Двэйн, кажется, только что это заметил.
– Надо бы заказать для вас устойчивую к огню одежду, – задумчиво проговорил он, оценивая мой потрёпанный вид. – Иначе однажды вы рискуете остаться… В чём мать родила.
Я сразу представила себе внушительный костюм огнеборца, но всё же решила, что претемнейший имеет в виду нечто зачарованное, а значит, более изящное. Ещё немного о чём-то поразмыслив, Двэйн вздохнул, но не стал лишний раз изображать тирана.
– Переодевайтесь, только быстро.
– Как умеем! – ответила я бодро.
И позвала служанку – так будет быстрее. Всё то время, что я спешно умывалась и переодевалась, претемнейший провёл в гостиной, разглядывая лепные завитки на портале камина.
Затем мы отправились в совершенно неведомые глубины замка Гитмор. Я даже и не представляла, что он настолько… запутанный. Как будто в какой-то момент тот, кто планировал расположение внутренних помещений, сошёл с ума.
Сначала мы добрались до другой части замка, затем долго спускались, дальше – шли извилистым, слегка сырым коридором, напоминающим катакомбы, где располагаются пыточные. Очень «мило». Надеюсь, пытать будут не меня?
– Скажите, – вдруг спросил Двэйн, промолчав большую часть пути, – у вас есть подозрения, кто мог опоить вас на балу и подстроить всё то, что случилось дальше? Я не стал расспрашивать вас о подробностях, решил, что вам неприятно будет это вспоминать. Но и того, что мне рассказали Бэйв и Лия, оказалось достаточно, чтобы оценить случившееся.
Ну надо же, какая исключительная забота о моём душевном равновесии! То ли, несмотря ни на что, считает меня нежным цветочком, то ли боится, что я на эмоциях сожгу ему ползамка и оставлю без бровей.
Скорее всё же второе. Хорошие брови, жалко их.
– Я предполагаю, кто мог быть на это способен, – осторожно ответила я, не зная, куда это всё меня заведёт. – Но не думаю, что вам понравятся мои предположения.
– Только не говорите, что это я, – усмехнулся претемнейший.
– Смотрите, я ведь начну и вас подозревать. – Я коротко на него покосилась. – А вообще… Есть все основания предположить, что это был Уэн Мактал. Он не раз угрожал мне. И после того, как вы отказались содействовать его притязаниям, тоже.
Лёгкая усмешка сразу сошла с лица Двэйна. Он сдвинул брови, а его глаза потемнели до черноты туманной пропасти. Глянула бы прямо в них – точно закружилась бы голова. До сих пор не знаю, что на самом деле таит в себе этот мужчина. И не уверена, что хочу знать.
– Впредь всегда рассказывайте мне, если будет случаться что-то подобное! Всегда!
Я не стала ничего отвечать, и ему это явно не понравилось. Сама буду решать, что рассказывать, а что нет!
Скоро мы вошли в одну из комнат, что располагались в этой мрачноватой части Гитмора. Похоже, совершенно нежилые да и, признаться, абсолютно непригодные для жизни. Внутри тоже было сумрачно, окна закрывали обшарпанные ставни, мебель покрывали чехлы, только один стол и кресло были открыты.
В нём-то с самым недоумевающим видом сидел Уэн Мактал. Похоже, он уже догадался, что разговор его ждёт вовсе не деловой, но ещё пытался сохранить привычную самоуверенность. Его охраняли два стражника у двери. И они сразу вышли, как только увидели Привратника.
Делец окинул Двэйна озадаченным взглядом.
– Что-то я не совсем понимаю, дорх Ардер, что за таинственность? – Затем взглянул на меня и расплылся в улыбке. Видимо, решил, что раз я тут, значит, он в безопасности. Очень ошибается! – Лиэса О’Кин, я крайне впечатлён вашими магическими умениями. Даже не подозревал…
Двэйн громыхнул стулом, прерывая его льстивую тираду.
– Скажите, к каким методам вы готовы прибегнуть, чтобы добиться своего? – прямо спросил претемнейший, остановившись по другую сторону стола.
Я замерла в стороне, наблюдая за происходящим и сама ещё не совсем понимая, к чему это всё идёт.
– Я привык идти к поставленной цели многими путями, дорх Ардер. Если это оправданно. Но сейчас пока не возьму в толк, что вы имеете в виду? Если от меня для вас требуются какие особые и секретные услуги… Я готов выслушать вас со всем вниманием.
