэйн усмехнулся, оценив иронию в моём голосе.
— Мне проще заплатить эту треклятую компенсацию, чем заниматься бессмысленными спорами. На них нет времени, — он хотел было вернуться за стол, но уточнил: — Ты пришла, чтобы узнать о Шерке, или соскучилась?
По его губам скользнула совсем другая — тёплая — улыбка.
Но после вчерашнего разговора, шутить на тему нашей связи мне совсем не хотелось. От нахлынувшей безысходности и растерянности внутри снова что-то ожесточилось.
— Я видела Файону. Она приехала сегодня.
— Многие гости ещё приезжают, — претемнейший, похоже, не слишком-то озадачился этой новостью. — Возможно, её всё же собираются отдать в леоты Слоанну. А раз так… Значит, ей придётся чаще появляться при дворе.
Я поглубже вдохнула, не понимая, отчего так волнуюсь.
— Она сказала, что к тебе приезжала Алиша, — голос предательски выдавал закипающее во мне раздражение. — Чего она хотела?
Двэйн не поторопился с ответом, словно ему вдруг понадобилось время, чтобы его обдумать. Он неспешно переложил на столе несколько бумаг, а затем поднял на меня бесстрастный взгляд.
— Чтобы задавать такие вопросы, ты для начала должна признать, что моя жизнь и то, что между нами происходит, тебя волнует. Иначе я имею полное право не отвечать на них.
— А разве это какой-то особенный вопрос? — пропыхтела я, чётко осознавая, что сейчас вот эта тяжёлая чернильница полетит ему в голову. — Я просто хочу знать, не касается ли её визит текущей ситуации. Такое ощущение, что всем вокруг есть дело до твоей и моей жизни. И все они через одного хотят чем-то навредить.