Николаев прогуливался на ВДНХ, где ему дышалось легче всего, либо рядом, в Ботаническом саду, и кто надо, знал, что там его можно встретить и переговорить в неформальной обстановке. Обычно это были всякие непризнанные изобретатели, и искатели справедливости и многим из них Виктор действительно помогал, а пару раз просто дал денег, потому как проблема элементарно решалась финансовой помощью. Для такого дела у него в кармане была пачка липовых расходных ордеров, чтобы человек думал, что получает деньги от государства.
Дамы тоже бывало подходили, но им обычно не хватало скорости. Пока она колебалась между собственными желаниями и правилами приличия, Виктор обычно уже уходил из зоны поражения.
И уж чего Виктор не мог ожидать, что человеком, который покажется из-за поворота в окружении пары дам, будет сам адмирал флота СССР Сергей Георгиевич Горшков в белоснежном летнем костюме, белой рубашке, и светло-коричневых туфлях. Об этом человеке он знал довольно много и в прошлой жизни и в этой, как знал, что многое сделанное им для флота, критиковалось морскими офицерами, и вполне заслуженно. Но конечно главной причиной такой встречи была докладная записка Брежневу о перспективах развития Флота СССР. В короткой записке, Николаев обосновал своё непонимание огромными тратами на флот, который не в состоянии выполнить ни одной задачи кроме защиты побережья, с чем вполне могли справиться наземные силы. Даже атомные подводные лодки, не в состоянии блокировать транспортные пути, или к примеру реальный флотский бой. Потому, как и в количестве вымпелов и в ударной мощи, американский флот превосходи все флоты СССР даже если их собрать в одну кучу. Прочитав докладную, Брежнев был в ярости. Флот вообще не дешёвая штука, а флот Советского Союза ещё и расколотый на пять частей, и почти совершенно бессмысленная. Стратегические бомбардировщики с крылатыми ракетами на борту, поддержанные спутниковой группировкой, могут нанести авианосной группе противника урон куда больший чем атака флота. Если конечно не говорить об атомной войне. Но там будет уже не до флотских проблем.
Генеральный секретарь КПСС вызвал Горшкова и задал ему тот же вопрос. Для чего Союз тратит миллиарды рублей, на флот? Какую задачу из гипотетически возможных или текущих, флот в состоянии выполнить? Нанесение ядерного удара? С этим прекрасно справятся и континентальные РВСН. Защита побережья? Проще создать береговую охрану, или просто усилить Морские части погранвойск КГБ.
Естественно адмиралу рассказали, кто был автором разгромной докладной по поводу Флота, и первым желанием Горшкова было пойти и лично разобраться с наглым мальчишкой. Но те же люди охладили его желание, рассказав, что мальчишка вполне может свернуть шею, даже опытному диверсанту, а уж вполне пожилому мужчине с лёгкостью, и не стоит искушать судьбу и махать кулаками. А лучше проработать докладную и последовательно ответить по всем пунктам, для чего привлечь соответствующие отделы флотских штабов.
И тут как-то вдруг выяснилось, что всё написанное в докладной — правда. И то, что вместо понятной и взаимозаменяемой линейки однотипных кораблей на флоте, целый «зверинец», который ещё и мало совместим по ударным средствам, радиовооружению, и общекорабельному оборудованию[69]. И что это, внезапно, очень мешает нормальному снабжению, внося сумятицу в и так неидеальные флотские дела. И что строя максимально универсальный флот, СССР получил нечто предельно аморфное не способное выполнить ни одну из задач в полном объёме, кроме нанесения ракетно-ядерного удара. Но зачем тогда остальной флот?
И вот этот вопрос поставил в тупик всех флотских аналитиков. Контролировать проливы и узости Большого Транспортного Коридора Азия-Европа, флот СССР не в состоянии. Тупо не хватит кораблей, нет авианосцев способных держать большую территорию, нет авианосных групп способных как волчья стая загрызть противника тупо передавив его массой залпа. Стало быть, нужно искать какие-то другие задачи для столь разномастной и разорванной флотской группировки, кроме демонстрации бескозырок и клёшей, на набережных приморских городов.
