Свободное место отыскали не без труда. Устроившись у окошка под керосиновой лампой, принялись ждать полового. Подошедший молодчик в белой холщовой рубахе с закатанными рукавами и плисовых шароварах спросил:

– Вечер добрый, господа честные! Чем ужинать изволите? У нас сегодня стерлядь паровая с огурчиками бочковыми да расстегаи с визигой – тесто как пух, на дрожжах французских замешано. А может, судачка по-царски – в шампанском, с раковыми шейками? Икорка свеженькая – зернистая астраханская, паюсная, к ней блины на сале свином…

– А не рыба есть? – Варя приподняла брови, играя роль простолюдинки.

– Как же не быть-с! Барашек молочный на вертеле – только что с углей, с дымком. Говядина тушеная по-боярски – с черносливом да корицей. Кулебяка четырехугольная – в ней три яруса: капустка, гречневая каша с печенкой да яички рубленые. А на закусь – солонинка с хреном, огурчики муромские, груздочки соленые…

– Давайте ребрышек да кулебяку, – кивнула Варя, облизнувшись.

– И бульончик крепкий с потрошками да кореньями, – добавил Митя, вспомнив, как в детстве его лечили таким после простуды. – С гренками белыми.

– Сию минуту, судари мои! – половой щелкнул пальцами. – Самоварчик прикажете? Сейчас первый сорт из Тулы привезли – «баташевские», с медалями! А может, сбитню горячего? Или кваску боярского – на изюме, с мятой?

– Квасу на двоих, – велела Варя.

Половой радостно кивнул и юркнул в кухню, оставив после себя запах лука и лаврового листа. Заведение гудело, как улей: звон ложек о фаянсовые миски, чавканье, сдержанный смех. Из кухни доносилось шипение на раскаленной сковороде – кто-то заказывал «телятину по-монастырски» с хрустящей корочкой.

Заведение гудело голосами, пропитанное ароматами жареного мяса и свежеиспеченного хлеба. Если не вдумываться в происходящее, могло показаться, что жизнь здесь течет мирно и размеренно. Но Митя уловил едва заметное напряжение в позе Вари – ее пальцы судорожно сжимали край стола, а взгляд беспокойно скользил по залу. Она явно проверяла присутствующих на признаки магического вмешательства.

Рука Мити машинально потянулась к карману с трубкой, но резкий взгляд ведьмы остановил его:

– Одни мы тут. Не выказывай лишнего беспокойства.

– Да я и не беспокоюсь, – Митя нарочито расслабленно откинулся на спинку венского стула, заставив ее скрипнуть.

Он мысленно упрекнул себя за нервозность. Ведь правда – сколько в этом городе может быть магов? Десяток, от силы два. Да и те вряд ли станут обращать внимание на двух неприметных посетителей кухмистерской.

В этот момент дверь с грохотом распахнулась, впуская порцию холодного ночного воздуха. На пороге, заслонив собой свет уличных фонарей, стоял Егор.

Оглядевшись по сторонам, он прошел к половому, который как раз обслуживал столик неподалеку от центра зала. Следом за ним вразвалочку проследовал Чухов, поводя носом, точно охотничий пес, и привычно щуря глаза.

Митя словно окостенел. Ему почудилось, что вот сейчас Егор повернется в их сторону, увидит его и сразу же, в то же мгновение, узнает. А после что? Видимо, подойдет, и придется объясняться, отчего Митя тут, а не дома, и как вышло, что Стешка не в курсе, и еще множество вопросов, на которые Митя едва ли подберет подходящий ответ без лукавства.

– Матвей! – Варенька пнула его под столом, заставив обратить на себя внимание. – Матвейка, – повторила она, улыбаясь незнакомым лицом, – ну чего уставился на полицейских-то? Не мешай людям работать, мало ли куда они зашли, а ты прямо глаз не сводишь.

– А, да, конечно, – пробормотал Митя и принялся разглядывать скатерть на столе перед собой.

Егор меж тем, переговорив о чем-то с одним работником, пошел к другому, но и там задержался ненадолго. Затем еще раз оглядел всех, подошел к одному столику, ко второму, ненадолго задержался там и вдруг направился прямо к столику у окна, что занимали Варя и Митя.

Сердце екнуло. Все сбывалось.