Он даже позволил себе ещё раз улыбнуться, но улыбка, дрогнув, сползла с его лица, как не успевшая высохнуть краска.
– Нет, вопрос тут в другом, – Двэйн пошевелил какие-то бумаги на столе. – К сожалению, я вынужден подозревать вас в самых низких намерениях относительно лиэсы О’Кин. И не могу оставить это без внимания, ведь она моя ученица и помощница. На вчерашнем балу случилась одна гнусная неприятность. Которая могла окончиться весьма плачевно. И боюсь, вы в её исходе были заинтересованы больше других.
– Я не… понимаю, – развёл руками Мактал, покосившись на меня. – Совершенно не понимаю, о чём вы, дорх Ардер. Думаю, лиэса О’Кин нарочно могла оговорить меня. Признаться, мы до сих пор не сходимся с ней во мнениях по некоторым вопросам. Но я готов бороться за её благосклонность! Сколько угодно долго!
Какой благородный, с ума сойти можно! Где там нимб над его головой? Не вижу. Что-то в глаз попало… Ах, это же лицемерие, точно!
Ведь вся борьба этого пылкого кавалера до сих пор сводилась только к шантажу и угрозам.
– Вы выбрали неправильные методы, – заметила я. – Это признала бы любая девушка на моём месте.
Уэн уже открыл было рот, чтобы возразить, но его опередил Двэйн.
– Вы велели опоить её? – перешёл он к главному. – И отвести в комнату, чтобы затем исполнить некоторые свои, думаю, не самые чистые планы, тоже. За такие планы, признаться, я прямо сейчас готов оторвать вам нечто ненужное. Но боюсь, у вас этого и так нет, потому что, если я прав, вы не мужчина!
Претемнейший хищно улыбнулся, и даже мне не по себе стало.
– Знаете, мне некоторым образом оскорбительно слышать всё это! – вскипел Уэн. – Я никого не опаивал. Да, я могу порой поступать жёстко. В делах бизнеса. Но…
– Если я правильно помню, вы не прочь были уничтожить мою репутацию? – не выдержала я. – Чтобы опустить меня до своего уровня. Отличный способ! Ведь опороченной девице некуда будет деваться, только сдаться на милость благодетеля?! Так?
А Уэн Мактал только глаза выпучил, слегка побагровел и дёрнул кадыком.
– Это клевета! – выплюнул он на удивление спокойно. – К этому я не имею никакого отношения!
Похвально! Просто браво! Если бы он не умел так быстро брать себя в руки, вряд ли ему удавались бы многие деловые разговоры.
– Я допрашивал того гарсона, который подал Эйлин злосчастный бокал, – продолжил Привратник. – Его удалось отыскать. Его заметили некоторые гости и запомнили этот момент, как и его лицо. К слову, он собирался отказаться от работы в Гитморе и потихоньку уехать. Наверное, получил немалую сумму на проживание. Также он указал на служанку, которая передала ему бокал с зельем. Оказалось, что среди домашней прислуги её никто не знает! Её наняли нарочно на один только вечер, провели в замок, и… Вы ещё можете признаться сами.
– Я не понимаю… – вздохнул Мактал и потёр переносицу пальцами.
Так устало и обречённо, что на какой-то короткий миг я даже поверила, что это не он. Мало ли кому могла прийти в голову подобная гадость! Да той же Гленне! Но по понятным причинам Двэйн не желает копать в этом направлении. А может, пока держит некие козыри при себе…
Но миг сомнения был очень коротким – почти сразу мне снова стало мерзко при виде одного только его лица.
– И всё же, – надавил Ардер.
Я, кажется, только и успела, что перевести взгляд с него на Мактала, как вдруг что-то случилось. Делец вздрогнул и напрягся, как будто из сиденья кресла выскочили шипы и вонзились ему в мягкое место. Двэйн упёрся ладонями в стол и наклонился вперёд, щуря глаза. Его губы беззвучно шевельнулись.
Мактал вцепился в подлокотники побелевшими пальцами и заскрёб по ним ногтями, явно пытаясь что-то сказать, но не в силах выдавить и слово. Он открыл рот, кашлянул, и из его горла вырвался полупрозрачный сгусток тьмы.
Что происходит?!