И вот это был самый чувствительный удар по нежной и чувствительной флотской душе — понимание что нахрен они не сдались в текущей политической обстановке. Дешевле и проще посадить десантуру на самолёт и выбросить их хоть в Африке хоть в Южной Америке, чем медленно и печально тащить стальные утюги по морям-океанам.
Нужно было срочно рожать концепцию применения флота в текущих реалиях, а как это сделать если вместо рабочего политического инструмента у тебя сборная солянка из кораблей всех времён и народов, от дореволюционных[70], до трофейных.
В итоге флотские родили большой и неудобочитаемый документ на ста страницах, с диаграммами, фотографиями и картами, который вспыльчивый адмирал едва не затолкал авторам в нештатное отверстие.
— Вот как нужно работать! — Он тряс докладной Виктора, перед лицами штабников, и вдруг успокоившись выгнал всех из кабинета и поднял трубку.
И вот через три дня, после скандала в Главном Штабе флота, адмирал шёл с двумя интересными дамами, навстречу Виктору. Одна высокого роста, стройная и подтянутая, явно спортсменка, с короткой стрижкой светлых волос, одетая в розовое муслиновое платье и модные туфли — лодочки, а вторая — стройная, но с, среднего роста, с густой копной рыжих волос одетая в лёгкий брючный костюм белого цвета, и такие же белые туфельки.
Сергей Георгиевич был вдовцом, и временами позволял себе знакомство с дамами, которые скрашивали его одинокие вечера.
— Товарищ Горшков. — Виктор учтиво поклонился. — Дамы…
— Вот, Вера, и Катерина, хочу представить вам Виктора Николаева. Молодого, но очень перспективного юношу, который несмотря на возраст, уже занимает такую должность и решает такие проблемы, которые мне в его возрасте даже не снились.
— Вера Игнатова. — Представилась блондинка.
— Катя Симонова. — Рыженькая чуть склонила голову, красиво изогнув точёную шею.
— Виктор, мы признаться уже давно гуляем, и хотели бы уже пообедать. Вы, надеюсь составите мне компанию?
— Разумеется. — Виктор коротко поклонился. — Здесь есть неплохое заведение «Золотой Колос».
— Нет-нет. — Адмирал покачал головой. — Нас уже ждут в ресторане на Водном Стадионе. Обещали какую-то совершенно фантастическую уху, и другие изыски.
Ехали в машине адмирала, новеньком ещё пахнущей краской и кожей ЗИЛ-117. Впереди шла Волга с охраной адмирала, микроавтобус с охраной Виктора, за ним ЗИЛ, Линкольн, и ещё один микроавтобус.
— Кстати, у нас есть хороший повод. — Адмирал улыбнулся. — Виктору недавно присвоили звание подполковника, а он насколько я знаю не проставлялся.
— Товарищ Куликов сказал, при случае. — Виктор тоже улыбнулся. — Видать его тоже закружило. Сейчас прям у всех срочные дела. Не продохнуть.
— А вы, Виктор, чем занимаетесь? — Поинтересовалась рыженькая Катерина, задумчиво наматывая рыжую прядь на пальчик, и с каким-то странным выражением рассматривая кобуру видную из-под полы пиджака Николаева, и звезду Героя на груди.
— Скучнейшими вещами, милые дамы. Скучнейшими. — Виктор вздохнул. — Сводки, цифры, анализ…
— А ещё время от времени ставит в третью позицию маршалов, и адмиралов. — Сергей Георгиевич жизнерадостно рассмеялся. — Но это ещё полбеды. А вот гражданским начальникам достаётся куда сильнее.
— Вы, товарищ Горшков явно преувеличиваете мою значимость. — Виктор усмехнулся. — Просто так по времени совпадает.
— Ладно, давай уж, меня по имени-отчеству, называй. — Проворчал адмирал. — А то я чувствую себя как на отчётно-выборном собрании.
— Тогда и вы меня по имени. — Предложил Виктор, и они обменялись крепким рукопожатием.
Водитель передовой машины включил проблесковый маячок и завидев такой кортеж, милиция расчищала дорогу и до Водного Стадиона доехали очень быстро.