Меж тем Егор остановился подле них, коротко кивнул:

– Иконин, ведущий сыщик Крещенска. Извините за беспокойство, но, может, вы видели этого молодого человека? – И Егор продемонстрировал фотокарточку. С нее на Митю глядел юнец, сразу было ясно, что тот задира: дерзкий взгляд, надменно оттопыренная нижняя губа, волосы прямые, почти до плеч, на щеке крупная родинка.

Варенька удивленно захлопала ресницами:

– Извините, ничем не можем помочь. Мы с братом только нынче прибыли и еще города не видели, не то что людей. Да, ведь, Матвейка?

Митя кивнул, боясь выдать себя голосом.

– Но ежели такого увидим, так непременно скажем, – заверила Варенька, кокетливо касаясь прически.

– Благодарю вас. И еще раз извините, что доставил неудобства.

Егор уже хотел уйти, но Митя не сдержался:

– А что парень натворил? – произнес он, добавляя хрипотцу в голос.

Варенька неодобрительно зыркнула на него, но смолчала.

– Сей юноша пропал. Ищем, – лаконично ответил сыщик и удалился.

Варя, проводив его взглядом, дождалась, пока и он, и Чухов покинут кухмистерскую, и лишь после накинулась на Митю:

– Вот надо было тебе вопросы задавать, а?

– Прости, перенервничал. Все время казалось, что узнают, – бывший маг дернул плечом.

– И оттого ты решил заговорить, чтоб уж точно? – уточнила ведьма. – Ладно, горе луковое. Считай, прошли проверку на славу. Я так понимаю, это твой знакомый?

– Друг, – подтвердил Митя.

– А интересные у тебя друзья, – Варя задумчиво застучала пальчиками по столешнице. – Интересно, знает ли господин сыскарь, что на него чары накинуты? Легонькие такие, а все ж от беды отведут. Мастерица плела.

– Так он со Стешкой встречается, – пояснил Митя. – Удивительно было бы, если б она не подстраховалась.

– Несанкционированные магические вмешательства, между прочим, – Варя глянула на друга. – Но не переживай, докладывать не стану. Мы здесь не затем. Вот, кстати, и ужин несут. Приятного аппетита.

Митя пожелал приятного аппетита в ответ, хотя у него самого аппетит как раз-таки пропал. Мысли о том, что Егор находился так близко и мог узнать его, смущали, но более того нервировали мысли: что будет, если он встретится со Стешкой или, еще хуже, с Софьей? Ведь на Софью как на волколака никакая иллюзия не действовала. А вероятность их встречи была достаточно высока – все ж город небольшой, одними улицами ходят.

Он хотел было поделиться этим с Варей, но та с таким удовольствием обгрызала ребрышки и уплетала кулебяку, что он не решился ей портить трапезу. Вместо этого медленно принялся за еду. Отменный вкус и аромат сделали свое дело, пробудив аппетит, и на какое-то время Митя и думать позабыл о возможной встрече с друзьями.

Когда тарелки опустели, а от кваса с изюмом осталось лишь сладкое послевкусие, Митя сыто и спокойно оглядел сидящих кругом. Чего он, в сущности, разволновался? Даже узнай его – так свои не выдадут. Это нервозность Вари и таинственность господина Шапина давили, видимо. Экая заразительная штука.

– Сейчас вернусь, – Варя встала из-за стола и ушла в дамскую комнату.

Почти сразу к Мите подошел половой:

– Все ли вас устроило, господин? Достаточно ли вкусно?

– Замечательно, даже слов нет, – признался Митя. – Наелся до отвала, благодарствую.

– Счет принести? Или десерт закажете? В леднике имеется мороженая клюква с сахаром – самое то по такой погоде.

– Обсужу с сестрой, – решил Митя.

Половой понимающе кивнул и уже хотел уйти, но бывший маг его остановил:

– А подскажи-ка, любезнейший, что за история с пропавшим пареньком, чье фото господин сыщик показывал?

– А вы не слышали? – лицо слуги удивленно вытянулось. – Как же так? Весь город прямо лихорадит!

– А мы только прибыли из Мельникова, вот и не в курсе, – пояснил Митя. – Так что за дела?

Половой огляделся, чтоб удостовериться, что никто не зовет его, и, склонившись поближе, зашептал: