– Это ты подожгла?! – Человек навалился на меня, прижимая меня к стене. – Ты через забор лезла?

– А… – Придумать ответ я не успела, слишком стремительно развивались события.

Человек, приставивший мне нож к горлу, вдруг издал странный хрип, навалившись на меня ещё сильнее, и его глаза выпучились так, что я даже и не подозревала, как такое вообще возможно. После чего он сполз куда-то вбок и рухнул на пол. Нож проехался по моей шее, к счастью не разрезав кожу. Из-под упавшего тела начала медленно расползаться лужа крови. А прямо напротив меня обнаружился мужчина с обнажённым мечом. Я пискнула и попыталась отпрянуть, забыв, что за мной стена и двигаться некуда.

– Он здесь? Его высочество? – отрывисто спросил неизвестный, и я ошалело кивнула. – Где? В подвале на кухне?

– Н-наверное…

Мой избавитель, больше ни о чём не спрашивая, выскочил через дверь в коридор. Нужно было сматываться, ведь теперь я могла с чистой совестью переложить ответственность за спасение принца на этого невесть откуда взявшегося помощника. Но я, как дура, побежала следом, перепрыгнув через тело напавшего на меня, по коридору и в кухню, где мечник, не раздумывая, рванул крышку подпола в углу и исчез внутри.

– Тайрен, мы же договорились! Что ты ничего не будешь делать без меня! А ты что? А если бы тебя прикончили?!

– Да ладно тебе, – отмахнулся державшийся за затылок принц. – Всё ведь обошлось.

– А если бы нет?! А если бы тебя просто прирезали в том переулке? Хорошо, я хоть знал, в каком доме они гнездо устроили! Да и то, если бы не она, – мечник махнул рукой в мою сторону, – я ещё Небо знает сколько сомневался бы, нужна тебе помощь или нет!

– Но если бы я стал тебя дожидаться, мы их точно упустили бы!

– Мы их так и так упустили.

Тайрен поморщился и потёр пострадавший затылок.

Мы все трое успели покинуть таверну до того, как туда вломилась наконец-то объявившаяся стража. Теперь принц сидел на ступеньке какого-то домика в небольшом переулке, мечник хлопотал вокруг него, выясняя, велик ли ущерб, нанесённый принцевой голове, а заодно отчитывая его высочество, а я топталась рядом. Мысли уже давно пришли в порядок, и искушение смотаться становилось всё сильнее, но когда я сделала робкий шаг в сторону, мечник тут же повелительно окликнул меня:

– Подойди-ка сюда! Подержи, – и вручил мне свой меч в ножнах, которые почему-то не пристёгивались к поясу.

Теперь я поняла, что за палку нёс один из тех, кто напал на принца. Пришлось остаться, тем более принц знал меня в лицо, и, если он вздумает доставить мне неприятности, побегом я себя не спасу.

– А кто это был? – робко спросила я у мечника, выбрав момент, когда они наконец замолчали.

Стоило бы помолчать и мне, так как, судя по тому, как этот человек зовёт его высочество на «ты» и по имени, он и сам птица не низкого полёта. Но любопытство оказалось сильнее здравого смысла.

– Кто их теперь разберёт, – устало отозвался тот. – Не то фальшивомонетчики, не то… – Он произнёс какое-то слово, которое я не поняла. – Мы так и не выяснили толком. Ясно только, что какая-то… – Он снова сказал незнакомое слово, которое я для себя перевела как «банда».

– Теперь уже и не дознаешься, – добавил Тайрен. – Либо их стража повяжет, если увидит что-то подозрительное, либо, если не увидит, они сами скроются. Ты прав, мы их упустили.

Мои губы сами собой сложились в крайне скептическую гримасу. Вам, ваше высочество, заняться больше нечем? Или столичная стража настолько мышей не ловит, что августейшие особы вынуждены сами выслеживать преступников?

Между тем мечник наконец повернулся ко мне и впервые за всё время, прошедшее с момента встречи, посмотрел прямо на меня. Я тут же постаралась придать лицу максимально нейтральное выражение.

– А ты, собственно, откуда тут взялась? – спросил он.

