– Я думаю, лучше объясниться и пригласить вместе провести время. Придумай что-нибудь безобидное, где много людей. Тебя приглашали в людное место, тем же следует ответить. Даже если не простит и не согласится, то с твоей стороны это будет преподнесено как недоразумение, а не отказ... Да, думаю, так лучше.

– Я вот что подумал, Рамилу. Её же не просто так Амадой называют. У неё же нет мужчины? И что будет, если появится?

– Это хороший вопрос, Арсений. Я не знаю на него ответ. Она же обычный человек, как по мне, нельзя от неё требовать вечной верности погибшему, это не по-людски... Наверное, поэтому она тебя пригласила так аккуратно – сама пробует, как люди отнесутся к тому, что у неё снова появится личная жизнь?

***

Настал черёд Лебедева планировать «засаду» на Риту. Неподалёку от его жилого сектора находилась галерея с оранжереей. Оранжерея имела чисто эстетическую функцию, что уже редкость для геруанцев, в ней росли декоративные растения, которые часто цвели. И когда бутоны раскрывались, в галерее можно было увидеть довольно много народу. Причём, как заметил Лебедев, преимущественно парочки. Приятно такое место для романтических встреч с эстетической составляющей. Любование цветением довольно часто встречается у различных культур на Земле, галерея людная, в неё приходят не только парочки, поэтому выглядит всё прилично. С местом для свидания Лебедев определился сразу. Положа руку на сердце, Лебедев не сильно верил, что Рита согласится, но жест с его стороны будет достаточно галантный и ладно. Так или иначе, но к этому делу он подошёл со всей серьёзностью. В качестве извинений распотрошил свой неприкосновенный запас, в котором была припасена алюминиевая банка с натуральным каберне — универсальная отмычка для снабженцев и ремонтников. Банок у него было всего три, но ради такого случая придётся потратиться. Правда, алкоголь у геруанцев не в ходу, они его не производили и, соответственно, не потребляли. Тем не менее Валера Баринов рассказывал, что пробывать пробуют, когда угощают. Валера говорил про женщин, конечно же.

«Вино берём. Хуже не будет», – решил Лебедев. С «засадой» он решил не мудрить, а пойти прямо в офис к Рите, на её рабочее место. Просто записаться на встречу, и никто, и ничто не сможет помешать ему объяснить произошедшее недоразумение.

Рита встретила его прохладно, но с явно читаемым интересом. Ещё бы, в качестве обоснования причины встречи он написал «по личному вопросу».

Выражение её лица всё больше смягчалось по мере развёртывания пространного объяснения Лебедевым своего заблуждения и незнания культурных отличий. Рита заметно расслабилась и даже стала улыбаться, её внимание переключилось на вертевшуюся в руках Лебедева банку с вином, поэтому предложение Лебедева полюбоваться сегодня во вторую смену раскрывающимися бутонами в цветочной оранжерее, похоже, застало её врасплох. Глаза Риты широко распахнулись и уставились в глаза Арсения. Арсению даже показалось, что он напугал чем-то девушку и не нашёл ничего лучше, как улыбнуться со всей харизмой, на которую был способен.

Губы Риты поджались, а крылья носа слегка затрепетали.

«Что-то не так», – сделал вывод Арсений.

– А это что? – спросила Рита «севшим» голосом, указывая глазами на банку в руках Арсения.

– Ах да, это подарок в качестве извинения. Вино с Земли, натуральное, сорт каберне, – ответил Арсений и подал банку Рите.

– Ну знаешь ли! – Рита схватила протянутую банку и швырнула ей в голову Арсению, – Катись-ка ты со своим вином подальше от меня, мерзавец!

Только спортивная реакция и привычка уворачиваться от острого железа в лицо спасла Арсения от нокдауна. Банка врезалась в окантовку входного люка и смялась. Отшатнувшийся Арсений, ошарашенный таким «отлупом», автоматически отступил к входу, не сводя глаз с разъярённой Риты.

– Послушайте, похоже, у нас опять недоразу...

– ВО-О-О-Н! – заорала Рита.

Арсений вздохнул, развернулся и, даже не взглянув на попавшуюся под ноги смятую винную банку, вышел вон.

