– Куда мы идём? – спросила она, опираясь на руку, спрятанную под рукавом плаща.

– Мы почти пришли. – Они подошли к большой тёмной двери, рядом с которой стояли два солдата. М. кивнул им, и один из них тут же открыл дверь в комнату.

Перед Клэр возникла большая библиотека. Первое, что бросилось в глаза, – это невероятно высокие деревянные стеллажи, плотно заставленные книгами.

Свет из высоких окон рассеянными лучами проникал в зал и ложился на книжные корешки. Клэр не была страстным любителем чтения, но даже она при виде этого книжного царства пришла в изумление.

– Бог мой! – вырвалось у неё, как только она оказалась внутри.

– Эта библиотека собиралась десятилетиями. Здесь есть книги, которые когда-то были написаны от руки. Редчайшие экземпляры со всего мира.

– Это невероятно! – Клэр оборачивалась и кружилась вокруг себя, жадно осматривая всё.

Толстые и тонкие, потрёпанные и совсем новые, коричневые, синие, бежевые… Каждая книга занимала определённое место в этой коллекции. М. недолго любовался горящими глазами своей спутницы. Он целенаправленно прошёл вперёд к одной из полок и, проведя пальцем по ряду книг, выбрал одну из них. Клэр отвела взгляд от сказочного изобилия литературы и заинтересованно стала следить за М. Его движения казались такими простыми, но в то же время она находила в них шарм. Клэр на расстоянии чувствовала его мужскую силу. Властную. Неприступную. Уверенность в том, что он не причинит ей вреда, стала сильнее.

Глядя на него, она чувствовала, как в груди становится всё меньше воздуха. Тело бросило в жар. Клэр никак не хотела сознаваться перед собой в том, что этот мужчина возродил в ней прежние чувства. Ни к кому, кроме Мишеля, Клэр не испытывала такого. Она убеждала себя, что после его гибели ей больше не суждено кого-то полюбить.

Когда М. обернулся и пошёл в сторону Клэр, она опустила глаза на его маску, лишь бы не встречаться с ним взглядом. Не сделай она этого, выдала бы свои чувства.

– Книга небольшая, но она содержит историю о царе Эдипе, которая вас так заинтересовала.

Клэр приняла книгу из его рук без каких-либо раздумий.

– Благодарю.

– Надеюсь, что вам понравится. Теперь прошу меня простить, дела.

– Конечно.

М. проводил Клэр до коридора, где располагалась её комната, и, коротко поклонившись, быстро исчез.

Перестав наконец провожать взглядом чёрную фигуру, она неспешно вошла в спальню. Оторвав взгляд от пола, Клэр увидела сидящего в кресле Франсуа с весьма недовольным выражением лица.

– Что ты здесь делаешь?

– Как ни странно, жду вас, мадемуазель. Не потрудитесь ли объяснить, где вы были?

– Почему-то, Франс, прошлой ночью тебя это не волновало. Я пошла к тебе в комнату, но она была заперта. Я была одна в тёмном коридоре незнакомого мне дворца. Я услышала шорох и, испугавшись, кинулась обратно в свои покои, но врезалась в колонну и практически потеряла сознание. К счастью, тот мужчина в маске, что вечно крутится около императора, проходил рядом. Он помог мне. Вызвал лекаря.

– Он был в твоих покоях ночью? – Франсуа оскалился, а его рассерженный взгляд впился в Клэр. Он резко поднялся с кресла, глядя на окружающие его предметы. Казалось, что лишь пара мгновений отделяет его руки от лихорадочного хаоса и разрушения.

– Он оказал мне помощь! По вашему мнению, ему следовало бросить меня без сознания? – Клэр боялась его агрессии, но не подала и малейшего вида, так же нахмурив брови.

– Где же вы были сейчас?

– В библиотеке. – Клэр демонстративно вытащила из-за спины книгу.

– «Царь Эдип»? – скорчился он в усмешке. – Ничего более глупого вы не могли выбрать?

Он сделал пару шагов к ней. Его лицо пугало, а глаза смотрели так дико, словно к Клэр навстречу крадётся опасное хищное животное. Он с лёгкостью забрал книгу из её рук, швырнул раздражённо на пол.

– Что вы делаете? – воспротивилась Клэр, когда заметила, как его губы приближаются к её лицу.