Он был невысок даже по местным меркам – лишь чуть выше, чем мне по плечо. Лицо было ничем не примечательно, и я не была уверена, что узнаю его, встретив в другой обстановке.

– Как ничтожная служанка уже говорила его высочеству, – я присела, – я вышла погулять по городу.

– Н-да? Слышишь, Тайрен, у тебя во дворце завёлся единомышленник.

– Говорит, что не шпионит, – задумчиво произнёс принц.

– Наверное, правду говорит, – постановил мечник. – Если бы её величество хотела за тобой проследить, то послала бы кого-нибудь менее заметного. Только что с ней теперь делать?

Под двумя изучающими взглядами я почувствовала себя очень неуютно. И, чтобы отвлечь их от этого животрепещущего вопроса, спросила:

– Если мне будет позволено задать вопрос… Что такое… – И я, как смогла, воспроизвела первое из непонятных мне слов. Видимо, плохо воспроизвела, так как брови мечника взмыли вверх:

– Чего?

– Ну, вы сказали – фальшивомонетчики или…

– А! Контрабандисты? Это те, кто незаконно перевозит и продаёт товары.

– Запрещённые?

– Запрещённые. Или разрешённые, но не им, или разрешённые в меньшем количестве.

– В каком смысле?

– В смысле – торговцы же делятся на ранги и ежемесячно отчитываются о размере имущества. В зависимости от этого им и разрешается торговать – кому-то больше, кому-то меньше. И налоги платят в зависимости от этого – чем больше наторгуют, тем больше платят. Но иные хотят продавать больше, чем им позволено, и часто такие товары, которые не разрешены для торговли или разрешены немногим. Зерном там, железом, благовониями…

– А зерном нельзя торговать? – удивилась я.

Мечник не ответил. Тайрен же посмотрел на небо:

– Который час, как думаешь?

– Да уж, наверное, час кролика идёт… А нет, вот как раз сейчас бьют, слышишь?

Издалека действительно донеслась гулкая барабанная дробь. Короткое вступление и четыре одиночных удара: бум! бум! бум! бум!

– Пора возвращаться. – Принц поднялся со ступеньки, скривился и снова взялся за затылок.

Я же тем временем переваривала новые сведения об этом мире. Ничего себе ограничения, с ежемесячным отчётом! Прямо чем-то социалистическим повеяло, но при социализме вся торговля, кроме самой мелкой, была государственной. А тут – серединка на половинку. Прибылью дразнят, но получать её не дают.

– Дайте-ка я догадаюсь, – скорее себе, чем им, сказала я. – Контрабанда – бич империи.

– Верно. – Тайрен посмотрел на меня: – А почему ты так решила?

– Но это же очевидно, ваше высочество. Если люди хотят покупать и продавать, а им не дают – они будут делать это тайно.

– Мало ли кто что хочет. Разбойники вон хотят грабить и убивать – и не важно, делают они это открыто или тайно, место им на… – Это слово я тоже не знала, но догадаться о смысле было не трудно.

– Это другое, ваше высочество. Когда разбойник грабит и убивает, имеется пострадавшая сторона. А здесь – выгода всем. У одного – деньги, у другого – нужный ему товар, и все довольны. А государство теряет прибыль, которую могло бы получить в виде налогов и пошлин.

– Кхм! – напомнил о себе мечник и наконец отобрал у меня свой меч. – Если у тебя есть охота обсуждать государственные дела с женщинами, можешь в любой момент позвать любую из своих наложниц. А сейчас нам пора идти.

– Ты прав, Кей. – И его высочество кивнул мне: – Пошли.

Ослушаться прямого приказа я не посмела и поплелась следом за ними через лабиринт улиц.

Улицы, впрочем, были как на подбор прямые и довольно широкие. Всё говорило о том, что город застраивался не как попало, что было типично для средневековых европейских поселений, а по чёткому плану. Но я слишком устала, чтобы размышлять об этом, и слишком много всего на меня свалилось за эту ночь. Умеренно авантюрная прогулка вылилась во внезапную спасательную операцию, убийство, происшедшее у меня на глазах, и куда более близкое знакомство со вторым лицом государства, чем мне того хотелось бы. А ведь перед этим был ещё довольно насыщенный день и проведённый на ногах пир.