***

Чёткое понимание, что он опять «стравил воздух» привело Лебедева прямиком к Кузмебаеву.

Старпом, услышав от своего капитана про оранжерею закрыл лицо руками, а когда Лебедев рассказал про вино, истерично заржал в ладони.

Лебедев стойко терпел и ждал, когда Кузмебаев перестанет ржать. Но Кузмебаев не веселился, просто не смог сдержать реакции на случившийся идиотизм. Поэтому ждать долго не пришлось, и когда Кузмебаев опустил руки от лица, Лебедев его спросил:

– И что опять я сделал не так?

– Всё! Всё ты сделал не так, Арсений. Звать любоваться цветами – это... – тут Кузмебаев опять истерично хохотнул, – это позвать заняться сексом.

Поражённый Лебедев что-то пробурчал, но Кузмебаев разобрал только последнее слово – “ромашки”.

– Но с вином ты совсем выдал! Хотя с учётом первого предложения это было логично! – теперь уже Кузмебаев хихикал.

– А с вином что не так? Коллеги из ВКС говорили, что пьют геруанки вино. В чём проблема-то?

Старпом всё же успокоился и стал разъяснять по существу:

– Говорю же тебе, с учётом предложения заняться сексом предложить вино вполне логично, но вместе, – тут Кузмебаев покачал головой, – как она тебе этим вином голову не разбила?

– Не попала, – буркнул Лебедев.

– Как это у вас называется? Культура потребления, кажется? Вот культуры потребления алкоголя у нас нет. Алкоголь яд и наркотик, это все с детства знают. Про потребления алкоголя внутрь у нас узнают исключительно из ваших земных мелодрам. А там какой обычный сюжет, совмещающий алкоголь и женщин? Девушку напаивают, она теряет контроль, а потом с ней происходит нехорошее. Отсюда у женщин скорее негативное восприятие алкоголя. Ну а твоё предложение секса вкупе с вином звучало как обещание проделать это в изощрённой форме! А те геруанки, что пьют с военспецами ВКС как раз ожидают чего-то такого!

– Да что же у вас всё не как у людей! – взвыл Лебедев, его эмоциональное состояние было близко к тому, которое он испытывал, попав в приснопамятную волчью яму в «Средневековом бое», и усугублялись от осознания того, что в отличие от того раза эту яму он выкопал своими руками. Точнее, языком.

– Нормально всё у нас! И демография отличная, население здорово и растёт! – обиделся Кузмебаев.

13 – ПДО – Планово-диспетчерский отдел

Второй дивизион ВАК уходил в космос за границу системы на три месяца в качестве боевого дозора. Дозоры выставлялись в сектора наиболее вероятного появления кораблей противника. Таких было всего два: со стороны Земли и альтернативный маршрут от соседней звезды с хорошим гравитационным потоком, но более длинный. Последний никогда не использовался, но когда речь идёт о войне, от противника следует ожидать разных ухищрений. Тем не менее сил пока на всё у ВАК не хватало. В строй ввели шестнадцать внутрисистемных кораблей сторожевого типа, причём только половина из них была в боеспособном или близком к этому состоянии. Однако штаб ВАК не дал времени Лебедеву дополнительного времени на слаживание дивизиона, уповая на то, что всё произойдёт само собой в процессе выполнения реальных задач. Тем более что пока в системе присутствует эскадра ВКС, вероятность нападения крайне низкая.

Лебедев даже не возражал и с облегчением стал готовиться к походу. Сбегал, да. Факт ссоры скрыть не удалось в отличие от её содержания, поэтому по станции ходили причудливые слухи, геруанцы додумывали и обсуждали различные варианты произошедшего. Однако до инфосети слухи так и не дошли, блогеры не решились публиковать такие новости. Полоскать открыто личную жизнь Амады без серьёзных доказательств было чревато. Очень уж последствия были непредсказуемыми, легко можно было получить волну негативных оценок и снижение рейтинга, вплоть до поражения в гражданских правах. А блогеры «питались» общественным одобрением, положительные отзывы поднимали их гражданский рейтинг и мотивировали продолжать заниматься распространением информации на общественных началах. Потому что профессиональных блогеров или журналистов как таковых у геруанцев никогда не было. Это любительская профессия в дополнение к основной работе.