– Мне кажется, мадемуазель, что мы очень часто ссоримся. Жениху и невесте нужно больше времени проводить в постели, нежели в ссорах. Вы не находите?

На какое-то время Клэр почти поддалась этому чувству. Франсуа провёл холодной рукой по её лицу и шее, отчего Клэр в мгновение пришла в себя.

– Нет! Убери руки, – чуть прикрикнула она, сделав пару шагов назад, и коснулась спиной двери.

– Что ж… Я не монстр. Достаточно того, что вы до сих пор считаете, будто я принудил вас в первую ночь. Но знайте, что официально ваша честь принадлежит мне, и в глазах императора Франции и его приближённых вы обязаны хранить её.

– Только не думайте, что я ваша собственность. Это не так!

– Вы, как и я, принадлежите императору Александру. Покажите Наполеону его кольцо. Мы достаточно ждали.

С этими словами Франсуа ушёл.

Клэр рассматривала в зеркале своё бледное лицо. Рыжие пряди волос на его фоне казались ещё ярче. На шее по-прежнему висел шнурок с кулоном в форме клевера. Фамильный герб Равниных. Она взяла его в руки и задумчиво принялась вертеть из одной стороны в другую.

– Прости меня, – прошептала Клэр, когда её мысли о покойном Мишеле вдруг сменились на мысли о живом незнакомце в маске. Клэр презирала себя лишь за мысль о том, что её чувства могли возникнуть к другому. К человеку без лица… Она восстанавливала в памяти их первую встречу, когда М. и она столкнулись в коридоре. Его грозный взгляд ещё тогда прожёг ей душу.

Чтобы прогнать сжимающую грудь тоску, Клэр развлекла себя чтением «Царя Эдипа». Разумеется, трагедия была на французском, что делало знакомство с творчеством Софокла немного тяжёлым. Однако уже через полчаса страницы перелистывались одна за другой. Тонкие, пожелтевшие, имеющие свой неповторимый запах. Клэр изредка отвлекалась от чтения, подносила книгу ближе к лицу и вдыхала дурманящий аромат.

Произведение не было большим. Некоторые незнакомые слова Клэр пропускала, переходя к следующему действию.

В дверь постучали. Клэр тут же встала со стула, отложив практически прочитанную книгу, и подбежала, чтобы открыть.

– Доброго дня, мадемуазель, – пропела тонким голоском темноволосая маленькая женщина, пышногрудая и курносая.

– Добрый, – вопросительно взглянула Клэр.

– Мне приказано быть подле вас и помогать, когда в этом есть необходимость.

Клэр тут же вспомнила про милость Наполеона.

– Ах, да! Император говорил, что пришлёт кого-то. Прошу, входите.

Женщина немного растерялась, но после настойчивого жеста Клэр всё же вошла в комнату.

– Меня зовут Жюли. Теперь всю почту и иные ваши распоряжения вы можете передавать через меня. Если вам нужно купить платье, что-то заштопать, обращайтесь ко мне. Также теперь я буду приносить вам еду и помогать с гардеробом.

– Я рада, что теперь с кем-то смогу разговаривать о женских заботах. Меня зовут Клэр. – Жюли поклонилась и маленькими глазками снова уставилась на Клэр. – Хочу отблагодарить императора за его внимание. Сможешь разузнать для меня, где он сейчас?

– Он, мадемуазель, только что вернулся в Тюильри. До сих пор находился в своём кабинете.

– Благодарю, Жюли.

На этот раз Клэр не надела перчаток.

Нарочно, чтобы наконец представить Наполеону кольцо. Робко постучав в дверь императора, она услышала звонкий голос, разрешающий ей войти. Бонапарт сидел за своим столом и что-то вырисовывал на картах. Подняв глаза на Клэр, он радостно поднял уголки губ и отложил в сторону всё, чем занимался.

– Мадемуазель! Мы не успели попрощаться, как вы вновь почтили меня своим присутствием. Чем обязан вашему скорому появлению?

– Сир, я хотела поблагодарить вас за внимание ко мне.

– По всей вероятности, к вам уже пришла камеристка? – сказал он, не ожидая от Клэр ответа. – Клэр, мне льстит тот факт, что вы пришли поблагодарить меня за эту малость.

Наполеон вышел из-за стола и направился к ней, протягивая свою руку. Клэр невинно улыбалась, в то время как страх сковывал её движения. Она протянула свою правую руку с кольцом и внимательно стала ждать реакцию императора.