– Погодите, Елена Александровна, вы просто странные вещи говорите. Разве может незнамо кто использовать зеркальную магию? Если это изгой, то с ним все ясно, а так… – маг пожал плечами и тут же скривился от нахлынувшей боли.

– В том-то и дело, Дмитрий Тихонович, что артефактом таким может воспользоваться кто угодно, даже обычный человек, в этом его опасность, и оттого, возможно, ваш наставник спрятал его у себя.

– Так спрятал, что кто-то о нем узнал и решил достать. Да уж, тайна за семью печатями, ничего не скажешь. Хотя, зная Игната Исааковича, не удивлюсь, если у него и среди ворья, там, на дне общества, были свои люди. Он как-то об этом обмолвился, да я тогда не придал значения, а теперь, выходит, зря. – Маг потер плечо.

– Очень даже зря. Наша беда не столько в том, что мы упустили артефакт, сколько в том, что мы даже не знаем, кто еще его ищет и для каких целей, – подвела итог Лебедева.

Митя подошел к волшебнице:

– Спасибо за науку. И еще раз прошу, простите меня, если сможете, сам не знаю, что на меня нашло, уж такая ситуация прескверная.

– Не скажу, что понимаю вас, но понимаю ситуацию, – откликнулась Лебедева. – Вот возьмите бумаги по Лазину, по протоколу ему выписан штраф. А скупщик за продажу артефактов уже не ответит. – Она собралась уходить, но на пороге обернулась. – И вот еще, я съезжаю от вас, дабы не доставлять неудобств.

– Куда же, разрешите поинтересоваться? – Митя сцепил руки за спиной.

– В прежнюю квартиру Лазина, он мне ее сдал на неопределенный срок, не жаждет туда возвращаться, и в целом я понимаю его. Место, где мы однажды стали несчастны, уже не столь притягательно, как прежде.

– Так, может, вам помощь какая нужна? Вещи перевезти, с обустройством подсобить, вы говорите, не стесняйтесь, – тут же произнес Митя.

– Вижу, что вы изо всех сил стараетесь загладить передо мной свою вину, но не стоит волноваться, мне Захар поможет. Доброго вечера.

Волшебница ушла, а Митя, еще раз послушав бессмысленные записи, прибрал все по местам и начал прием горожан. Чуть позже Захар заглянул в кабинет.

– Вы простите, что отвлекаю вас, господин маг, да только из участка звонил господин Иконин, велел передать, что повар беспробудно пьет вторые сутки и на работе не был.

– Ерунда какая-то. – Маг взглянул на стопку бумаг с жалобами. – Принеси-ка мне, Захар, кофе да здравого смысла.

– Чего? – удивился денщик.

– Ничего, только кофе, – поправился Митя и вновь принялся за работу, решив поразмыслить о странной ситуации позже, вместе с сыщиком.

Стешка прибыла домой поздно. Измученная, осунувшаяся, она устало упала в кресло и на вопросительный взгляд Мити ответила:

– Вытащила мальца. Жить будет, вот только когда очнется, не знаю, ведьмовской заговор гоняет его по закоулкам памяти и выпустит ли, непонятно.

– Будем надеяться на лучшее, – откликнулся маг, – а что Егор, сегодня не придет?

– Занят он, все ищут душегуба, который скупщиков убил да изуродовал, а то город бурлит, требует действий и правосудия. А какое тут правосудие, когда никаких следов не найти? Даже мы оказались бессильны. – Ведьма прикрыла глаза и добавила: – А еще Егор Поликарпович, дабы умаслить прессу, проводит личную беседу с тем журналистом, на предмет разъяснения сложившейся ситуации, и отчего убийцы еще не пойманы, и что наш департамент тут никоим образом не причастен, а значит, не стоит лишний раз своими статьями народ баламутить. И без того неспокойно стало.

– Ну, удачи ему с Собакиным, чую, его лай нам еще аукнется.

– Собака лает, ветер носит, – отмахнулась ведьма. – Меня больше волнует, что ни мы, ни полиция не сыскали злодеев и до сих пор не понимаем, что им надобно. Точно кто-то из-за кулис ниточки дергает, а мы все как марионетки на сцене. Дергаемся, пляшем под чужую дудку, а самого кукловода не видим. Вслепую действуем, в жмурки играем, как дети малые.

– Ну, не все так плохо, Степанида. Да, конечно, мы хоть не отыскали артефакт, зато можно сказать, что мы поймали призрака, лазившего по домам. Вот как он придет в себя, так сразу и расскажет, кто же это его надоумил на такие подвиги – залезть к Зеркальщикам в департамент, да еще в ведьмовскую каморку сунуться. Остается только подождать, и все будет. Да вот еще что, Елена Александровна нашла себе квартиру и уже переехала от нас, – подытожил Митя и чуть тише добавил: – Только вот отчего-то я не чувствую удовлетворения.

Стешка посмотрела на него долго и пронзительно:

– Потому что, я еще раз тебе напомню, за всем этим кто-то стоит, а посему… – Она хотела еще что-то сказать, но тут Лукерья Ильинична позвала к ужину.

Митя стоял на мосту, задумчиво разглядывая бегущую вдаль воду. Темная, с отблеском зеленого бутылочного стекла там, куда падали лучи света, река манила к себе, шептала, уговаривала.

Холодный ветер дунул в лицо, срывая шляпу. Привычно придержав цилиндр, Митя огляделся по сторонам. Он никак не мог вспомнить, как оказался на этом мосту.

Вот он в департаменте обсуждал с ведьмой состояние мальчика, все еще находившегося в замороке, и вдруг оказался тут.

Посмотрев по сторонам, маг приметил девушку. Русые волосы растрепал ветер. Капор болтался, и его шелковые голубые ленты трепетали, точно флаги. Митя приветливо кивнул, но барышня его даже не заметила. Глубоко вздохнув, она вдруг подобрала юбки так, что стали видны икры в шерстяных чулках, и залезла на каменные перила. Лицо ее, только что носившее печать грусти, сделалось вдруг светлым, и, пронзительно крикнув:

– Иду к тебе, Мишенька! – девушка шагнула вперед.

Не раздумывая ни секунды, Митя перегнулся через перила и, вытянув вперед руку, послал к воде магический импульс. За миг до того, как барышне суждено было утонуть, в воде открылся портал, и она угодила аккурат в приемную департамента. Чертыхаясь сам себе под нос, маг последовал примеру оной и, одним движением перемахнув через перила, полетел следом за ней.

Несмотря на то что Мите не впервой было прыгать с моста в реку, особой радости от повторения фортеля он не испытывал. Выскочив из переходного зеркала, будто чертик из табакерки, он не удержался на ногах и шлепнулся рядом с давешней девицей, возле которой уже суетился денщик.

– Захар, зови Степаниду Максимовну, – велел маг, поднимаясь, – тут без нее никак.

Мужик кинулся выполнять поручение, а Митя, присев рядом с девушкой, заглянул ей в глаза и в испуге отшатнулся.

Карие очи барышни будто подернула смертная поволока. Она смотрела на мир, не видя его. Бледные губы двигались, точно шептали что-то, но ни единого звука не долетело до ушей мага.

– Что тут у нас? – Стешка присела рядом, бесцеремонно сдернула с девицы капор и, отбросив его прочь, повернула бедняжку к себе лицом. – Однако ж редкость какая, – ведьма скривилась и, глянув на друга, спросила: – Ты что же это, бедняжку из лап ведьмы спас?

– Никак нет, – признался маг. – Всего лишь помешал ей в реке утопнуть.

– В реке? – Стешка почесала кончик носа. – А на берегу она нормальной была?

– На мосту, – поправил ее Митя. – Ну как нормальной, стояла грустила и вдруг, в один миг, прыг через перила! А мне что прикажете делать, глядеть на это? Так я портал-то под ней открыл и следом нырнул.

– Ты прямо ходячее приключение, дядь маг, – вздохнула ведьма. – Ладно, помоги ее до кабинета довести. Поколдую, может, вытащу из заморока.

– Заморок? – нахмурился Митя. – Как тот, в котором мальчонка находится?

– Тот, да не тот. Алешка, почитай, артефакт тронул в виде двери в мою каморку. А тут будто бы девушка зелье приняла, или науз кто подкинул. Ты не глядел, нету ведьминских узелков?

– Ну, Стеш, когда б я ее обыскивал. Пока в воду летел? Вот тебе барышня, сама и смотри, а я пойду поработаю.

– А что же ты, уже к Елене Александровне сходил, понаведовал? – удивилась ведьма.